Палец Сола всё ещё касался куклы. Он никак не мог решить: взять её или отпустить.
«Почему меня повсюду преследуют предупреждения о смерти? Это мне так не везёт, или в Башне Магов это в порядке вещей?»
Осторожно, Сол медленно ослабил хватку, прощупывая почву. Когда он не превратился в куклу, безвольно лежащую на полу, ему стало немного легче дышать.
«Похоже, кукла не может просто так забрать моё тело. Ей нужно, чтобы я открыл шкаф... или столкнулся сразу с несколькими куклами».
Сол обошёл куклу, направляясь к небольшому мусорному ведру.
«Раз не хочешь возвращаться в шкаф, как послушная куколка, значит, будешь в мусорке!»
Но он поторопился с выводами.
На книге в твёрдом переплёте появился новый текст.
21 мая, 314 год Лунного календаря.
Из-за своей лени ты выбросил куклу в мусорное ведро.
И хоть ей там и место, ведро может лишь хранить мусор, но не способно запечатать инструмент.
Когда ты вернёшься в лабораторию на следующий день, она будет выглядеть так, будто через неё пронёсся ураган.
Разъярённый наставник Марк не станет слушать оправданий и слижет с тебя кожу, мясо и органы...
Ты станешь скелетом.
Твоя левая рука будет очень довольна.
Сол отпрянул назад и схватил куклу. «Так я всё равно умру? Хоть в шкаф её, хоть нет?»
Он сжал куклу в кулаке, испытывая искушение раздавить её.
Но она оказалась настолько прочной, что он не смог даже оторвать ей руку.
Сол сдался.
Особенно когда ему показалось, что кукла только улыбнулась.
Даже без очередного предупреждения о смерти у него было предчувствие: ломать куклу — не лучшая идея.
«Может, вынести тебя из лаборатории и где-нибудь выкинуть?» — неуверенно подумал он.
На этот раз книга промолчала; она тихо вернулась к его левому плечу.
— Фух…
Сол выдохнул.
Он повернулся, чтобы осмотреть последнюю часть комнаты и поскорее уйти отсюда.
Но едва он обернулся…
Бах!
За его спиной что-то с громким стуком упало на пол.
Стеклянные дверцы шкафа были распахнуты настежь. Куклы валялись по всему полу.
Сол встретился взглядом с одной из них.
«Помоги мне, помоги мне, помоги мне...»
«Помоги, помоги мне, помоги...»
«Я тоже хочу, я тоже хочу...»
«Помоги, помоги, помоги...»
В одно мгновение, казалось, сотни голосов закричали у него в голове.
Сол проигнорировал полученное предупреждение о том, что завтра его убьёт Марк, — и бросился к выходу.
Но как только его ноги оторвались от земли, он потерял равновесие и с грохотом рухнул на пол.
Попытавшись подняться, он понял, что его конечности одеревенели.
Онемение поползло от кончиков пальцев, медленно захватывая тело, мозг...
Нет!
Он вспомнил то, что говорила Моника о медитации. В отчаянии он мысленно представил движения из диаграммы человека-монстра.
При себе у него не было ни самой диаграммы, ни хрустального шара, чтобы сфокусироваться, но в этот момент между жизнью и смертью Сол сумел войти в состояние медитации.
Безумные голоса притихли, но не исчезли.
Онемение во внутренних органах начало отступать, возвращаясь в конечности.
Будь здесь Моника, она бы поразилась. Ментальные способности Сола оказались даже выше, чем она предполагала.
Но он всё ещё не мог двигаться — его конечности оставались жёсткими, как брёвна.
«Постойте-ка, моя левая рука всё ещё двигается!»
Его костлявая левая рука оставалась подвижной, способной сжиматься и разжиматься.
Вложив всю свою силу в эту руку, Сол потащил себя по полу, пытаясь отползти от кукол.
Но движение нарушило его концентрацию, и онемение вновь волной прокатилось по телу.
Тем не менее, одной лишь медитацией не спастись — рано или поздно у него закончится ментальная энергия, и он всё равно умрёт.
Поэтому Сол совсем прекратил медитировать. Он сосредоточился лишь на том, чтобы тащить себя вперёд одной рукой... сантиметр за сантиметром.
Всякий раз, когда онемение достигало его груди, он останавливался, снова медитировал, оттеснял его назад и продолжал ползти.
Снова и снова он полз, медитировал, полз, медитировал, постепенно приближаясь к двери лаборатории.
Наконец, его левая рука коснулась двери.
«Кто бы мог подумать... что этот грёбаный эксперимент спасёт меня.»
Дверь лаборатории открывалась внутрь. Чтобы её открыть, нужно было потянуть её на себя.
Сол прижался к стене, протянул руку...
И дверь распахнулась сама.
Из-за неё выглянула половина лица Марка. Его широко раскрытые, безумные глаза уставились на Сола.
— Сол, а что ты делаешь?
Лицо было знакомым, но Сол почувствовал, как кровь стынет в жилах.
Со своего ракурса он отчётливо видел.
Это был не Марк.
Лишь тонкий лоскут кожи, растянутый в дверной щели.
Оно даже не заметило, что его разоблачили. Лишь продолжало сверлить взглядом.
— В лаборатории бардак. Куда это ты собрался? Возвращайся и приберись!
Рядом с дверью вдруг щёлкнул красный мусорный бак.
Щёлк!
Бледная рука вцепилась в его край.
С вздувшимися суставами и выпирающими венами — она напрягалась, будто пыталась выбраться наружу.
Позади Сола раздалось тихое хлюпающее бульканье. Что-то катилось к нему.
Его зубы застучали.
Даже став учеником мага, он оставался слабым, беспомощным и вечно стоящим на пороге смерти.
Книга вновь вылетела перед ним, страницы бешено перелистывались без остановки.
На каждой странице было одно-единственное слово:
СМЕРТЬ
На этот раз она даже не потрудилась описать, как именно он умрёт.
— Хех… ха-ха-ха-ха… — Сол разразился смехом. — Почему Смерть всегда меня преследует? Моё мясо настолько вкусное?! Хахахаха…
Он сорвался.
— Ну давайте! Давайте, все разом! Нападайте! Когда стану таким же уродцем, проверим, кто сильнее! Давайте! Хахахаха—!
Бах!
Дверь внезапно распахнулась.
Край двери ударил Сола по лбу, и он отлетел на пол.
— Угх!
Смех оборвался. Он инстинктивно схватился за голову.
— Стоп… я могу двигаться?
Книга тихо вернулась к его левому плечу.
Не до размышлений. Сол быстро поднял глаза.
Половина лица Марка исчезла.
Дверь была распахнута, и человек, с головы до ног обмотанный розовыми бинтами, шагнул внутрь.
Видны были лишь пара серебряных глаз — ни ушей, ни ноздрей, ни даже пряди волос.
Сол полусидел-полулежал на полу, застыв под этим взглядом. Его разум опустел. Не осталось даже страха.
К счастью, забинтованный человек лишь мельком взглянул на него, затем повернулся к лаборатории и пробормотал:
— Назад. Все — назад.
Затем снова посмотрел на Сола. Лёд в его взгляде растаял, сменившись чем-то тёплым.
— Новый ученик. Что ты ночью делаешь в лаборатории?
— Ночью?
И тут Сол вновь обрёл контроль над телом. Он снова почувствовал себя собой.
Он глянул на песочные часы на стене.
В какой-то момент песок опустился до отметки в одиннадцать часов.
«Когда Старший Марк ушёл, ещё и шести не было... Почему уже одиннадцать?»
С точки зрения Сола, он пробыл в лаборатории меньше получаса.