Ветхий, изъеденный ржавчиной автобус медленно катился по бескрайнему шоссе, утопая в непроглядной пелене тумана.
В салоне находилось семеро: три женщины и четверо мужчин.
Они сидели на своих местах, глядя сквозь окна на клубящуюся снаружи мглу, и на лицах каждого проступала печать нарастающего безумия — от сомнений и растерянности до неподдельного страха.
Однако всех без исключения объединяла мертвенная бледность, словно по пути этим людям довелось пережить нечто поистине ужасающее.
Автобус продолжал свой неспешный ход, пока наконец не замер перед старым, обветшалым особняком.
Здание, со всех сторон зажатое туманом, стояло угольно-черным монолитом — от него веяло чем-то мрачным и зловещим.
Двери со скрипом распахнулись, словно безмолвно приказывая пассажирам выходить.
Семеро нехотя покинули салон. Оглянувшись назад с немым ужасом во взгляде, они уставились на пустое водительское место.
Осознание ударило с беспощадной ясностью: этот металлический гроб проделал весь путь без единой живой души за рулем.
Как только на землю ступил последний пассажир, двери автоматически закрылись. Автобус снова тронулся с места. Его силуэт ещё какое-то время виднелся во мгле, пока окончательно не растворился в тумане.
Семеро оставшихся стояли перед черным особняком и растерянно переглядывались, замечая на лицах друг друга лишь леденящее оцепенение.
— Пойдемте... Думаю, у нас всё равно нет другого выбора.
Тишину нарушил худощавый юноша в очках с темно-коричневой деревянной оправой. На его утонченном лице читалось спокойствие, разительно контрастировавшее со всеобщей паникой.
— М-мы... мы правда должны туда войти? — дрожащим голосом спросила красивая женщина с золотыми серьгами. Из-за легкой одежды она сильно замерзла и, обхватив себя руками, постоянно растирала плечи. — А вдруг внутри... небезопасно?
Остальные промолчали.
Поначалу они надеялись, что происходящее — какой-то изощренный розыгрыш или их вслепую привезли на съемки реалити-шоу.
Но когда выяснилось, что в автобусе вообще нет водителя, всех охватил первобытный страх. Пусть каждый из них раньше считал себя убежденным материалистом, произошедшее в пути просто не укладывалось в голове.
— Значит, предпочтете шагнуть в туман? — Нин Цюшуй сделал глубокий вдох, изо всех сил стараясь казаться невозмутимым, хотя сердце бешено колотилось в груди.
С момента получения того загадочного письма до прибытия в это жуткое место прошло меньше часа, но этот час вдребезги разбил его привычную картину мира.
— Вы забыли про толстяка, который выпрыгнул из салона на перекрестке?
При одном лишь упоминании об этом человеке в красивых глазах женщины проступил неконтролируемый ужас. У нее подкосились ноги, и она едва не осела на землю.
Изначально в автобусе было восемь пассажиров.
Все они оказались здесь внезапно, просто заснув каждый в своем мире.
Среди них был один толстяк, который всю дорогу раздраженно доказывал, что это проделки беспринципных телевизионщиков, их телефоны подменили, водитель рулит из скрытой кабины под полом, а туман — просто бутафорский сухой лед.
В конце концов, когда автобус ненадолго замер на очередном перекрестке, скептик просто открыл окно, выпрыгнул наружу и зашагал в клубящуюся пелену.
До этого момента развитие событий казалось еще более-менее нормальным.
Однако, когда они подъехали к следующему перекрестку, то увидели, что на окутанном туманом светофоре что-то раскачивается...
И лишь когда автобус приблизился вплотную, они разглядели: на ветру трепетала содранная человеческая кожа.
Ее сняли абсолютно целиком — на пустом лице всё еще читался застывший предсмертный ужас, словно перед гибелью толстяк столкнулся с чем-то за гранью человеческого рассудка.
А сам металлический столб светофора на глазах наливался тяжелым, сочащимся багрянцем.
