Марк увидел в глазах Сола решимость. Правда, он не мог понять, как новичок, едва ставший учеником, мог решиться на модификацию тела буквально на следующий день.
В конце концов, ему самому потребовался целый месяц раздумий, прежде чем он осмелился прооперировать собственные руки.
Но теперь Марк видел, что Сол чего-то стоит.
Тот, кто смог выбраться из полуночной лаборатории, явно не был обычным новичком. У него либо были навыки, либо могущественная поддержка.
— Можешь переписать её для начала. Книга написана вполне понятным языком. Если после прочтения захочешь изучить тему глубже — приходи ко мне в лабораторию. Я буду здесь целый месяц.
Увидев такую добрую сторону старшего Марка, двое других новичков ошеломленно вытаращили глаза.
— Спасибо, старший Марк.
Сол сел на своё место. Времени было мало, так что книгу нужно было скопировать как можно скорее.
Марк оставил его в покое и отошёл в другую часть лаборатории.
В этот момент Анжела, до сих пор тихо наблюдавшая за происходящим, взяла свою книгу, подошла к Марку и очаровательно улыбнулась.
— Старший, я сегодня всё время ошибалась в некоторых местах, когда пыталась построить руны. Не могли бы вы мне помочь?
Она прижала книгу к подбородку, изо всех сил стараясь выглядеть как можно милее.
— Конечно, — улыбнулся Марк. — Десять магических кристаллов или два кредита.
Искра радости, только что вспыхнувшая в глазах Анжелы, тут же угасла.
У неё самой была всего пара десятков магических кристаллов. Как она могла потратить их на пару вопросов?
— Я… я попробую разобраться сама.
Она быстро вернулась на своё место, низко опустив голову, боясь увидеть насмешливые взгляды остальных.
Она подумывала спросить об этом наставника Каза — но, судя по всему, их с Дюком вчерашние результаты не произвели на него впечатления.
Придёт ли он вообще сегодня в лабораторию?
Книга «Понимание колдовской модификации тела» Гримма была не толстой — чуть больше сотни страниц. К тому же это была не печатная версия, поэтому и слов в ней было немного.
Переписывая, Сол даже пропускал бесполезные междометия, сосредотачиваясь только на сути и делая пометки. Но для ученика, который посещал занятия всего два дня, понять книгу полностью оказалось куда труднее, чем он рассчитывал.
Сол решил не стесняться и пошёл спрашивать Марка напрямую. Судя по перемене в его отношении, он догадался, что тот пытается загладить вину.
Но почему?
Могло ли его насторожить то, что Сол выжил? Или он узнал о причастности Большого Розового?
Как бы то ни было, Сол не собирался упускать такой шанс извлечь выгоду.
С помощью Марка, который помогал ему обобщать ключевые моменты, скорость списывания значительно возросла. Сол был уверен, что сможет скопировать всё важное до следующего полудня.
Значит, два магических кристалла были потрачены не зря.
После половины четвёртого вновь пришёл Наставник Каз. На этот раз с мрачным выражением лица и глубокой морщиной на лбу, словно озабоченный какой-то проблемой.
Когда Дюк попытался подойти к нему с вопросом, Каз отмахнулся от него, не сказав ни слова. Только тогда двое новичков поняли, почему другие ученики не приходят в лабораторию за помощью.
То терпеливое наставничество в первый день было лишь обманчивой прелюдией. Стоило тебе стать его учеником — он тут же показывал своё холодное истинное лицо.
Дюк никак не мог вернуть себе чувство превосходства над Солом. Он выглядел обеспокоенным и то и дело бросал на Сола взгляды со всё более сложным выражением лица.
Никто не ожидал того, что произошло дальше: наставник Каз, какое-то время постояв нахмурившись, вдруг направился прямиком к Солу.
— Наставник? — Марк нервно встал, думая, что Каз пришёл за ним.
Но тот остановился прямо перед Солом.
— Идём за мной.
Сол сперва вздрогнул, а затем обрадовался.
Вчера Дюка и Анжелу забрали, а его оставили, по сути, бросив на произвол судьбы. Но сегодня Каз вдруг о нём вспомнил.
Что заставило его передумать?
Сол быстро собрал книги и молча пошёл следом.
