Удар.
Отступление на шаг назад, пригнуться…
Хидена уже мог беспорядочно колотить мечом, наступать и отступать раз за разом. Его движения всё ещё нельзя было назвать красивыми или отточенными, однако теперь они хотя бы напоминали подобие настоящего боя. За прошедший год тренировок он научился значительно лучше понимать собственное тело и хотя бы приблизительно контролировать его движения.
Ещё удар.
Его боевые навыки за год тренировок с воином не сильно выросли, но вот контроль неловкого тела от ставших более сильными мышц стал на порядок лучше. Да и само тело уже не было таким уж «неловким».
Если раньше даже простое движение требовало от него сосредоточенности, то теперь многие действия выполнялись практически автоматически. Ноги уже не заплетались, руки не двигались сами по себе, а деревянный меч перестал казаться слишком тяжёлым и неудобным оружием.
Но то, в чём он преуспел больше всего…
Очередной замах воина, Огонёк в животе Хидены резко перешёл к руке, и та наполнилась силой.
Переход произошёл почти мгновенно. Ещё секунду назад энергия находилась там, где Хидена привык её ощущать, а уже в следующий момент она словно её залили горючим, произвольно вспыхнула в обеих руках.
Гхрум! — послышался звук столкновения деревянных мечей.
Сейчас Хидена не дрогнул под ударом взрослого воина, оставшись стоять на месте. Деревянный меч задрожал от столкновения, однако сам он сумел устоять. Ноги лишь немного сместились, но он не отступил.
— Получилось! Хе-хе, получилось! Я снова смог влить энергию в руки, — радовался Хидена.
Радость мальчика была совершенно искренней. Для него этот результат означал гораздо больше, чем просто удачное отражение одного удара.
— Да, — ответил воин из клана.
Он, как обычно, практически никак не отреагировал на успех ребёнка. Голос оставался спокойным, а выражение лица — невозмутимым.
«Я чувствую её потоки… Пусть и с трудом, но мне удаётся иногда направлять её».
Это было именно то, чего Хидена добивался всё это время. Проклятая энергия всё ещё оставалась для него чем-то сложным и непредсказуемым, но теперь он хотя бы мог иногда заставить её двигаться в нужном направлении.
— А теперь… — Хидена остановился, вспомнив, что не следует сообщать врагу о своём нападении, пусть это и было чистой формальностью: предсказать удары ребёнка всё равно было проще простого.
Он резко замолчал и снова сжал деревянный меч. Тем удары посыпались уже с его стороны.
Воин клана увернулся от серии выпадов.
Хидена пытался атаковать снова и снова, заставляя собственное тело двигаться быстрее. Каждый следующий удар был неловким, некоторые движения получались слишком широкими, другие — наоборот, недостаточно резкими.
Пусть Хидена и был ещё неумехой, хотя немало вырос за последний год тренировок с ним, получить удар проклятой энергией той же силы, что и у лучших магов первого уровня — это не шутка.
Даже если сам Хидена пока не мог нормально контролировать подобную силу, уже одного случайного попадания было достаточно, чтобы изменить ситуацию.
Очередной удар Хидены угодил в пол.
Послышался треск, и в досках появилась широкая щель.
На мгновение всё вокруг стихло.
Даже меч из дерева — проклятое оружие, специально укреплённое для таких тренировок, еле сдержал удар.
Деревянная поверхность пола пострадала от одного лишь случайного движения. Хидена сам не ожидал подобного результата и на несколько мгновений замер, глядя на оставшийся после удара след.
— И это он ещё не умеет толком энергию контролировать… Случайный всплеск силы, и уже такой результат, — Наобито улыбнулся, глядя со стороны.
Он наблюдал за тренировкой и теперь окончательно убедился в том, что способности ребёнка действительно заслуживают внимания.
«Кажется, у меня будет второй сильный сын» — подумал Наобито, прежде чем уйти.
Тем временем Хидена тяжело дышал.
Грудь быстро поднималась и опускалась, дыхание сбилось, а силы постепенно подходили к концу. Несмотря на возраст, он полностью покрылся потом из-за усталости.
