Сюй Цин был человеком последовательным.
Если выбор между «делать» и «не делать» был сделан, он больше не сомневался, а переходил к следующему шагу.
К тому времени, как Цзян Хэ доела свою кашу с овощами, было уже почти восемь вечера.
Сюй Цин отложил ручку, помог убрать упаковку от еды и стал вертеть в руках тот самый дротик.
— Сейчас ты находишься в мире спустя тысячу двести лет. Хочешь ты в это верить или нет, но наш дальнейший разговор будет строиться на этом факте. Понимаешь?
Как говорится, кто угощает, тот и музыку заказывает. Цзян Хэ погладила живот, и хотя сомнения остались, спорить не стала. Она подавила лишние мысли и кивнула, ожидая, что он скажет дальше.
Сюй Цин заметил ее настрой, но не придал значения. Он продолжал вертеть железку, задумчиво произнеся:
— Во-первых, здесь абсолютно безопасно. По крайней мере, в этой комнате. Даже если ты зарубишь меня мечом, пока мой труп не начнет разлагаться, а ты будешь сидеть здесь и не умрешь с голоду, ты сможешь пробыть здесь около недели – то есть семь дней, и ничего не случится.
Он посмотрел на Цзян Хэ: она молча слушала, не подавая виду. Он продолжил:
— Поэтому не стоит всё время держаться за меч… здесь ты ничего не узнаешь, например, вот этого. — Сюй Цин постучал дротиком по сломанному телевизору. — Это просто инструмент, который умеет издавать звуки, чтобы… ну… в общем, это безвредная штука, для развлечения. Таких вещей много, например, вот эта.
Он достал телефон, открыл плеер и наугад включил музыку. Из динамика полилась мелодия. Цзян Хэ едва заметно вздрогнула, уставившись на телефон, но ничего не сказала.
— Я говорю это лишь для того, чтобы ты знала: здесь безопасно. Любые мои действия, которые ты не понимаешь – это норма. Не подумай чего плохого, я не собираюсь делать тебе ничего дурного, я просто объясняю… — Сюй Цин снова указал на телевизор, выключил музыку, откинулся на спинку дивана и, выдохнув, посмотрел на Цзян Хэ:
— Поняла?
Нужно было сразу расставить точки над «i», он не хотел новых недоразумений из-за ее непонимания – это было вопросом его личной безопасности.
Цзян Хэ немного помолчала и под его пристальным взглядом кивнула.
— Теперь насчет того, что снаружи. Это сложнее. Сейчас мирный век, все живут спокойно, и снаружи тоже вполне безопасно. Но это безопасно только для меня. Для тебя же опасность подстерегает повсюду.
— Почему?
— Потому что ты появилась из ниоткуда и можешь причинить людям вред.
Сюй Цин говорил медленно, обдумывая слова:
— Это как… во дворце? Если ты придешь туда с клинком и начнешь гулять, тебя непременно схватят – вот в этом смысле. Ты – пришелец, и это слишком заметно.
Он встал с дивана, прошел в спальню, достал кошелек, нашел удостоверение личности и положил перед заинтригованной Цзян Хэ.
— Это документ, подтверждающий личность. У нас он есть у каждого, номер присваивается при рождении. Если человек совершит преступление, на него выпускают ордер – поэтому на улицах полно стражников, которые время от времени проверяют документы, чтобы поймать беглых преступников.
— Если у тебя нет такой бумаги, при проверке ты не сможешь выкрутиться. Тебя заберут на допрос, и тогда всё тайное станет явным… и что случится потом, я не знаю, но вряд ли что-то хорошее.
— Кроме того, законы здесь строгие, стражники – люди серьезные. Стоит тебе кого-то ранить – тебя тут же найдут, посадят в тюрьму, а сопротивление при аресте – это верная смерть. Если ты будешь ходить по улице с оружием, как сейчас, это тоже нарушение закона, и если на тебя обратят внимание – это конец.
Личность была главной проблемой. Сюй Цин перечислил всё, что нужно было знать, и то, чего категорически нельзя было делать.
Древняя женщина, взявшаяся из ниоткуда, сейчас должна была просто спрятаться, чтобы потом, возможно, как-то решить остальные вопросы. Если же она себя обнаружит, это станет мировой сенсацией.
Живой герой из древности.
Цзян Хэ быстро схватывала суть, кивнув:
— Поняла. Ты хочешь сказать, что я… беженка.
— Э-э… можно и так сказать, но последствия для такой «беженки» будут очень тяжелыми. — Сюй Цин нахмурился, размышляя: объяснять ей про анатомирование в лабораториях было слишком сложно. Подумав, он привел пример:
— Если точнее, это похоже на положение раба без контракта… стоит попасться, и дела плохи.
Видя, как меняется лицо Цзян Хэ, он добавил:
— Это лишь пример, чтобы показать всю серьезность последствий.
Дождь снаружи утих. Время перевалило за восемь вечера. Сверху доносился приглушенный скрежет отодвигаемых стульев, вдалеке слышались гудки машин.
После короткого молчания Сюй Цин подошел к окну. Взглянул на улицу: фонари светили тусклым желтым светом, а дальше, на вывесках отелей, переливался неон – желтый, красный, сияющий.
Он жил на первом этаже и видел только ближайшие окрестности. Там, где глаз не достигал, простирался мир огней и развлечений. Он сам, будучи современным человеком, не знал, как выжить без удостоверения личности, что уж говорить об этой девушке, которая здесь – как слепой котенок.
Выйти за эту дверь – почти гарантированная гибель. Если ее схватят для исследований, это ничем не лучше смерти.
— Сказал много, а суть одна. — Сюй Цин обернулся к Цзян Хэ и сжал губы. — В этом мире тебе очень опасно.
— Я рад встретить человека из времени, отстоящего от нашего на тысячу двести лет, это… удивительное чувство. Поэтому я готов помочь тебе, сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты привыкла к этому миру, скрылась и постепенно влилась в него.
— …Как мне верить тебе? — Цзян Хэ опустила голову. У нее не было такой способности к адаптации, как у Сюй Цина, она до сих пор не могла поверить, что попала… в будущее на тысячу лет?
Но эта одежда, эти тапочки, свет ламп, волшебная душевая, огромные небоскребы, странные железные коробки на колесах снаружи…
Всё, что она видела, было ей незнакомо, о таком она и не слышала.
Одиночество и страх, словно две огромные руки, сжали ее сердце. Сейчас она хотела лишь одного – вернуться домой.
Со своим мечом, чтобы закончить этот странный сон.
— Если не веришь, мы можем попрощаться прямо сейчас. — Сюй Цин вернулся от окна, положил железный дротик на стол и подвинул к ней. — Помогать тебе – дело непростое. В нынешних условиях… если ты начнешь бегать по крышам, это взорвет весь интернет, спрятаться будет невозможно. Поэтому ты должна слушаться. Если не веришь – я не смогу тебе помочь.
Цзян Хэ долго смотрела на него, словно взвешивая, сколько в его словах правды, а сколько лжи.
— Случайная встреча…
— Когда узнаешь этот мир получше, всё поймешь, — бросил Сюй Цин.
Из сотни людей, столкнувшихся с таким чудом, вряд ли наберется десять, кто не сдал бы ее властям.
С другой стороны, если наладить отношения, может, удастся выучить у нее какую-нибудь «Меч, побеждающий всё в восьми пустошах»?
— Тогда… что мне делать?
— Ну… э-э… — Сюй Цин замялся, почесав затылок:
— Сейчас самое важное – скрыть, кто ты есть, а остальное обсудим позже.