Озеро, мирно дышавшее в гармонии с природой.
Над его спокойными водами ступил мужчина с пурпурными глазами.
— Ох… Михаэль, почему ты здесь?
В центре озера.
Женщина, чьи волосы цвета нежной фиалки струились по телу, погружённому в воду, повернула голову и посмотрела на Михаэля.
— Я существую везде, Элоди.
— …
В тот момент, когда он произнёс это имя…
Гладкая поверхность воды исказилась.
По водной глади поползла рябь, вырываясь из глубины.
Ш-ш-ш…
Что-то начало шевелиться со дна озера.
— Пуах!
Столб воды взметнулся в небо.
Внутри него начали обретать форму духи.
Пылающий дух огня, рассеивающийся подобно туману дух воды и дух ветра, рассекающий воздух.
— Я же просила не называть меня этим именем…
Духи, окружавшие пространство, разом обнажились для атаки.
Однако… Михаэль не моргнул и глазом.
— Ха, но разве ты сама не называла меня Михаэлем?
Щёлк.
Он щёлкнул пальцами.
С-с-с…
Вуаль тишины была разорвана, и грациозное, мирное озеро исказилось, словно сама реальность была ложью.
Блестевшая на солнце гладь помутнела, окрасившись в густой кровавый цвет, а ясное небо в одно мгновение было поглощено тьмой.
— Ты всё такая же.
Подул прохладный ветер, принеся с собой биритный запах сырой крови.
— У тебя поистине ужасные привычки, Белламир.
Женщина, ведьма, призывающая духов, одарила высокомерного мужчину тяжёлым взглядом.
Бедствие похоти, Белламир ру Элоди, прищурилась и протянула руку.
— А-а-а-а-а!!
Падшие духи разом испустили вопль.
Их некогда блистательные формы утратили свет, а сама их сущность была окутана тьмой.
— Итак… Хибрис, чего ты пришёл ко мне?
— Я пришёл не к тебе, Белламир.
Михаэль пальцем легонько подтолкнул одного из духов, стоящих перед ним в боевой стойке.
— Хм… можно сказать, просто заглянул по пути домой?
— …Не шути.
Тишина.
Однако в этой тишине вспыхнули пурпурные глаза.
— Похоже на шутку, Белламир?
— …
Топ.
Михаэль сделал шаг вперёд.
— ────!!
Духи взвыли и, словно охваченные ужасом, рухнули на землю.
— …Как бы силён ты ни был, это мой мир.
Жу-жу-жу…
С тел духов потекла тёмно-красная, словно кровь, тень.
— Одного моего слова хватит, чтобы даже ты не смог отсюда выбраться.
Появилось в разы больше духов, чем мгновение назад.
Их стало не десятки, а сотни…
И все они, источая пропитанные кровью тени, окружили Михаэля.
— Ты всё ещё хочешь продолжать, видя это число?
Несмотря на предупреждение Белламир, Михаэль даже не посмотрел в ту сторону.
Напротив… глядя на огромное количество духов, он медленно растянул губы в улыбке.
— Число? Язык? Мир?
Шаг.
Он сделал ещё один шаг.
В тот же миг духи один за другим начали взрываться прямо в воздухе.
— Всё это — лишь побочные продукты твоего ограниченного воображения, пытающегося запихнуть бесконечность в конечные рамки.
Даже глядя на то, как один за другим исчезают духи, Белламир не выказала ни тени смущения.
— …Михаэль ван Хибрис.
— Зачем зовёшь, ведьма?
— …Такой же высокомерный, ничуть не изменился.
— Считать перемены достоинством — признак того, что ты слишком долго пытаешься подражать людям.
Белламир снова подняла руку.
Когда с кончиков её пальцев потекла кроваво-красная мана, озеро всколыхнулось.
— Значит… ты всё ещё продолжаешь играть в «Бога»?
— Бог… мне уже надоело это обращение.
— Тогда как тебя называть? Высокомерный придурок?
— Не пытайся давать мне такие громкие имена, Белламир.
Гр-р-рохот…
Водная гладь раскололась, и искривлённая, словно корни, мана распространилась по земле.
— Продолжим?
— Достаточно. Разве я не сказал? Я просто заглянул ненадолго.
— …
— Кстати… в последнее время ты что-то слишком активно копаешься в делах Империи.
— Тебе-то какое дело?
Духи начали кружить вокруг озера.
Тогда… иллюзия, окружившая озеро и казавшаяся сном, начала медленно разрушаться.
— Какова твоя следующая цель?
На этих словах Белламир на мгновение умолкла.
И в этой тишине… их взгляды пронзили друг друга.
…Спустя некоторое время.
— …Дельвар.
Хват.
Белламир сжала кулак.
Отражение озера обрушилось, разрушая пейзаж перед глазами.
Сонное озеро, подобно ночному кошмару, из которого внезапно проснулись… исчезло без следа.
— Дельвар, значит…
В пурпурных глазах мелькнул странный огонёк.
— Хе… удачи тебе.***Хват!