Эта сцена повергла всех в глубочайший шок.
Кто-то, не поверив своим глазам, приоткрыл окно, и тошнотворный смрад свежей крови тут же заполнил весь салон.
Теперь при одном только воспоминании о произошедшем лица людей серели, а к горлу подступала тошнота.
— ...Раз уж никто не горит желанием возвращаться в туман, нам остается только зайти в особняк, — Нин Цюшуй снова вздохнул.
Ему тоже было страшно. Но почему-то ни вид освежеванной кожи, ни запах крови не вызвали у него столь же острой реакции, как у остальных.
К тому же, парня не отпускали мысли о загадочном послании.
«Что именно отправитель... пытался мне сказать?»
Толкнув железные ворота, он первым вошел во двор. Остальные потянулись следом.
Вокруг царила абсолютная тишина. Пугающая, мертвая тишина.
Люди старались держаться как можно плотнее друг к другу. Идущая в центре обладательница золотых серег почувствовала, как чья-то рука скользнула по ее бедру, но лишь нахмурилась и промолчала.
«Омерзительно, но... это ничтожная цена за то, чтобы не оказаться заживо освежеванной в этом проклятом тумане.»
Подойдя к дверям черного особняка, Нин Цюшуй постучал.
Раздалось три глухих, размеренных удара по дереву.
Вскоре изнутри послышались шаги. Идущие позади инстинктивно отшатнулись, со страхом уставившись на вход.
Дверь с протяжным скрипом отворилась.
Но вопреки ожиданиям, никакого жуткого монстра за ней не оказалось.
На пороге стояла утонченная, невероятно красивая девушка лет пятнадцати.
— Добрались? Проходите.
Только услышав этот лишенный всяких эмоций, неестественно холодный голос, присутствующие осознали, что перед ними юноша.
Очень красивый юноша.
Проводив взглядом Нин Цюшуя, шагнувшего внутрь, остальные нерешительно замялись на пороге.
— Вам лучше зайти побыстрее... — пока они колебались, из глубины дома снова раздался равнодушный голос. — В этом тумане... очень опасно.
Услышав о тумане, люди снова вспомнили жуткую смерть попутчика, вздрогнули и поспешили зайти внутрь.
Главный зал особняка оказался очень просторным, с классической отделкой. Слева выстроились ровные ряды книжных шкафов, справа наверх уходила деревянная лестница, а в центре, вокруг горящей жаровни, стояли три больших дивана, на которых сидело четыре человека.
Они молча смотрели на пламя, погруженные в свои мысли.
В этой тягучей тишине атмосфера в зале становилась всё более пугающей.
— Простите... где мы находимся? И почему здесь оказались? Откуда взялся этот туман и пустой автобус? — после недолгого раздумья Нин Цюшуй задал сразу три вопроса.
Но никто ему не ответил. Четверо у жаровни даже не удостоили его взглядом.
Тут бородач Лю Чэнфэн, стоявший позади Нин Цюшуя, не выдержал:
— К вам обращаются! Вы что, оглохли все?!
Его раскатистый бас громыхнул по залу, ударив по барабанным перепонкам.
Наконец, мужчина в деловом костюме, сидевший прямо напротив Нин Цюшуя, заговорил:
— Я знаю, у вас много вопросов... Если вы сможете вернуться живыми из первых Врат Крови, я дам на них ответы.
От этих слов внутри у каждого разлилось недоброе предчувствие.
— Врата Крови? Что это? — Нин Цюшуй насторожился, вспомнив полученное письмо.
Мужчина в костюме, даже не поднимая головы, небрежно указал в сторону ведущей наверх лестницы:
— Третий этаж. У вас осталось мало времени. Меньше чем через пять минут Врата Крови откроются, и вас затянет в ужасающий мир за ними, где предстоит выполнить задание. Как только справитесь, за вами приедет автобус.
Когда он закончил, невысокая, худая девушка с двумя хвостиками по имени Янь Юпин робко спросила:
— А если... мы не выполним задание, что будет?
