После разговора с главами трёх гильдий подготовка города пошла быстро.
Авантюристы будто только этого и ждали. Одни занялись стенами, другие расставляли ловушки, третьи готовили оружие и припасы.
В Шварцхайме служило около пяти тысяч городских стражников. Три великие гильдии могли выставить ещё десять тысяч бойцов.
Пятнадцать тысяч защитников против десятков тысяч мертвецов, а возможно, и куда большего войска, могли показаться ничтожной силой. Но десять тысяч из них были авантюристами.
Они годами охотились на нежить, носили дорогие магические доспехи и оружие, недоступные обычной армии, а среди них хватало магов, жрецов и других редких специалистов. Во главе каждой гильдии стоял авантюрист ранга S, достигший ранга мастера.
К тому же от нас не требовалось разбить врага. Нужно было лишь продержаться до подхода имперской армии. Люди это понимали, поэтому боевой дух оставался высоким.
Присутствие Элизабет тоже помогало. Пока в городе находилась имперская принцесса, жители верили, что столица их не бросит.
В действительности борьба за престол могла всё осложнить, но Элизабет считала, что сейчас первый имперский принц связан по рукам.
Мы поговорили об этом наедине. Между нами всё ещё чувствовалась неловкость, однако сейчас было не время зацикливаться на ней.
Элизабет сказала: «Первый принц почти ничего не сможет сделать. После диверсии на воздушном корабле при дворе и без того ходят неприятные разговоры. Если он проигнорирует просьбу о помощи от пограничного города, общественное мнение окончательно отвернётся от него. К тому же имперская армия находится в ведении маркиза Кальштайна. Запретить ему идти спасать собственную внучку будет невозможно».
Мы сразу отправили Зеглера в ближайшие города.
Ответ пришёл быстро: ближайший пограничный гарнизон уже выступил. Но Роман не лгал насчёт разрушенного моста. Из-за обходного пути армия доберётся до Шварцхайма не раньше чем через неделю.
Неделя могла пройти спокойно, а новая атака могла начаться уже сегодня.
Поэтому готовиться следовало так, словно враг стоял у ворот.
На стенах вовсю шёл ремонт.
— Шевелитесь, дохлые слизни! Когда полезут костяные ублюдки, вы тоже будете так жопами вилять?!
— Как идут работы?
— А?
На ближайшем участке командовал Бейн, авантюрист ранга S по прозвищу Железный Молот. Дварф стоял среди рабочих, закинув на плечо огромный молот, и орал так, что его слышала половина города.
— Конечно, хорошо идут! За кого ты нас принимаешь? Дварфы с рождения чаще видят огонь и молот, чем материнские сиськи! Сейчас я этим молотом чудовищ раскалываю, но если понадобится, хоть завтра вернусь к горну!
Голос у него был такой, будто он пытался перекричать пушечную батарею.
— Я не сомневаюсь в твоих умениях. Я спросил о стене. Её несколько раз пробили осадными снарядами.
— А, это. Повезло: досталось только угловому участку. Строили крепко, ни одна секция не рухнула. Сейчас усиливаем всё, что может не выдержать следующего обстрела.
Шварцхайм изначально возводили как пограничную крепость, поэтому стены строили на совесть.
Несколько спокойных лет и полное безразличие мэра довели укрепления до запущенного состояния, но их ещё можно было привести в порядок.
Внизу рабочие закрывали повреждённые места железными листами. Выглядело грубо и уродливо, зато новый слой должен был лучше держать удар.
На городской площади жрецы проводили обряд и разворачивали защитный барьер. Маги наполняли силой магические круги на стенах. В случае штурма они превратятся в магические орудия.
Оборону можно было оставить гильдиям.
Я поднялся к Бейну не только ради проверки.
— Хочу кое-что спросить. Когда начались нападения?
Он почесал густую бороду.
— Прошлой ночью. В темноте из Ионии полезла целая орда. Мы закрыли ворота и начали собирать людей, а мэр вместо платы заговорил о принудительном наборе. Я тогда чуть его не прибил. Этот говнюк решил, что мы должны бесплатно выйти и сдохнуть!
Я поднял ладонь.
— Про мэра я уже знаю. До атаки было что-нибудь странное?
— Странное?
Нежить годами не переходила границу, а теперь внезапно вторглась в пределы Империи. Такое не случается без причины.
Такое нападение должно было заранее оставить следы. Найдя их, мы могли добраться до причины.
— Я слышал, что внутри города появлялись чудовища. Это тоже началось вчера?
У ворот женщина говорила, что тварь утащила её дочь.
Но бой шёл за стенами. Внутри всё оставалось целым, следов прорыва я не видел. Значит, кто-то или что-то уже находилось в Шварцхайме до штурма.
Бейн поморщился.
— А, ты об исчезнувших. Говорят, пропало несколько человек. Подробностей не знаю. Спроси Луиса.
— Луиса?
Речь могла идти только о Луисе по прозвищу Взрывной Клинок, главе другой великой гильдии.
— О том гладком типе в доспехах. Он раньше то ли рыцарем был, то ли служил в армии. У него есть хорошие следопыты, бывшие рейнджеры. Заказы на поиск обычно берёт его гильдия. Наши умеют строить и ломать, а искать потерянное — не наше дело.
Бейн не врал. Он действительно почти ничего не знал.
Я спустился со стены и направился к окраине. По словам горожан, Луис занимался ловушками за внешним валом.
Он нашёлся у длинной траншеи. Его люди углубляли ров вокруг города.
Луис заметил меня и поднял руку в знак приветствия.
— Герой Шварцхайма решил проверить работу? Что-то понадобилось?
Он держался неожиданно дружелюбно. Вероятно, видел во мне такого же бывшего военного.
При первой встрече с Элизабет Луис отдал честь слишком уверенно для простого наёмника. А я в последнее время и сам открыто называл себя командиром отряда особого назначения.
— Как продвигается ров?
— По плану. Протянем его вдоль стены и заполним горючей смесью. Нежить плохо переносит огонь. Когда подожжём, её натиск ослабнет.
— Обычное масло быстро выгорит.
— Обычное — да. У нашей гильдии есть собственный состав. Рецепт не выдам, но смесь густая и будет гореть не меньше суток.
Огненная полоса вокруг города могла серьёзно задержать мертвецов.
Но ради этого я бы не стал искать Луиса.
— За несколько дней до нападения в городе пропадали люди?
Он сразу посерьёзнел.
— Да. Моей гильдии поручали расследование. Только связи с нынешним штурмом мы не нашли.
— Что удалось выяснить?
Луис сжал переносицу.
— Почти ничего. Люди исчезали из запертых домов. Ни следов того, что они выходили, ни взломанных дверей, ни чужих отпечатков. Будто растворялись. Свидетели твердили о каком-то чудовище, но никто не смог толком описать, что видел.
— И вы прекратили искать?
— Авантюристы не работают бесплатно. Исчезновениями должна заниматься городская стража. Она и наняла нас, а потом отозвала заказ, как только расходы начали расти.
Он раздражённо покачал головой.
— Пропали женщины из бедных кварталов. Для чиновников это не редкость, а лишняя головная боль. Как только заказ отменили, у нас не осталось ни оплаты, ни оснований продолжать расследование.
— Только женщины?
— Молодые. Все без исключения.
Внутри неприятно похолодело.
Я несколько секунд обдумывал услышанное.
— Покажи, где они жили.