Сразу после того, как с Элизабет было покончено, Ведьма подошла ко входу в туннель. Она обернулась, бросив последний взгляд на обвалившееся дерево, а затем, растворившись во тьме, начала преследовать Викторию.
В это время в зале Давид с трудом отбивался от двоих противников. Его глаза лихорадочно искали кого-то свободного, кто мог бы прийти на помощь. Лейф, сражаясь сразу с несколькими врагами, заметил бедственное положение друга, хотя и сам был далеко не в лучшей форме. Он перехватил короткий кинжал в левую руку, используя его для блока. Удар был парирован, и мгновенная контратака застала противника врасплох. Но численное превосходство врага оставалось подавляющим. Лейф, увлекая за собой преследователей, отскочил ближе к Давиду. Теперь врагов стало больше, но зато друзья прикрыли слепые зоны друг друга. Заметив ногой валяющийся щит, Лейф пнул его в сторону Давида. Тот быстро среагировал и подхватил защиту левой рукой.
В самом центре вражеского строя стоял Алден. Он тяжело дышал, боль медленно сковывала тело. Его соперник тоже был измотан: он прижимал руку к ребрам — видимо, сломал их, когда Алден отбросил его ранее. Каждый из них понимал: они могут не пережить этот день. С трудом собрав силы, бойцы вновь встали в стойки, готовые рвануть в любую секунду. Стойка охранника была более закрытой, защитной. Спустя несколько секунд Алден сделал первый шаг. Подгадав момент, охранник отбил выпад, уведя клинок Алдена в сторону, и нанес короткий удар кулаком левой руки ему в грудь. Алден отшатнулся, но противник, перехватив меч обеими руками, сделал шаг вперед и провернулся, нанося мощный рубящий удар сверху. Этот удар должен был стать финальным. Уклоняться было уже поздно, поэтому Алден встретил лезвие своей левой рукой.
*Бам!*
Звук металла, рассекающего плоть и кость, эхом разнесся по всему залу.
В другом месте Ведьма уже опередила Викторию, оказавшись у выхода из тайного хода. Но в этот момент она вернула сознание Белоснежке. Виктория нужна была именно ей, и Белоснежка должна была разобраться с ней лично.
В глазах девушки прояснилось. Перед ней стояла маленькая хижина. Осмотревшись, Белоснежка поняла, что находится примерно в двадцати минутах езды от города. Она не могла понять, как здесь оказалась. Последнее, что она помнила — это банкет. Попытки вспомнить детали наталкивались на пробелы, заполненные заранее подготовленными ведьмой воспоминаниями: будто она сама узнала о тайном ходе и решила опередить Викторию, чтобы перехватить её здесь.
Спустя несколько минут дверь хижины отворилась. На пороге появилась Виктория в сопровождении охраны. Их взгляды встретились.
— Это ты! — вскрикнула баронесса. — Я убью тебя!
Она выхватила из волос шпильку-стилет и бросилась на Белоснежку. Но стоило ей приблизиться, как Белоснежка спокойно взмахнула рукой. Ноги Виктории сковал лед, поднимающийся от земли до колен. Следующим движением магия ударила по руке, сжимающей оружие. Кусочки льда начали стремительно разрастаться, пока рука не примерзла к ногам, пригвожденная к земле тяжестью замерзшей влаги.
— Отпусти меня! — закричала Виктория.
— Видимо, вы не понимаете, в какой ситуации находитесь, — холодно произнесла Белоснежка.
Только сейчас баронесса осознала ужас своего положения: глушь, никаких путей к бегству и маг, стоящий перед ней. Сопротивление стало бессмысленным. Она опустила вторую руку.
— Что ты хочешь? — спросила она дрожащим голосом.
Тем временем в воздухе над магическим барьером, блокирующим выход из поместья, появился огромный черный ворон. Некоторое время он кружил над куполом, затем взмыл еще выше, скрывшись за облаками, и камнем рухнул вниз, набирая страшную скорость.
Уже приближаясь к барьеру, птица на лету трансформировалась. Ворон превратился в девушку, падающую головой вниз. В последний момент она изящно развернулась в воздухе и с разворота ударила по магической преграде. Барьер не выдержал и рассыпался искрами. Стража, окружавшая периметр, замерла в шоке.
Приземлившись между группой Давида с Лейфом и остатками охраны, Лира мгновенно собрала окружающее пламя в плотный огненный шар и метнула его во врагов. Те даже не успели опомниться, как превратились в пепел. Затем она резко повернула голову в сторону Алдена и его противника. Легким скачком Лира оказалась вплотную к главарю наемников. Сжав кулак, она ударила его в грудь. Броня смялась под воздействием чудовищной силы, и мужчина отлетел в сторону, словно кукла.
Давид сразу узнал Лиру. Лейф, вспоминая её прежнюю силу, все же был поражен: он знал, что она сильна, но не настолько. Пока поместье горело и начинало рушиться, Лира использовала ледяную магию, чтобы потушить пожар и укрепить несущие конструкции, не давая зданию обрушиться на головы выживших.