Мужчина медленно поднял голову и посмотрел ей в глаза.
От этого спокойного, но абсолютно ледяного взгляда сердце девушки болезненно сжалось.
— Вы умрете. И умрете... очень мучительной смертью.
После этих слов у всех подкосились ноги. Они отчаянно хотели верить, что это лишь дурная шутка.
Но предельно серьезное лицо мужчины разбило их последние надежды вдребезги.
— А можно... н-не идти туда? — сглотнув подступивший к горлу ком, спросил молодой парень со светлыми волосами.
Мужчина бросил на него безразличный взгляд:
— Можно. Но тогда... тебе лучше больше никогда не засыпать.
Блондин опешил:
— П-почему?
Губы мужчины тронула холодная усмешка:
— Потому что, если ты откажешься выполнять задание, нечто из-за Врат Крови выйдет наружу и придет за тобой. Куда бы ты ни сбежал, они тебя найдут. И тогда...
Он не стал договаривать, но всем и так стало ясно, чем это закончится.
Нин Цюшуй посмотрел на лестницу, а затем снова обратился к мужчине:
— Перед тем как мы войдем, вы можете дать нам какой-нибудь совет?
Незнакомец слегка удивился. Он перевел взгляд на Нин Цюшуя, и в глазах мужчины промелькнула искра едва уловимого одобрения.
— Совет, говоришь... Есть один. Истории за Вратами Крови очень опасны, но в каждой из них всегда есть не один путь к спасению. Если вы найдете этот путь, выполнить задание и выжить... будет не так уж сложно.
Нин Цюшуй кивнул:
— Спасибо.
Сказав это, он уверенно направился к лестнице.
Увидев такую решительность, бородач Лю Чэнфэн после недолгой внутренней борьбы стиснул зубы и поспешил за ним.
— Черт, парень... твоему хладнокровию можно только позавидовать! — тихо пробормотал он, поравнявшись с парнем.
На самом деле, Лю Чэнфэн обратил внимание на Нин Цюшуя еще в дороге. Не заметить его было трудно. Что при виде освежеванной кожи, что при тошнотворном запахе крови — этот человек почти не проявил эмоций.
— Хладнокровию, да? — Нин Цюшуй горько усмехнулся. — Думаешь, у нас есть выбор?
Лю Чэнфэн был крупным мужчиной, поэтому, даже стоя на ступеньку ниже, почти не уступал Нин Цюшую в росте.
— Когда мы увидели ту содранную кожу, ты глазом не моргнул. Ты случаем... не из этих?
— Ты о чем?
— Ну, наемный убийца.
— Ты романов перечитал. Откуда в реальной жизни взяться наемным убийцам?
— Э-э... тогда...
— Я врач.
— А-а, понятно. Судмедэксперт?
— Почти. Ветеринар.
Лю Чэнфэн лишился дара речи.
За этим разговором они поднялись на третий этаж.
Оказавшись наверху, оба мгновенно замолчали.
В воздухе повис густой металлический запах крови, смешанный со зловонием гниющего дерева.
На пустом третьем этаже не было ничего, кроме одной деревянной двери.
Прямо на ней была выведена кровавая надпись:
Ухаживать за прикованной к постели старухой пять дней
«Забота о пожилой женщине... значит, в этом и заключается наша задача».
В глазах Нин Цюшуя скользнула тень мрачного предчувствия.
Вскоре поднялись и остальные. Увидев условие, они растерянно замерли.
— И это... всё? Так просто? — женщина с золотыми серьгами, Ван Юйнин, не могла поверить своим глазам.
Словно повинуясь единому порыву, все внезапно умолкли и уставились на дверь.
Раздался протяжный, глухой скрип.
В следующую секунду сквозь щель просунулась пара мертвенно-бледных рук!
Как только окровавленная дверь медленно распахнулась, в глазах у всех резко потемнело, и они провалились в глухую тьму...