Пока в поместье царил хаос и стражники Виктории сцепились с охраной, сама баронесса и Элизабет скрылись через тайный ход. Пройдя по узким коридорам, они добрались до развилки.
— Здесь мы разделимся, — сказала Элизабет, не сбавляя шага. — Иди в сторону города. А я пойду к реке.
— Зачем? — растерянно спросила Виктория.
— Вскоре они найдут проход и бросятся в погоню. Мне нужно увести их от тебя.
Элизабет огляделась и заметила деревянные подпорки, удерживающие свод туннеля. Резким ударом она выбила одну из них. Камень заскрипел, и часть стены с грохотом обвалилась, наглухо закупорив проход, где стояла Виктория. Баронесса оказалась за завалом, отрезанная от преследователей.
Элизабет обернулась и посмотрела назад, в темноту туннеля. Тень там сгущалась, становясь густой и осязаемой, медленно ползя вслед за ней. Не теряя времени, она побежала к выходу. В конце тоннеля уже виднелось яркое пятно дневного света.
Выбравшись наружу, Элизабет зажмурилась: солнце ослепило её после долгой темноты. Прикрыв глаза ладонью, она постояла несколько секунд, позволяя зрению адаптироваться. Когда пятна перед глазами рассеялись, она неспешно подошла к берегу реки и обернулась к черному зеву туннеля.
Из глубины, словно живая, вязкая смола, начала вытекать тьма. Она не стекала вниз, а щупала пространство, вытягиваясь в длинные, извивающиеся отростки. Темные щупальца скользили по земле, оставляя за собой след инея, и тянулись к солнечному свету, будто голодные змеи, почуявшие добычу.
На границе света и тени остановилась фигура. Глаза Ведьмы горели неземным голубым огнем, от которого исходил тонкий, призрачный шлейф. Окинув местность холодным взглядом, она ступила на залитую солнцем траву.
В этот момент с двух сторон, скрытые за кустами, грянули выстрелы. Два массивных осадных болта понеслись к Ведьме с убийственной скоростью.
Она даже не попыталась уклониться. Болты прошли сквозь неё насквозь, не встретив сопротивления, словно она была сделана из дыма.
Элизабет лишь усмехнулась. Она знала, что физический урон бесполезен, пока противник нематериален.
— Неудачный первый ход, — протянула она, и её улыбка стала шире, увереннее.
Ведьма медленно повернула голову в сторону арбалетных установок. Это были мощные механизмы, используемые при осаде крепостей; их болты пробивали каменные стены насквозь.
Элизабет сделала шаг вперед. Под ногами Ведьмы вспыхнули магические круги, начертанные заранее.
— Теперь ты никуда не денешься, — шепнула Элизабет и щелкнула пальцами.
Снова грянули выстрелы. Но на этот раз наконечники болтов сияли слабым пульсирующим светом — на них были закреплены магические камни . Они могли заблокировать магию нематериальности, привязывая цель к физическому миру.
*Хрясь!*
Оба болта с чудовищной силой вонзились Ведьме в спину, пробив плоть насквозь и застряв в теле. Кровь брызнула на траву.
— Попалась, — выдохнула Элизабет, чувствуя облегчение.
Но Ведьма не упала. Она даже не посмотрела на торчащие из спины древки стрел. Медленно наклонив голову, она растянула губы в той самой улыбке — широкой, неестественной, обнажающей острые, скалистые зубы, от которых кровь стыла в жилах.
— Ты правда думаешь, что эти игрушки могут причинить мне боль? — голос прозвучал прямо в голове Элизабет, низкий и вибрирующий.
Элизабет, не дожидаясь ответа, выхватила рапиру. Насытив клинок маной, она рванулась вперед. Отведя руку для колющего удара, она пронзила грудь противницы. Сталь вошла в плоть легко, но зловещая улыбка не сошла с лица Ведьмы.
И вдруг всё вокруг дрогнуло.
Фигура перед Элизабет просто растворилась, как дым на ветру. Исчезли болты, исчезла кровь.
Под ногами Элизабет засветились те самые магические круги. Её тело сковало параличом.
И только сейчас, с ужасом, она осознала правду: она наступила в собственную ловушку. Та сцена с болтами, с победой... это была иллюзия. Ведьма заманила её же в ее собственную ловушку .
*Свист.*
Из тех же самых установок, на этот раз вылетели два настоящих болта.
Элизабет покрыла тело плотным слоем маны, заставляя мышцы слушаться вопреки магическому параличу. С нечеловеческим усилием она взмахнула рапирой, отбивая смертельные снаряды. Металл звякнул о металл, искры разлетелись в стороны. Болты отлетели, но цена была высока. Мышцы Элизабет горели огнем, перенапряжение было настолько сильным, что тело начало предательски дрожать. Она едва устояла на ногах.
Вокруг неё начала сгущаться тьма, поглощая яркий солнечный день. Трава под ногами чернела и превращалась в серый пепел. Воздух стал тяжелым, давящим на легкие свинцовой плитой.
Элизабет поняла: она всё ещё в иллюзии. Или, возможно, реальность теперь подчинялась воле Ведьмы.
— Посмотри на себя, — прошептала Ведьма, возникнув прямо перед ней, вплотную. Её горящие голубые глаза смотрели прямо в душу. — Ты была так уверена в себе. Думала, что всё под контролем. Считала себя равным мне противником. Как это мило... и как это ошибочно.
Элизабет почувствовала себя маленькой, беспомощной. Весь её план, вся её подготовка рассыпались в прах перед лицом чего-то, что не подчинялось известным ей законам магии.
— Ты дрожишь, — прошептала Ведьма с холодной насмешкой. — В этот раз ты сама стала жертвой.
Отчаяние, липкое и черное, накрыло Элизабет с головой. Она хотела крикнуть, хотела бежать, но тело не слушалось. Она опустилась на колени, парализованная не магией, а чистым, первозданным ужасом перед существом, которое было сильнее её во всем.
*Кр-р-рах!*
Громкий треск разорвал тишину. Один из отлетевших болтов глубоко вонзился в ствол старой ивы, росшей на берегу. Дерево жалобно скрипнуло, его волокна не выдержали напряжения. Крона тяжело накренилась, ломая ветви с сухим хрустом.
Элизабет подняла глаза, но было поздно. Огромный ствол, лишенный опоры, с глухим стоном рухнул прямо на неё, поднимая облако пыли и щепок.