Закончив разговор с Викторией, Белоснежка немедленно направилась обратно. Она бежала изо всех сил, видя вдали огромное свечение барьера, и молилась, чтобы с Алденом и Лейфом всё было в порядке.
Вдруг в небе проскользнула тень. Белоснежка остановилась, чтобы стабилизировать дыхание, и увидела большого ворона, двигающегося с неестественной для птицы скоростью прямо к барьеру. Выдохнув, она продолжила бег, но тут её оглушил мощный взрыв. Барьер исчез. Ускорившись, Белоснежка помчалась к месту проведения банкета.
На выходе из зала их путь пересек Морган.
— Как удачно прибыла подмога, — задумчиво произнес он, окидывая взглядом выживших. — Осталось меньше, чем я ожидал.
Давид, услышав это, замер:
— Меньше, чем ожидал? Что ты имеешь в виду?
— То и имею, — спокойно ответил Морган.
И тут до Давида дошло. Во время появления барьера Морган был внутри, но как только началась заварушка, он бесследно исчез. Даже капитан стражи остался в ловушке, а Морган — нет.
— То есть ты знал? — голос Давида дрогнул от ярости. — Знал, что все может так обернуться?
Морган лишь пожал плечами:
— Я не мог знать наверняка. Всего лишь подстраховался.
Лейф не слушал их разговор. Он подбежал к Алдену, помог ему подняться, и они медленно побрели к выходу, где подоспевшая стража начала выносить раненых.
— Я вижу, у тебя много вопросов, — обратился Морган к Давиду.
Давид выпрямился, его глаза метали молнии:
— И не только вопросы.
— Назовем это зачисткой, — холодно пояснил Морган. — Это как дерево с зараженными ветвями. Их нужно обрезать. Может, в ходе этого пострадают и хорошие ветви, но со временем дерево станет еще крепче и здоровее.
— Но был ведь другой выход! — воскликнул Давид.
— Был, но он менее эффективен. Да и времени у нас не было.
Давид хотел возразить, но Морган перебил его:
— Конец всего этого даст начало чему-то новому. Поэтому готовься к изменениям.
Он посмотрел на Лиру, затем на Давида.
— Что ж, вижу, вам есть о чем поговорить.
Морган развернулся и ушел, оставляя их наедине среди руин.
Лира стояла посреди пепелища. Пар от растаявшего льда поднимался вверх, смешиваясь с дымом. Она выглядела уставшей, но собранной. Её руки всё ещё слегка дрожали — отголосок мощной магии, которую она только что выпустила.
Давид подошел к ней. Хромота была почти незаметна, но напряжение в плечах выдавало боль. Он остановился на расстоянии вытянутой руки.
— Где ты была? — спросил он. Голос был тихим, но в нём звенела сталь.
Лира не сразу ответила. Она смотрела на свои ладони, где ещё тлели искры магии.
— Морган нашел меня после боя с Элизабет, — наконец произнесла она. — Я была без сознания. Он укрыл меня в одном из своих зданий.
Давид резко выдохнул, словно ему ударили под дых.
— Морган? — переспросил он, и в его голосе прорезалась горечь. — Тот самый Морган, который только что хладнокровно назвал гибель невинных людей «зачисткой»? Ты была у него?
Лира подняла на него взгляд. В её глазах не было страха, только усталая решимость.
— Я приходила в себя неделями. Морган лечил меня. И да, он скрыл мое местоположение. Он сказал, что если Виктория или Элизабет узнают, что я жива, они используют меня против вас.
— И ты поверила ему? — Давид сделал шаг ближе. — Я искал тебя, Лира. Каждый день. Я думал... — он запнулся, сглатывая ком в горле. — Я думал, что ты бросила нас.
Лира опустила голову.
— Прости. Я не хотела причинить тебе боль. Но Морган убедил меня, что мое появление сейчас, слабой и раненой, только навредит.
— Посмотри на себя, Лира. Ты уничтожила их одним взмахом. Это не та магия, которой учат в академиях. Эта сила чудовищна. Не может быть, чтобы эта сила была твоей!
— Это моя сила, — твердо возразила Лира. — И сегодня это спасло вам жизни. Разве результат не важен?
— Результат важен, — согласился Давид, но его тон стал жестче. — Но цена... Морган говорит об «обрезке ветвей». О том, что некоторые жертвы необходимы для «здоровья дерева». Ты теперь согласна с этим? Ты согласна быть частью его системы, где люди — это расходный материал?
Лира замерла. Вопрос повис в воздухе, тяжелый и неудобный.
— Я согласна с тем, что мы должны выжить, — тихо сказала она. — А остальное... я разберусь потом.
Давид посмотрел на неё долго и внимательно. В его взгляде читалось разочарование, но также и понимание того, что она изменилась. Незаменимо.