Что-то тяжёлое рухнуло на мою маску, пока я пытался уснуть.
Я открыл глаза от не самого мягкого удара… и первое, что увидел — белоснежную ногу.
— Хр-р-р…
…Левиафан в человеческой форме.
Иными словами, человеческая версия Миккулеви.
«Этот гад…»
Я повернул голову.
Моя кровать, моё одеяло и… моё лицо.
Левиафан, закинув на меня ногу, развалился прямо сверху и спит.
«Я же просил либо стелить на полу, либо плавать в аквариуме…»
В итоге она разлеглась посреди моей кровати и безмятежно храпит.
Как с ней поступить?
В нынешней ситуации много вариантов нет.
Перевернуть кровать целиком.
…Чужая вещь. Нельзя.
Засунуть её обратно в аквариум.
…Сейчас она в человеческом облике. Слишком большая.
«Решение.»
Закатаем в одеяло.
Я молча взял запасное одеяло и плотно обмотал им Левиафана.
А напоследок ещё и узел завязал, как следует.
Идеально.
«Хм… удовлетворение.»
Я решил немного прогуляться по поместью для смены обстановки.
Конечно же, активировав навык 【Идущий в молчании】.
Причина использовать уникальный навык была лишь одна.
…Я не хотел никого встречать.
Вчера вечером, сам того не зная, я оказался на семейном ужине…
Где услышал как гром среди ясного неба слова от матери Карнелии: «Стань моим сыном!».
…С того самого момента.
Я решил, что лучшее решение — избегать всех в этом поместье.
Так я сделал ещё несколько шагов.
«А…»
…Что-то не так.
Куда бы я ни шёл — везде одинаковые окна, одинаковые ковры…
«Где я…»
…Короче говоря.
Я заблудился.
Это огромное поместье само по себе было лабиринтом, и, прогуливаясь бездумно, я забрёл непонятно куда.
И в этот момент…
Тук.
Чёткий звук туфель раздался из-за поворота коридора.
Мимо шла горничная с подносом, на котором стояли вода и лекарство.
Я тут же прижался к стене, и горничная прошла мимо, даже не заметив меня.
Однако…
Тук.
Звук туфель затих.
Горничная повернула голову и посмотрела точно в мою сторону.
— …
В её взгляде читалась решительность.
Она молча подошла ко мне, протянула руку и…
— Всё было беспорядочно.
…Аккуратно поправила штору на окне рядом со мной.
Я облегчённо выдохнул.
Горничная, больше не обращая на меня внимания, открыла дверь впереди.
— О боже, Немезида~
— Время приёма лекарства, госпожа.
— А клубничного нет~?
— Увы, к сожалению, нет.
…Знакомый голос.
Я поспешно ушёл.
Но…
— Адель?
Ещё один до боли знакомый голос.
Передо мной стояло лицо, до жути похожее на ту, которую я так старательно избегал.
«…»
【Идущий в молчании】 всё ещё активен.
Но, как и всегда, на Карнел это не подействовало.
[Здравствуйте, председатель]
— Что вы здесь делаете?
[Заблудился]
— Заблудились?
[Да]
— Вы правда заблудились?
Я кивнул.
— Правда-правда?
Снова кивнул.
— Совсем?
Ещё раз кивнул.
— Всё-таки у вас 0 очков.
[Здесь слишком сложные коридоры]
— Структура поместья совсем не сложная. Это просто у Аделя чувство направления на 0 очков.
Сказав это, Карнел подошла и легонько толкнула меня в плечо.
— Идите за мной, ходячий ноль. Председатель лично вас проводит.
[Спасибо, председатель]
— Поэтому у вас и низкие баллы. В такой ситуации говорить «председатель» — слишком сухо и официально.
[А как тогда называть?]
— Это… эм…
Карнел слегка отвела взгляд, покраснела и быстро повернула голову.
— …Ничего. Просто идите следом!
Я молча кивнул и последовал за ней.
Мы начали идти по коридору вместе, но…
— …
Спустя некоторое время, когда воцарилась странная тишина, Карнел начала оглядываться по сторонам.
Её лицо стало ещё краснее, а шаг — всё медленнее.
— …Адель.
[Да?]
— Вы… хорошо знаете дорогу?
[Я же только что сказал, что заблудился]
— …
Карнел молча опустила голову.
— …Нелегко же с вами.
[И не говорите]***Тук-тук.
— Входите~
Из-за двери послышался знакомый голос матери.
Карнел осторожно открыла дверь и вошла внутрь.
— Обещала прийти и опоздала, Карнел!
Амелия, лёжа на кровати и приподнявшись на локтях, радостно воскликнула.
На столике рядом лежали пачки лекарств, фрукты и целая куча витаминов, из которых были предусмотрительно убраны все клубничные.
— Ну… были причины.
— Понимаю!
Хотя на словах она отнеслась с пониманием, в глазах Амелии читалось многозначительное: «Доложить подробно, что за причины!».
Карнел отвела взгляд и замялась.
— …Возникли проблемы.
— Какие проблемы!
— …Я заблудилась.