Однако даже сейчас он не собирался прекращать схватку.
— Мне нужно пробудить технику в этом году, — сказал он.
Слова прозвучали достаточно уверенно, хотя самому Хидене было очевидно, насколько сложной является поставленная цель.
— Хорошо, — сказал воин, как обычно без тени эмоций.
«Я могу держать в руках меч и кое-как использовать проклятую энергию всего в три года. Не худший результат, но этого мало!»
«Мало!» — напор ударов по воину Кукуру со стороны Хидены усилился.
«Мало, если я хочу спасти Годжо»
Хидена прекрасно понимал разницу между своими возможностями и возможностями обычного ребёнка. Именно поэтому он не собирался довольствоваться уже достигнутым.
«Проклятую технику как правило пробуждают в возрасте от четырёх до шести лет. Очевидно, я должен пробудить её в три! В три… Ладно, может, в четыре... В любом случае, я должен сделать всё, что смогу».
***
В клане Зенин пролетел очередной год.
За это время многое изменилось, хотя для самого клана это был всего лишь ещё один прошедший год.
Десятки босых детских ног грохотали по доскам пола. Шаги множества детей сливались в один общий шум, который становился всё громче по мере их приближения к нужному месту.
Здесь не было никого старше десяти лет, большинству было около пяти. Вся эта толпа, вооружённая деревянными мечами и палками, направлялась к дверям личных покоев своего родственника.
Дети шли вместе, практически не обращая внимания на возраст и не думая о том, насколько опасным может оказаться их поступок.
С громким скрипом сёдзи открылась.
Дети, невзирая на возраст, тут же остановились, а те, кто не смог, упали.
Лишь один из детей побежал вперёд.
— Наоя! Ненавижу! — злобно, пусть и слегка нечётко, прокричал он.
Бум.
Корпус Наои опустился на миг, рука скользнула к голове мальчика, и в тот же миг тело ребёнка обмякло.
Всё произошло настолько быстро, что малыш даже не успел понять, что произошло.
Тело, потеряв контроль, на инерции влетело в стену, после чего упало.
— Ублюдок! Ты! Бьёшь нас каждый день, плюёшься, и… — прокричал один из наиболее старших детей, тяжело дыша от гнева.
«Хорошо! Наконец-то мне хватило смелости! Наконец-то я сказал тебе всё, что хотел, тупица! Наглый и напыщенный кусок… дерьма!» — думал этот ребёнок.
«Это… Напасть? На меня? Они совсем с ума посходили?» — растерянно подумал Наоя.
От удивления он даже не успел разозлиться.
На несколько мгновений Наоя просто смотрел на собравшихся перед ним детей, словно пытаясь понять, действительно ли они решились выступить против него.
«Убить бы их всех прямо тут — клану будет лишь лучше. Будущая обуза и слабаки, ничтожества, которые будут лишь портить нам кровь, словно комары».
Для Наои они не выглядели достойными противниками или даже людьми, к которым следовало проявлять уважение.
— Да! По-подохни! — кричали они.
«Подонки! Кукуру клану тоже нужны, так что убить всех будет расточительно, но как они могут быть столь наглыми!»
Наоя несколько секунд молча смотрел на собравшихся, после чего расслабил лицо и потупил взгляд.
— Как же раздражает. Я, будущий глава клана, не могу прикончить с десяток назойливых мух, — кривясь на каждое слово, проговорил он.
Его голос звучал раздражённо, но за раздражением уже отчётливо ощущалась угроза.
«Разве что парочку из них».
— Ты! Мы тебя…
— Заткнись! — прокричал Наоя, взмахивая рукой.
После этого всё быстро переросло в избиение.
Две минуты спустя он наносил удар последнему из детей, которые ещё не сбежали.
— Какой же ты идиот! Служить! — он ударил снова, — служить! Вот всё, что от вас требуется! Вы мусор, недостойный ни меня, ни клана, так хоть под ногами не путайтесь!
Дети вокруг уже не пытались сопротивляться. Те, кто ещё оставался рядом, явно боялись Наои и его действий.