— Будь осторожна, Лира, — наконец произнес он.
Он отвернулся и медленно пошел прочь, оставляя Лиру одну среди остывающего пепла.
Морган, уходя, пересекся с бегущей Белоснежкой. Она пронеслась мимо, а он едва слышно бросил ей вслед:
— Я сделал всё, как и планировалось.
*Несколькими днями ранее.*
Белоснежка просматривала банковскую бухгалтерию и заметила странные траты Моргана: он закупал медикаменты. Сначала она не придала этому значения. Однако той же ночью, находясь в облике Ведьмы на крыше дома, она задумалась: «Зачем Моргану лекарства? Он не болен, и среди его слуг тоже нет больных».
Она попыталась вспомнить детали покупок. Бинты, обезболивающие, мази... Обычно такое используют для перевязки серьезных ран. В этот момент из лавки вышел дворецкий Моргана. Он свернул в переулок, сделал несколько крюков и оказался у небольшого двухэтажного дома на окраине.
Ведьма последовала за ним. Подойдя ближе, она вдруг почувствовала, как её сердце забилось чаще. Пробежав по крыше, она нашла окно. Заглянув внутрь, она увидела Моргана и дворецкого, а также фигуру на кровати. Всмотревшись, она узнала Лиру.
Всё стало ясно. Но ворваться туда в образе Ведьмы было нельзя. Она сменила облик на Белоснежку и постучала в дверь. Дворецкий, не ожидавший гостей, настороженно приоткрыл дверь, но Ведьма, легко оттолнула её и шагнула внутрь.
Морган был не меньше удивлен. Поняв, что их раскрыли, он спокойно сказал:
— Выйди и закрой дверь. Нам нужно поговорить наедине.
Дворецкий покорно вышел, заперев дверь снаружи.
— Я думаю, ты знаешь, что я маг, — произнесла Ведьма. Её голос пробирал до костей, вызывая легкий страх. — Поэтому надеюсь, ты не будешь делать глупостей.
— Я и не посмею, — ответил Морган, сохраняя спокойствие. — Но как ты узнала про это место?
— Случайно увидела в банке записи ваших покупок. Покупать медицинские товары, когда никто в доме не болен... Это показалось мне странным.
Морган задумчиво кивнул:
— Позже я попрошу уничтожить эти документы.
— Так для кого они? — настаивала Ведьма.
— Пойдем, покажу.
Они поднялись на второй этаж. Там, на кровати, лежала Лира. Ведьма выдохнула с таким облегчением, что её глаза едва не наполнились слезами. Лира была жива. Но, взяв себя в руки, она холодно спросила:
— Кто это?
— По нашим данным, она та, кто стоит за Давидом. Благодаря ей его дела пошли в гору, — объяснил Морган.
— Понятно. А почему она ранена?
— Это долгая история, — попытался уйти от ответа Морган.
— У нас вся ночь впереди, — отрезала Ведьма.
Увидев её решимость, Морган рассказал вкратце: они заметили мальчика возле руин, проследили за ним и нашли Лиру без сознания. Опознав её как союзницу Давида, они быстро эвакуировали её сюда, заплатив свидетелю за молчание, так как вскоре на месте появились другие люди, начавшие разбирать завалы.
— Она все это время лежит без сознания? — уточнила Ведьма.
— Да. Доктор сказал, что она уже должна была очнуться, но мы не понимаем причину.
Ведьма поняла, в чем дело. Чтобы вернуть Лиру в сознание, нужно было влить в неё часть своей маны. Но делать это при Моргане было опасно — слишком много вопросов. Нужно было отвлечь его.
— Что-то в горле пересохло. Может, принесешь чего-нибудь выпить? — небрежно бросила она.
Морган потянулся к графину с водой, но Ведьма остановила его:
— Воду? Если бы я хотела воды, взяла бы сама. Внизу я видела бутылку хорошего вина.
Морган вздохнул — он сам планировал насладиться этим вином позже. Он спустился вниз. Как только он вышел, Ведьма взяла руку Лиры и, закрыв глаза, сосредоточилась. Поток маны медленно потек в тело девушки, восстанавливая её силы.
Когда Морган вернулся с бутылкой и двумя стаканами, Ведьма уже стояла, ожидая его, словно ничего и не было. Он поставил бокалы на стол, открыл вино и разлил его. Протянув один стакан ей, он замер.
— Уже не хочу, — сказала Ведьма. — Лучше расскажи, зачем она вам на самом деле?
Морган вздохнул, держа стакан и осознавая, что наливал вино зря.
— Она обладает сильной магией. Глупо позволять такому дару умереть. Сделав её нашим союзником, мы лишь выиграем от этого.
— Тогда не пора ли нам обсудить план банкета? — спросила Ведьма.
— Как раз об этом я и собирался сказать, — кивнул Морган. — Может, сменим обстановку?
Он указал на лестницу, ведущую вниз, в тени которого рождался их жестокий план.