— Опять заблудилась, Карнел?
— …Почему «опять», мама?
— Потому что ты та ещё топографическая кретинка!
— …Это Адель сначала заблудился.
— Ой? Так вы были вместе с этим ребёнком?
— …
Амелия сложила руки и восторженно вздохнула.
Казалось, воздух вокруг в мгновение ока превратился в цветочный луг.
— Ну разве не мило? Сами не могут найти дорогу, не могут снять маску, а если начнут говорить, то всё взрывается~!
— Мама-а…
— Что такое?
— Если так рассказывать, он кажется каким-то странным человеком…
— Ой, вовсе нет~ Адель человек особенный. По крайней мере, по меркам нашей семьи!
— …И какие у вас мерки?
— Есть ли право стать членом семьи или нет!
— …Мама!!
Крик Карнел заполнил комнату, а Амелия, заливаясь смехом, прижала к себе подушку.
— Э-э, какая стеснительная~
Амелия пару раз кашлянула, чтобы привести атмосферу в порядок, а затем с улыбкой спросила:
— Так? И по какому делу ты пришла, доченька?
— …
Карнел на мгновение заколебалась, закусив губу.
Вопрос, который она задавала себе бессчётное количество раз… в конце концов, она решилась его озвучить.
— …Насчёт Аделя.
— Опять ты про Аделя?
— …
— Ну и что с ним не так?
— …Адель — человек нашей семьи Дельвар?
Она это сказала.
Произнесла вслух.
— …Хм?
Однако Амелия никак не отреагировала, лишь склонила голову набок.
— С чего ты вдруг так решила?
— Цвет волос такой же… глаза такого же цвета… и что-то в чертах лица схоже…
— Хм… Карнел, ты дурочка!
— …Что простите?
— Кхе-кхе… ничего, забудь.
Амелия, словно что-то вспомнив, задумчиво покрутила пальцем у виска.
А затем, словно приняв решение, ткнула пальцем в воздух.
— Это лучше спросить у отца!
— …У отца?
— Я сама не была рождена в семье Дельвар! А вот мой дорогой муж знает куда лучше.
…Это было правдой.
Однако…
— Вы всё ещё не помирились?!
Амелия добавила к своим словам эффект «Ку-гун!», выражая свои чувства.
Отношения между Карнел и её отцом, герцогом Дельвар…
Сказать, что они были неловкими, было недостаточно.
Холод, время, застывшее в напряжении.
Отец и дочь — они прожили годы, ни разу не взглянув друг другу в глаза.
— Хотелось бы, чтобы кто-то из вас уже наконец извинился!
— …Вообще-то, это не моя вина.
Герцог Дельвар относился к Карнел почти с безразличием.
Он всегда чересчур опекал Амелию, и в то время, когда Карнел больше всего нуждалась в любви, он не уделял ей внимания.
— Люди должны разговаривать!
Амелия хлопнула в ладоши, подчёркивая свои слова.
— Только так и обиды проходят, и недопонимания решаются, и раны затягиваются!
— …
В ответ Карнел ничего не сказала, лишь молча сжала край одеяла.***В конечном итоге, Карнел стояла перед дверью кабинета герцога.
Кончики её пальцев, лежавшие на двери, мелко подрагивали.
Она десятки раз обдумывала, стоит ли стучать, но…
Она решила пойти до конца.
Тук-тук.
Короткая тишина.
А затем из-за двери донёсся сухой, бесстрастный голос.
— Войди.
В нём, как всегда, не было ни капли эмоций.
Карнел сглотнула и осторожно открыла дверь.
Дверные петли скрипнули, и картина кабинета предстала перед её глазами.
Мужчина за столом, двигавший пером, даже не поднял головы.
Хотя он прекрасно знал, что вошла его дочь, он не удостоил её даже приветствием, как любого другого посетителя.
— …
— …
Снова воцарилась короткая тишина.
Карнел молча закрыла дверь и сделала несколько шагов по кабинету.
— …
Сложнее всего было начать разговор.
Поэтому…
Без пояснений и предисловий.
Первым делом она выпалила суть.
— Адель… он из рода Дельвар?
Перо герцога замерло.
Он впервые поднял голову.
Безразличные глаза тяжело устремились на неё.
— …Ты об этом мальчишке.
Герцог медленно поднялся с места.
Подойдя к окну, он отдёрнул штору, впуская в комнату солнечный свет.
— Это всё, о чём ты хотела спросить?
— …Отец, ты ведь тоже чувствуешь… Адель и я… мы похожи.
— …
Герцог вместо ответа на мгновение посмотрел в окно.
Но его взгляд был направлен не на ухоженный сад и не на синее небо.
— Отвечу сразу, Карнелия.
— …
— Адель — ни в коем случае не из рода Дельвар.
— …Что?
— Этот мальчик никогда не сможет быть Дельваром.
Категоричный тон.
Словно это была абсолютная истина, которая не подлежит сомнению.
Ни тени сомнения, ни малейшей лазейки для догадок.
Герцог наотрез отказался допускать хоть какую-либо возможность этого.