«Какая же это мука».
Миккулеви пустил струю воды, которая полностью залила пол комнаты, а я теперь всё это вытирал.
— По праву, проигравший должен принять свой позор.
[Тебе не кажется, что я не должен убирать за тем, что ты натворил?]
— Таков удел победителя.
[Ты серьёзно это называешь аргументом?]
— Конечно. Это и есть власть.
Мне расхотелось ему отвечать, поэтому я молча продолжил приводить пол в порядок. А затем, со вздохом, искоса посмотрел на Миккулеви.
[Я уже не понимаю — то ли я ращу тебя, то ли ты меня.]
— Человек, почитай это за честь — находиться рядом с благородным драконом.
[Благородный господин, который питается консервами и плюётся водой?]
— Это… эм… право победителя.
[Ты же сказал, что они невкусные.]
— …Душевное насыщение куда важнее, человек.
Дело плохо, очень плохо.
Скоро в «Колыбели» наступят каникулы. А это значит, что в течение всего этого времени… мне придётся постоянно быть рядом с этим Миккулеви.
[Скоро каникулы.]
— И что?
[Это значит, что целый месяц мне придётся торчать с тобой.]
Конечно, когда я спал в общежитии, Миккулеви всегда был рядом. Но находиться с этой рыбой бок о бок целый месяц, с утра до вечера… от одной этой мысли становится жутко.
— В чём проблема? Наша дружба станет глубже, наша связь — крепче…
[Это ужасно, просто ужасно.]
— …….
Услышав это, Миккулеви уткнулся головой в угол аквариума.
— Хм… если тебе так противно, то проваливай и живи где-нибудь в другом месте, человек.
О, обиделся. И Вероника, и драконы — почему они все такие узколобые?
[Да я шучу, шучу.]
Я помахал белой доской перед углом аквариума, пытаясь его успокоить.
— Мои тонкие чувства нельзя так просто задевать подобными шутками.
[Твои тонкие чувства выражаются в плевании водой?]
Он вечно пускает струи воды, а убирать всё приходится мне. Даже от мысли, что так пройдёт весь отпуск, у меня начинает болеть голова.
— У человека разве нет родного дома? Доколе ты собираешься торчать только в этом общежитии?
[Ни дома, ни другого места, куда можно пойти, у меня нет.]
— У человека разве нет семьи?
[Похоже, что она у меня есть?]
— Не похоже.
[Вот именно.]
— Сожалею.
[Ты же так совсем не думаешь.]
— Именно так.
…Разве в таких случаях не нужно говорить обратное? Почему все драконы поголовно лишены эмпатии?
— Забудь, лучше дай мне еды, человек.
[Ты же только что ел?!]
— Я проголодался.
Видимо, вкус победы — это одно, а голод — совсем другое. Я шумно вздохнул и направился на кухню.
«Что бы выбрать?»
Разглядывая кухню, я лениво покрутил в руке полупрозрачную сферу. На «Маску молчания» я наложил навык «Иной сон».
[Активируется навык «Иной сон».]
Сфера исчезла, а вместо неё на моём пальце появилось обычное серебряное кольцо. Я бегло окинул взглядом кухню и подцепил какой-то продукт. Улыбнувшись, я снова активировал навык.
[Активируется навык «Иной сон».]
С-с-с…
Туман рассеялся, и форма предмета изменилась. Я резко… бросил его в аквариум Миккулеви.
— Бульк!
— Хо-о… на сей раз яблоко.
Миккулеви бережно потёр то, что выглядело как яблоко, и с аппетитом откусил кусок.
— …Уэ?
Издав неожиданно милый звук, Миккулеви замер и посмотрел на меня растерянным взглядом.
[Активируется навык «Иной сон».]
Маскировка спала, и стало ясно, что это на самом деле.
— И-и-ик!!
Красный, как кровь, острый перец. Причём не один, а сразу несколько.
— Челове-ек…!! Челове-е-е-ек!!
Миккулеви запрыгал внутри аквариума с открытым ртом. Внутри него начался настоящий шторм… вода бурлила.
— Плюх! Плюх!
Пол мгновенно превратился в лужу, а я довольно улыбнулся.
[Оценка за артистизм — десять из десяти.]
