ГЛАВА 2.4: Готовить обед — законно. Часть 4.
— Рад, что погода хорошая.
— Да! И цветы красивые.
Оглядываясь по сторонам, Райхара-сан сияет.
— Это правда.
Кивая, я вспоминаю.
Это было то, что Кусакабэ-сан сказала в конце полива.
«…Райхара-сан… добрая, красивая, тёплая… и я ей очень благодарна…»
«…однако… сейчас, оглядываясь на то лето… простите… я просто не могу не чувствовать…»
«…что я была рядом с существом другого вида, не таким, как мы.»
— …Тифудзи-сан? Всё в порядке?
— …В порядке. Начнём сразу ходить и смотреть разные места? …А, Райхара-сан, я понесу ваши вещи.
— Не нужно! Я-я сама донесу!
— Выглядит тяжёлым. Ха-ха, управляющий говорил мне не позволять женщинам носить тяжести.
Если я не скажу что-то подобное, она, кажется, не отдаст, так что прости, дядя.
…Он, наверное, говорил что-то в этом роде. Да, он говорил, будем считать, что он говорил.
— Если уж я могу хотя бы понести сумку…
— …Тогда хорошо, спасибо.
Я принял от неё плечевую сумку, пока она смущалась.
…Хм, довольно тяжело. Хорошо, что настоял.
— Простите, я не знаю этикета, когда гуляешь с парнем…
— Я тоже не знаю.
Потому что я был погружён в подработки даже после школы и по выходным, у меня нет воспоминаний о том, чтобы куда-то ходил с девушкой.
— …Кстати, эта сумка.
— Да? …А, н-ну, это…
Прежде чем я успел спросить, что внутри, Райхара-сан начала паниковать.
— …Ничего особенного! Просто ничего такого…
— …Правда?
— Д-да, правда.
Её взгляд мечется туда-сюда, а те тонкие белые руки то сцепляются, то размыкаются, то снова сцепляются.
Поведение будто из картины, подозрительное.
Эта неуклюжая манера и ощущение веса… Может…
— …Там что-то вроде обеденных коробок, включая одну для меня?
— …Ах.
Райхара-сан, у которой рот открыт, глаза широко распахнуты и дрожат, в конце концов поникла.
— Это было спонтанно…
— Нет, не стоит волноваться, это не преступление…
— Но… я же человек, который говорит, что будет тренироваться полагаться на других! Что я делаю, принося обеденные коробки?
Это совершенно верно…
— Простите, что начинаю вот так…
— Это всего лишь наш второй раз, когда мы так гуляем, так что неудивительно, что характерные черты Райхары-сан всё ещё сохранились.
— Но я… уу, я, я так и знала! Мне не стоило этого делать! Я делаю что-то плохое! Но, но, но когда я подумала: «Я могу приготовить для кого-то», мои руки задрожали, и в голову хлынули вещества удовольствия…! Это было так приятно, и я не могла остановиться!
— Делать что-то плохое, руки дрожат, вещества удовольствия льются в голову, чувствует себя хорошо и не может остановиться…
Говорить такое в её нынешнем стиле «дзирай-кэй» кажется очень опасным.
— Готовить обед — законно.
— Но это лазейка в законе!
— Это не лазейка в законе!
Весь этот разговор, который можно было бы неправильно понять со стороны, сопровождается выразительной сменой её лица.
Её красота временами может казаться недоступной, но она очень дружелюбный человек.
— Это действительно не соответствует цели, но спасибо, я рад. А теперь давайте осмотримся.
— П-простите… Если вы так говорите… Я, я буду осторожнее в следующий раз…!
Существо другого вида, не такое, как мы, да?
Я определённо не разделяю чувств Кусакабэ-сан, которая зашла так далеко, что сказала это.
Сейчас рядом со мной идёт девушка, переполненная человечностью.
— Но я действительно с нетерпением жду обеденной коробки, которую приготовила Райхара-сан.
— П-правда?
— Да, конечно…
…Эта её приятная и загадочная улыбка обладает аурой иного мира.
— Возможно, здесь много семей. Оживлённо и приятно.
Райхара-сан, идущая рядом, огляделась и сказала так.
Действительно, больше всего, кажется, именно отдыхающих семей.
— Наверное, просто хорошее место для прогулок.
— Я тоже так думаю… Если подумать, когда я приходила сюда, это всегда было с семьёй.
— Правда? Значит, Райхара-сан бывала здесь несколько раз.
Она говорила что-то подобное, когда предложила это место в качестве пункта назначения.
— Да. Мой отец сказал, что это потому, что событие благоприятное.
— Благоприятное?
— Одно из значений гортензии — «семейное единство». Говорят, потому что маленькие цветы собираются вместе и прижимаются друг к другу.
— Вау, понятно.
Я этого не знал. Но, услышав, понимаю.
— Тифудзи-сан, для вас это в первый раз, да?
— Да… Я никогда раньше не был на таких мероприятиях.
Семейное единство, да.
Красивая фраза.
— Я смог прийти благодаря Райхаре-сан; я благодарен… Как-нибудь надеюсь, что смогу помочь сегодня.
— А, нет! Я тоже постараюсь сегодня!
Сегодня — реванш за прошлый раз. Цель та же: самые основы эгоистичного поведения — честно сказать «я устала», когда устанешь.
В прошлый раз Райхара-сан не устала, так что мы даже не смогли попробовать.
Но в этот раз, наслаждаясь гортензиями по пути, мы пройдём от города до небольшого туристического маршрута, так что даже крепконогая Райхара-сан должна в конце концов где-нибудь устать.
Мы смотрим на цветы и ведём непринуждённые беседы, постепенно продвигаясь по маршруту.
Незаметно мы покинули город, и запах природы усилился.
— Чуть дальше есть святилище, и каменные ступени, ведущие к нему, — одно из известных мест, с аккуратно цветущими по бокам гортензиями. Это красиво~.
— Хорошо. Раз уж мы здесь, может, зайдём помолиться?
Примерно такой был наш разговор какое-то время.
Вскоре перед нами предстала лестница значительной длины и крутизны, излучающая внушительное присутствие.
— Ва-а~.
Как и было сказано, ряд цветущих гортензий вдоль ступеней великолепен.