Они спускались по Восточной Башне. Время от времени им встречались другие ученики, которые отступали в сторону и почтительно склоняли головы.
Будучи новым учеником, Сол никогда не бывал на нижних этажах Восточной Башни.
Он знал только, что на нижних уровнях Западной живут дворецкие и слуги, а на самом нижнем — находится мусорная яма. Когда Сол подметал коридоры, он относил мусор в кладовую, откуда его потом забирали другие. Сам он до ямы никогда не доходил, так что и представления не имел, как там всё устроено.
До него доходили лишь слухи, что все слуги там, внизу — бывалые, но странные и неразговорчивые ребята.
Чем ниже они спускались, тем тусклее становился свет в коридоре. Сол держал голову опущенной и шагал вплотную за Казом, не смея оглядываться по сторонам.
Но мысленно он считал этажи:
Девятый…
Восьмой…
Седьмой… …
Второй!
Когда он досчитал до второго, Каз внезапно свернул и повёл его именно туда.
У входа, сутуло привалившись к стене, неподвижно стоял мужчина весом килограммов под сто, загораживая почти весь проход.
Каз провёл Сола через свободное узкое пространство. Здоровяк никак не отреагировал.
Через несколько шагов показалась красная деревянная дверь.
Каз с громким скрипом толкнул её.
Стоило Солу переступить порог, в нос ударила едкая вонь, смешанная с запахом крови. Он поспешно задержал дыхание и поднял взгляд на наставника.
Каз стоял посреди комнаты совершенно невозмутимо, словно у него и вовсе носа не было.
Стены комнаты были выкрашены каким-то призрачно-белым порошком. Повсюду неряшливыми мазками были начертаны странные письмена, похожие на граффити.
К счастью, хоть они и выглядели хаотично, голова от них у Сола не кружилась.
В центре был конвейер, идущий из стены. Его вход закрывали чёрные кожаные ленты, скрывавшие то, что находилось по ту сторону.
Рядом стоял длинный стол, заставленный всякими открытыми квадратными ящиками различных размеров. Ящики были пусты, но края и углы каждого были измазаны каким-то липким налётом.
На некоторых даже росли гроздья грибов размером с ноготь.
Сбоку от стола висели инструменты вроде молотков и стамесок. Под столом стоял большой ящик на колёсиках с открытой крышкой и испачканными тёмно-красными, почти чёрными пятнами стенками.
Казалось, именно этот ящик был источником вони и запаха крови в комнате.
У дальней стены стояли ещё один стол и два стула, один из которых был небрежно отодвинут. На столе громоздились книги, валялись листы бумаги, рядом лежал опрокинутый стакан для перьев, а сами перья были разбросаны по полу.
— На втором и первом этажах Восточной Башни мы храним тела. Это второй этаж.
Тела?
Губы Сола сжались. Внезапно всё, что он увидел в комнате, обрело смысл.
— Если справишься с работой здесь, будешь получать три кредита в месяц.
Сол резко поднял голову.
В памятке ученика говорилось, что один кредит можно обменять на десять магических кристаллов. Но у кредитов было гораздо больше применений, а обратный обмен и вовсе был невозможен: десять кристаллов не могли купить один кредит!
Сол едва сдержался чтобы не выпалить: «Я хочу! Я справлюсь! Я в деле!».
Но тут он вспомнил вчерашних Анжелу и Дюка. Их тоже сюда приводили? А потом отправили обратно, потому что они не соответствовали стандартам наставника?
— Что бы вы хотели, чтобы я делал? — спросил Сол, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно и покорно.
— Обработку мутировавших трупов, — ответил Каз и потянул за рычаг рядом с конвейером.
Механизм пришёл в движение, ленты затрепетали, и вскоре из-за кожаной завесы выкатился свежий труп.
Сол ожидал работы, связанной с мертвецами, но вид настоящего всё же заставил его побледнеть и отступить на два шага.
Тело было привязано к конвейеру и накрыто чёрным кожаным покрывалом. Лицо было целым и хорошо видимым.
Сол тут же его узнал. Это был тот самый новичок, о котором упоминала Кели — тот, чьи ноги вчера были изрублены и зарыты в клумбе.