Отложив телефон, Сюй Цин почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Сцена в духе «кровь брызнет на пять шагов».
— Кхм… скажи-ка… ты, кажется, говорила, откуда ты родом? — Он покосился на железный дротик, вонзившийся в телевизор, и понял, что дело принимает серьезный оборот.
Она что, из цирковой труппы Уцяо?
Дядя Чжао уже в возрасте, ему такой удар мечом вряд ли пережить.
— А те люди… как они появились? — Девушка выглядела как испуганный зайчонок; происходящее явно выходило за рамки ее понимания.
— И еще, с кем ты сейчас разговариваешь?
— Я… — Сюй Цин смотрел на девушку за порогом: грубая льняная одежда, соломенные сандалии, в одной руке меч, в другой – ножны. В голове зародилась дерзкая мысль.
Не может быть…
Но и в Уцяо так не одеваются!
И уж точно не станут просто так кидать дротики в чужие телевизоры и при малейшем подозрении выхватывать меч.
У нее ведь пальцы ног из сандалий торчат, она вообще в состоянии возместить ущерб?!
— Слушай… убери пока меч. Я хороший человек, я только что тебе зонт принес. — Он подтолкнул ногой зонт, брошенный рядом, пытаясь успокоить эту странную гостью.
Девушка посмотрела на зонт, потом на него, затем перевела взгляд на разбитый телевизор на стене. Подумав, она медленно вернула меч в ножны, и этот металлический лязг заставил Сюй Цина поморщиться.
Железо настоящее, без дураков.
— Как тебя зовут? И откуда ты?
— Цзян Хэ, ученица Соляной Банды.
— А, Цзян Хэ… звучит довольно бодро. — Сюй Цин отшутился и переспросил:
— А эта ваша Соляная Банда… она большая? Где находится?
Он уже несколько раз услышал про Соляную Банду и решил, что это, должно быть, крупная группировка.
— Соляная Банда Гусу. Ты не знаешь? — Цзян Хэ слегка нахмурилась, еще раз окинула взглядом комнату и прикусила губу.
Пропало дело. Даже не надо было спрашивать – очевидно, что это место очень далеко от дома.
— Не слышал. Может, ты… э-э…
Сюй Цин замялся: девица вооружена до зубов, пустить ее внутрь или лучше выставить, захлопнуть дверь и звонить в полицию?
Он до сих пор не мог прийти в себя: сидел, пил колу, гладил кота, жизнь была прекрасна, и тут кто-то разносит его телевизор, а виновница стоит на пороге с мечом в руках.
Добро делать нелегко, быть добряком – тем более.
Они некоторое время молча смотрели друг на друга. Сюй Цин снова глянул на ее пальцы ног в соломенных сандалиях, на промокшую одежду и волосы, слипшиеся от дождя. Стиснув зубы, он отступил на два шага.
— Может, заходишь? Если будешь стоять там, люди увидят… при оружии… а напротив через дорогу отделение полиции.
Он жестикулировал, не зная, поймет ли она его.
Впрочем, на сумасшедшую она не похожа.
— Лучше закрой дверь, да… я хороший человек, я могу тебе помочь, расскажи, что тебя беспокоит.
— Я хочу домой.
— А где твой дом?
— В Соляной Банде.
— … — Сюй Цин почувствовал, как начинает болеть голова.
— Сейчас ты в городе Цзянчэн, новый район Юнкан, улица Бэйван, жилой комплекс «Цзяхэ»…
Увидев растерянность на лице девушки, он осторожно спросил:
— Город Цзянчэн знаешь?
Цзян Хэ покачала головой.
— Ты что, правда из древности? Да шутишь ты! Кто у вас император?!
— Святой Престол? — Она среагировала и, поджав губы, посмотрела на Сюй Цина.
??
Сюй Цин был ошарашен.
Святой Престол?!
— Тогда… тогда… — он помедлил, — кто именно занимает Святой Престол?
— Святой Престол – это и есть Святой Престол.
— … — Почесав затылок, он почувствовал, как головная боль усиливается.
— Какой сейчас год?
Цзян Хэ странно посмотрела на него, словно не понимая, в чем вопрос. Помолчав, она ответила тем своим необычным говором:
— Шестнадцатый год Кайюань.
— …Подожди, я погуглю.