Однако, бросив взгляд вниз на пол…
«…А».
…Пришлось брать полотенце.***[академ.]
— Чего?
[У меня вопрос.]
— Какой?
[Почему вы здесь?]
— В смысле?
Клубная комната. Как обычно, я открыл дверь, собираясь рухнуть на диван, но место уже было занято. Вероника, которая должна была находиться в своём кабинете, почему-то оккупировала мою комнату.
— Чем будешь заниматься на каникулах?
[Буду торчать в общежитии.]
— Целый месяц?
[Да.]
— У тебя нет семьи?
[Нет.]
— Впрочем… так оно и выглядело.
[Да?]
Что за дела? Неужели я выгляжу как человек без семьи?
…Вероника не ответила, лишь кивнула. На лице читалось явное «я так и знала». Стало неприятно.
[А чем вы будете заниматься на каникулах, академ?]
— Я? Буду с тобой.
[Что?]
Что за жуть? С меня довольно и одного дракона, которого нужно опекать, так теперь добавится ещё один?
— Чтобы ты чего-нибудь не натворил, я решила заранее всё предотвратить.
[Я никогда не попадал в неприятности.]
— Это говорит тот, кто разбил зеркало?
[Это было не происшествие, а ошибка.]
— Одно и то же.
…С зеркалом правда была ошибка. Вероника очень злопамятная.
— Шучу. Давай устроим спецтренировку?
[Спецтренировку?]
— Ага, потратим на неё весь месяц. Всё равно тебе делать нечего.
Спецтренировка на целый месяц. Она рехнулась. Сошла с ума окончательно.
[академ.]
— Чего?
[Каникулы нужны, чтобы отдыхать.]
— А я не отдыхаю.
[Это не мои проблемы, я ведь студент.]
— А я могу спихнуть всё на Кауса.
…Почему всё так оборачивается? Вероника невозмутимо откинулась на спинку дивана и взяла со столика печенье. И совершенно спокойно его сгрызла.
…Это вообще-то вещь Неру.
— Ням-ням… Вкусно.
Она ведёт себя так, будто совершить поступок, из-за которого Неру устроила бы истерику, — обычное дело.
— Хм-хм… Так как ты собираешься практиковаться в магии?
[Буду практиковать сам, как-нибудь разберусь.]
— Без моей помощи?
[академ.]
— А?
[Я могу упражняться в одиночку.]
Пусть я хоть трижды безнадёжен, но практиковаться могу и сам.
— Точно… раз уж заговорили о магии…
Тут Вероника подняла голову, будто о чём-то вспомнив.
— Ты со своей уникальной магией… используй её осторожнее, ладно?
[Осторожнее?]
— На случай, если ты не знаешь… она, чёрт возьми, очень опасна.
Я знаю, что уникальная магия опасна. В конце концов, она настолько сильна, что оправдывает само название «уникальной».
— Начнёшь делать глупости — и тебе её запретят, как Карнел.
[Председателю запретили использовать магию?]
Разве можно запретить уникальную магию? …Да я даже не знаю, какая магия у Карнел. В «Акабедствии» мне ни к чему было изучать её уникальную магию. Я и так уничтожал всё базовыми навыками.
— Ага. Так что будь осторожен.
[Постараюсь.]
— Ну хорошо… если на каникулах станет скучно, я загляну.
[Нет, не приходите.]
— Почему? Скучно же будет.
[Мне не скучно.]
— А мне скучно.
[Можете поиграть с замом.]
— Каус постоянно прячется.
[Почему вы думаете, что я не буду прятаться?]
— Тебя же легко найти, если даже ты спрячешься.
…Вот в чём проблема. Вероника закончила фразу и резко вскочила. В тот же момент открылась дверь клубной комнаты, и вошли Неру с Клаусом.
— Мяу?
— …академ?
Пока оба застыли от удивления, Вероника невозмутимо улыбнулась:
— Бывайте!
И, как обычно, растворилась без следа.
— …Что это было?
[Произошло небольшое недоразумение.]
Пока я пытался уйти от ответа, Неру посмотрела на стол и широко раскрыла глаза.
— Мя-а!! Моё печенье…!!
— Э-э…?
— Кто это сделал?!
Неру, подняв уши и хвост, начала тщательно обыскивать всё вокруг стола.