— На-наоя-сама… — проговорил один из членов клана, стоявший рядом, — вы же его так убьёте…
— Ты! — Наоя резко указал на него, — почему не следят за этим отребьем? Они почти ворвались ко мне в комнату.
Член клана заметно занервничал.
— П-прошу прощения… Прислугу уже известили, этих непослушных детей ждёт строгое наказание!
Наоя поднялся с тела ребёнка.
Он всё ещё выглядел раздражённым, словно произошедшее было не чем-то серьёзным, а всего лишь досадной неприятностью.
— Наказание, — повторил он, — давно бы пора всех их прикончить.
Сёдзи в покои Наои захлопнулась.
***
Гигантский стол традиционного стиля был заполнен едой.
За ним собирались члены клана, и, хотя еды было много, само питание не отличалось особым разнообразием.
В основе рациона большинства была скоромность, и лишь на некоторых, самых близких к главе клана местах, стояло большее, чем рисовый суп со стаканом воды.
Здесь питались практически все члены клана, вне зависимости от возраста. Только, разве что, младенцев не допускали сюда.
Обычно за таким столом было достаточно шумно, однако сегодня обстановка была совсем иной: почти что все дети клана не смогли сегодня прийти.
Причина этого была известна присутствующим.
— Наоя опять избил малышню, — сказал Оги, обращаясь к главе, — двое уже сдохли от ран, остальные пока пытаются оклематься.
— Среди них ведь не было никого с техникой, да? — спросил Дзиничи, откусывая кусок свежей баранины и тут же запивая его сакэ, — Будущим членам Кукуру не достаёт дисциплины.
В его словах не было сожаления.
— Троих казним, будет для них уроком. Остальным — по тридцать ударов розгами каждому, — вынес вердикт Наобито.
Решение было принято спокойно, без долгих обсуждений.
— Кстати, Хидена ведь не участвовал? — спросил Дзиничи, глядя в конец стола на младшего сына Наобито.
— Да. У него вообще нет проблем с мозгами, думаю, он уже понимает, кто в будущем возглавит клан, и не хочет переходить дорогу своему брату, — сказал Наобито.
Наоя, унаследовавший технику проекции, был практически обречен стать главой клана в будущем.
Оги ели заметно вздохнул.
— Что? — с ухмылкой поинтересовался Дзиничи, — Кому-то сильно не повезло с потомством?
Действительно, эта тема уже не раз всплывала в разговорах среди приближённых к главе.
У Наобито одиннадцать детей, и большинство из них бесполезно, но двое из них — Наоя и Хидена. Первый гениальный маг, и второй, судя по всему, тоже имеет потенциал такового. У Оги же — всего две дочери. Пока что младенцы, но с ними уже всё ясно: у одной проклятая энергия очень слабая, у второй её вообще практически нет.
Разница между детьми была очевидна: и именно поэтому разговоры об этом возникали снова и снова. Пока что это просто разговоры за столом клана, но что будет через поколение? Через два? Сильная ветвь подомнёт под себя ту, что будет слабее. Никто из Зенинов не хочет, чтобы именно его род оборвался на кучке жалких слабаков Кукуру.
Именно поэтому, из-за такого намёка, почти похожего на угрозу, Оги бросил на Дзиничи тяжёлый взгляд. Зависть, злость и явная оскорблённость — он был готов вот-вот схватиться за меч, пусть и вряд ли насмерть.
— Тише. Внутренние распри нам не нужны, — предостерёг глава клана.
Выживание главных ветвей — это важно, но в первую очередь должны идти интересы самого клана, и только потом его членов.
***
Спустя пару месяцев.
***
«Успех! Я действительно смог пробудить технику всего за пару лет тренировок! Уже завтра мне исполнится пять, но всё-таки я успел!»
Хидена испытывал настоящее ликование.
Он действительно сделал это. Пусть и не в три года, как первоначально хотел, но до пяти лет он всё же успел пробудить проклятую технику. Буквально за день до того, как ему исполнилось пять.
— Что это за техника? — спросил кто-то из толпы.