У Сюй Цина пошли мурашки по коже. Он понял, что эта девушка… нет, эта маленькая воительница не шутит. Дрожащими руками он взял телефон и вбил запрос.
Кайюань… шестнадцатый.
Его глаза расширялись, он пытался унять бешеный пульс, глубоко вздохнул и произнес:
— Император Сюань-цзун?
— А? — Цзян Хэ замерла.
— …
— …
— О, точно, это же посмертное имя. — Сюй Цин хлопнул себя по лбу. — Ли… Лунцзи?
Увидев удивление в глазах Цзян Хэ, он огляделся. — Девушка, порча чужого имущества – это нарушение закона. Вы что, снимаете шоу… впрочем, неважно.
Она стояла в дверях, прямая как струна. Этот дух, эта осанка, этот меч, эти пальцы ног…
Он заморгал, в голове был полный сумбур. Пробормотав что-то невнятное, он снова уткнулся в телефон. — Ли Бо… Ли Тайбай, Цинлянь Цзюйши, его ты знаешь?
Цзян Хэ опешила, а затем на ее лице промелькнуло удивление. — Ты его знаешь? Где он?
— Э-э… наверное, фармит монстров в каньоне.
У Сюй Цина заныли зубы. Что происходит?
Диалог через тысячу двести лет?
— Я…
Стук-стук-стук.
— Доставка!
Цзян Хэ резко обернулась и направила меч на дверь.
— …Слушай, отойди назад. Это мне еду принесли, он не плохой человек. — Сюй Цин почесал затылок. — Да, отойди туда, чтобы тебя не увидели.
— Слуга?
— …Нет, просто доставляет еду.
Услышав это, Цзян Хэ с недоверием отступила за дверь, меч был наполовину вытащен из ножен.
Она попала в это странное место, где всё внушало подозрение, и вынуждена была быть настороже.
— Не бойся, я хороший человек.
Сюй Цин постарался сохранить невозмутимость, подошел, тихонько успокоил ее, приоткрыл дверь, взял пакет с бургерами и сразу захлопнул ее. Подняв пакет повыше, он кивнул Цзян Хэ.
— Еда.
Помолчав, он добавил:
— Ты голодна? Хочешь поесть со мной?
Цзян Хэ помедлила и медленно покачала головой, но меч убрала в ножны.
— Почему вы все стрижетесь налысо? — Глядя, как Сюй Цин возвращается на диван, она немного подумала и озвучила свое недоумение. — Может быть, здесь…
— Погоди, почему «вы»? — Сюй Цин удивился: когда она принимала доставку, то стояла за дверью, по логике, не должна была видеть курьера в желтом.
Даже если и видела, он был в шлеме.
— Я прибыла сюда час назад и немного осмотрелась снаружи.
— Снаружи?
— Да.
У Сюй Цина екнуло сердце.
— Ни с кем не подралась?
Час назад… то есть два часа назад. Тогда только начинался дождь. Человек, готовый в любой момент выхватить меч, на улице – это же готовая резня.
Кажется, я влип в серьезные неприятности.
— Нет, я просто погуляла.
— Ну и славно.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Как бы сказать… считай это местным обычаем, особых причин нет.
— О.
Сюй Цин жевал бургер, приводя мысли в порядок, и протянул ей куриный ролл. — Поешь, ты такого точно не пробовала.
— Не нужно. — Цзян Хэ сглотнула слюну, но покачала головой, отказываясь.
— Тогда попей воды, у меня есть, эта чашка твоя. — Он потряс своей банкой колы, которую открыл ранее, и пододвинул ей стакан из набора. — Она сладкая, думаю, ты такую не пробовала.
— …Ты смотришь на меня свысока?
— Нет!
Цзян Хэ нахмурилась, ей всё казалось подозрительным. — Что ты ешь? Ты же говорил, что это трапеза.
— Ну да, если можно насытиться, значит, это еда. — Сюй Цин протянул ей бургер, чтобы объяснить. — Это называется бургер… эй!
Бум.
Он случайно задел локтем банку колы, стоявшую на столе. Она упала, и коричневая жидкость с шипением разлилась по полу.
Их взгляды упали на лужицу. В комнате воцарилась странная тишина.
— …
— …
Дзынь!
— Черт, это недоразумение!