— Так, давай сначала успокоимся.
— В такой ситуации успокоиться невозможно, мя!
— Адель, это не ты съел?
[Я такое не ем.]
Это правда. Даже если бы я съел, то не почувствовал бы вкуса, а цена у него такая, что я даже не притрагиваюсь.
— Тогда… академ?
[Я просто куплю тебе новое.]
Это Вероника натворила дел… но учитывая статус академа, придётся пожертвовать собой. …Просто куплю что-нибудь подешевле.
— Хм-ня… ну ладно.
Я с некоторым недоумением посмотрел на Неру, которая моментально пришла в себя, а затем просто откинулся на диван.
— Кстати, зачем приходил академ?
[Спрашивала, что я буду делать на каникулах.]
— Каникулы…? А, точно, скоро же каникулы.
[Ага.]
— Каникулы! Я тоже люблю каникулы, мя!
Неру достала печенье из угла. …Откуда оно там взялось? Она его спрятала?
— Адель, а ты что будешь делать?
[Я просто останусь в общежитии.]
— Да?
[А ты?]
— Я…
Клаус неловко почесал щеку:
— Шарлотта позвала меня к себе домой.
[?]
Шарлотта? Уже? …Сюжет даже не шёл по обычному пути, а они уже настолько сблизились?
[Быстро же вы прогрессируете.]
— Эм… мы не в таких отношениях.
— Я слышала, что между мужчиной и женщиной дружбы не бывает, мя.
[Верно.]
Неру на сей раз сказала дело. В отношениях между людьми всякие «подруги» или «друзья» противоположного пола не существуют.
— Если так рассуждать… Адель, ты тоже…
[Что я?]
— Э-э… одни только председатель и святая чего стоят…
Клаус покосился на Неру и осёкся.
[В чём дело?]
— …Нет, ничего.
…Что за дела? Почему он не договаривает? И что не так со мной, председателем и Рев?
— В любом случае… говорят, дом у Шарлотты огромный.
[Естественно, она же из семьи герцога.]
Клаус отвёл взгляд, пытаясь сменить тему.
— Кхм… а ты чем займёшься на каникулах, Неру?
— Мя? Я буду помогать папе!
Наверное, имеет в виду Беру. Кстати говоря, в последнее время у меня не было времени зайти к нему. Слизняков я больше не ловлю… так что и продавать останки чудовищ не было повода.
[Ты примерная дочь, Неру.]
— Фу-фу… верно! Я примерная дочь, мя!
Неру с гордым видом начала помахивать хвостом. …И мне вдруг пришла в голову мысль. Они все куда-то стремятся, а я один остаюсь на месте. Все едут к семье или проводят время с близкими… а я всё один.
…И в этот момент.
— Бах!
Дверь в клубную комнату резко распахнулась.
— Адель!
Появилась председатель, живущая по соседству. Карнел подошла ко мне быстрым шагом и… ткнула пальцем:
— Вы! Вы приедете ко мне домой!
— …Ах.
— О-о…
От такого уверенного заявления у Клауса и Неру отвисли челюсти.
— …….
Я на мгновение лишился дара речи. …То есть, приехать к Карнел? В герцогство Дельвар?
[Что вы сказали?]
— Я приглашаю вас в поместье семьи Дельвар.
[Меня?]
— Отказ не принимается!
Как только Карнел отрезала, Клаус пробормотал рядом:
— Вот видишь… Адель, что я говорил, один только председатель чего стоит…
— Ш-ш, младший. Такое говорить не обязательно.
Но… Вайолет ловко закрыла рот Клаусу рукой.
— Фу… сочтите это за честь!
Карнел вскинула подбородок и торжествующе улыбнулась:
— Вы первый человек, исключая Вайолет, которого я приглашаю в поместье Дельвар!
И тут я почувствовал на себе три пары взглядов. У Клауса было выражение лица «я так и знал…». Неру вообще не интересовалась ситуацией, уставившись на меня взглядом «хочу шоколадное печенье», а у Вайолет было сложное лицо, словно она хотела поддержать, но не понимала причин.
— …….
Если не считать меня, который не мог произнести ни слова… проблема была в том, что все остальные воспринимали эту ситуацию как нечто само собой разумеющееся.