Вокруг Хидены уже собралась куча служанок, людей из Акаши и даже Хэй.
Все смотрели на него, пытаясь понять, что именно произошло.
— Кажется, я о чём-то подобном слышал… Сейчас громыхнуть должно, по-моему…
— Выглядит как что-то опасное.
— Думаете?
«Ура!»
Внутри Хидены всё буквально переполнялось радостью.
— УРААА! — пронеслось по всему помещению. Разумеется, это не было восторженным криком служанок или воинов Кукуру.
Хидена даже не произносил слов, но звук сам прошёлся в округе, случайно облетая пространство вокруг.
Сила его техники проявилась практически сразу, причём сам Хидена даже не успел полностью осознать, что именно сделал.
Простые люди, не умеющие контролировать проклятую энергию, начали тут же затыкать уши.
— Ах!
— Громко! Как же громко!
— Я сейчас оглохну! Прекратите, молю!
Недовольные крики слышались отовсюду.
В помещении мгновенно поднялся шум. Люди пытались защититься от звука, но для тех, кто не мог использовать проклятую энергию, сделать это было практически невозможно.
— Что за гам? Что у вас тут? — поправляя короткие волосы, в залу вошёл зеленоволосый подросток, — чего это вы все тут собрались? А? — спрашивал он, осматривая окружающих.
Из-за восторга Хидена даже не сразу заметил вошедшего.
«Моя техника! Моя техника! Она позволяет мне контролировать звук, да? Неплохо…»
Хидена ещё не успел толком разобраться в своих новых возможностях, но уже понимал главное.
Он получил именно технику, связанную со звуком.
— О, мусор. Это из-за тебя что ли? — спросил Наоя, глядя на Хидену.
«Ой. Кажется, я немного нарвался. Беда».
Радость внутри Хидены слегка успокоилась.
— Из-за тебя мне пришлось закрыть уши энергией, это неудобно, — сказал Наоя, его лицо резко скривилось, — как ты смеешь приносить мне такое вот неудобство, м?
Хидена собирался ответить, но в этот момент Наоя исчез, а по помещению пронёсся ветер.
Хлп! — схватился Наоя за подбородок Хидены.
«Я? Что? Я ведь даже не успе…»
Кулак Наои влетел в лицо Хидены.
Хрусь.
После первого удара последовал и второй. Затем третий…
Удар-удар-удар-удар!
Хидена даже не успел нормально понять, что вообще происходит.
«Да я же… Дай-АЙ! Дай ответить…»
Хидена отчаянно пытался сделать хоть что-то, чтобы нанести ответный удар, но у него никак не получалось даже вернуть равновесие: Наоя бил его одной рукой, держа за ворот его кимоно другой.
Удар! — со звонок кулак Наои влетел прямо в голову своего оппонента, если можно так называть маленького Хидену.
Хидена изо всех сил старался прийти в себя.
«Я должен… отпор…» — пытался он собрать в голове сумбурные мысли.
Громкий звук вылетел отовсюду.
— ААА!
— По-Пожалуйста! П-пре…
— Прекратите! — кричали слабые слуги.
Они не могли защитить свои уши энергией, и потому страдали.
В то же время Наоя не испытывал от этого звука ни малейших трудностей.
Голова Хидены с характерным стуком была вколочена в стену.
Он даже не успел как следует использовать свою только что пробуждённую технику.
Хидена некоторое время пытался собраться, вернуть мышление и боеспособность, и, когда это начало получаться, когда ему удалось встать на ноги, Наоя уже ушёл.
«Гад… Этот… Он избил, наверное, уже каждого ребёнка в клане, кто младше его, но поднять руку на меня… Гад!» — появилась в его голове на удивление чёткая мысль.
Казалось, сейчас он сможет пойти, догнать Наою, избить его самого в ответ, но тело считало иначе. Ранее ждавшие покоя чувства вернулись, и Хидену тут же обдало зарядом непередаваемых ощущений.
«Больно! Боль…но…»
Зубы Хидены разжались, его сознание потускнело и он упал на мокрый от следов его собственной крови пол.