Время отмотать назад, к моменту перед прибытием школы Хвасан к главным воротам Муриммэна.
Стражники у ворот и без того никогда не относились к своим обязанностям спустя рукава, но сегодня они были напряжены как никогда.
Главный военный советник Чжэгаль Ёнъён, старейшины и даже сам глава Муриммэна выстроились в ряд, готовясь встретить процессию школы Хвасан, уже видневшуюся вдали.
— Наконец-то они прибывают. Не знаете ли вы, главный советник, почему глава школы решил лично сопровождать даосов Хвасан?
Спросил один из старейшин.
— Нет, я тоже не в курсе. Мне не сообщили отдельной причины. Но... вряд ли дело в том, о чём судачат люди.
Люди строили самые разные догадки насчёт того, почему глава школы Хвасан лично прибывает вместе с даосами, направляемыми в Муриммэн.
Самой популярной версией был смертельный поединок.
Многие воины достигли прорыва в мастерстве именно благодаря таким поединкам, отсюда и предположение.
«У главы Медицинского павильона тоже есть предел возможностей. Он сам говорил, что ему трудно вовремя реагировать на движения мастеров высшего уровня».
Поединок, проведённый со всей серьёзностью, может закончиться чьей-то смертью.
Если мастер высшего уровня погибнет в ситуации, где Юсон не сможет вмешаться, потеря будет огромной.
Именно поэтому поединки мастеров высшего уровня после нескольких пробных испытаний были быстро прекращены.
Жалобы тех, кто был готов рискнуть жизнью, доходили до Военного отдела, но Чжэгаль Ёнъён неизменно пресекала их.
Но раз глава школы Хвасан объявил, что лично будет сопровождать направляемых воинов, вспомнив о недавно введённом правиле, вряд ли дело было именно в этом.
— Хм, ну что ж, послушаем их лично.
Вскоре процессия достигла ворот Муриммэна.
На груди у каждого отчётливо был вышит алый цветок сливы.
Даосская школа Хвасан, чья слава гремела по всей провинции Шэньси.
— Признаться, не ожидал, что глава школы прибудет лично.
Глава Муриммэна встретил Ун Ама, главу школы Хвасан.
К ним приближался мужчина средних лет, чьи полы длинного одеяния развевались на ветру. Он стал главой школы совсем недавно.
Он ещё не достиг уровня Хвагён, но, как и подобает главе школы Хвасан, славился владением изящным мечом.
— Не стоило главе лично выходить встречать нас, но благодарю за радушный приём.
Даосам школы Хвасан предстояло теперь три года служить в составе Муриммэна.
Заместителю военного советника Тэ Чон Хону предстояло изрядно потрудиться, решая вопрос их распределения.
Пока разговор переходил в затишье, Чжэгаль Ёнъён напрямую спросила у Ун Ама о причине его личного визита.
В самом деле, зачем главному лицу, принимающему решения в родной школе, было покидать Хвасан ради этого?
Все взгляды устремились на уста Ун Ама, ожидая ответа на вопрос Чжэгаль Ёнъён.
Этот вопрос интересовал их всех.
И наконец Ун Ам открыл истинную цель.
— По правде говоря, я приехал лично, чтобы встретиться с главой Медицинского павильона.
Стражники у ворот сжали кулаки от радости.
Они переглянулись.
Не так давно Чон Хак Чин из Медицинского павильона и один из стражников заключили небольшое пари насчёт того, зачем прибыл глава школы Хвасан.
«Наконец-то можно выиграть деньги!»
Но их надежды, поставленные на версию со смертельным поединком, тут же разлетелись вдребезги.
— Разумеется, дело не в смертельном поединке. Причину я не могу озвучить, но прошу лишь об осмотре.
Чёрт побери.
Стражники понурили головы.
Даосов школы Хвасан передали в ведение Военного отдела, а Ун Ама один из воинов сопроводил в Медицинский павильон.
— Вот тот павильон и есть Медицинский, глава.
— Хо-хо, как много людей. Неужели все они ждут лечения у главы Медицинского павильона?
Взгляд Ун Ама скользнул по длинной очереди пациентов.
— Именно так. Позвольте, я доложу о вас.
Воин с большой доской в руках направился было к Чон Хак Чину, лавирующему среди пациентов.
— Не нужно. Я подожду.
— Что? Но очередь длинная, глава. Если я быстро доложу...
— Нет, не стоит. Раз есть порядок, следует его соблюдать. Спасибо, что проводил меня сюда. Иди же по своим делам.
— ...Как скажете.
Воин удалился, оставив Ун Ама одного.
К Ун Аму подошёл Чон Хак Чин.
— Вижу вас впервые. Откуда вы и как вас зовут?
— Хм, я прибыл недавно и пока нигде не числюсь. Ах да, меня зовут Ун Ам.
Имя было незнакомо Чон Хак Чину.
— Вот как? Тогда... может, вас что-то беспокоит?
— Нет, я пришёл попросить совета у главы Медицинского павильона.
— ...Понятно.
После этого Ун Аму пришлось спокойно ждать, пока перед ним отстоят ещё несколько человек.
И наконец.
Когда большинство пациентов уже разошлись, настала его очередь.
Чон Хак Чин с запозданием узнал в нём главу школы Хвасан и растерянно принялся извиняться.
— Всё было сделано по порядку, так что всё правильно. Ты выполнял свою работу, не переживай.
Сказав это, Ун Ам действительно перестал об этом думать.
Так Ун Ам встретился с Юсоном и попросил о помощи.
— Разумеется, я вам помогу. Что вам нужно?
Ун Ам перевёл дыхание и произнёс:
— Не мог бы ты сохранить это в тайне?
— Конечно. Если пациент не желает огласки, мы ничего не раскрываем.
Успокоившись, он наконец заговорил.
— По правде говоря, я — грешник Хвасана.
Юсон прищурился и спросил:
— Грешник? О чём вы, глава школы?
— Речь о Пурпурном Божественном искусстве.
— Пурпурное Божественное... вы об этом?
Пурпурное Божественное искусство — высшая техника школы Хвасан. Считается, что при глубоком освоении оно позволяет использовать пурпурную энергию, а её отголоски проявляются даже в обычной жизни в зрачках владельца.
Эту технику мог освоить лишь глава школы, и, как говорят, до определённого уровня достижения следов не появляется.
И как раз в глазах Ун Ама не было заметно никаких следов.
Ун Ам опустил голову.
— Я... не могу освоить её как следует. Не то что о прогрессе говорить — каждый раз, когда я пытаюсь проводить внутреннюю энергию по методике Пурпурного Божественного искусства, мои меридианы искажаются. Ученики уже начинают что-то подозревать. Считают, что я давно должен был достичь результата.
— ...
Признание, слетевшее с уст главы школы Хвасан.
Он поведал о чувстве вины перед покойным учителем и даже признался, что не достоин быть главой Хвасан.
— Тогда причина вашего визита ко мне...
— Я хотел узнать, сможет ли глава Медицинского павильона помочь мне. Никогда не считал себя бездарным, но сколько ни пытаюсь проводить энергию по изученной методике, меридианы всё равно искажаются. Подумал, что, может быть, с твоим медицинским искусством получится наконец исполнить технику правильно.
Пока Ун Ам говорил, на его лице всё явственнее проступало выражение смирения.
Юсон не знал всех тонкостей внутренних дел школы Хвасан, но мог примерно представить, сколько душевных мук пережил этот человек.
— Вы хотите хотя бы раз использовать Пурпурное Божественное искусство, даже если меридианы искажаются?
— Именно так. Не могу же я вечно просить твоей помощи, поэтому если и это не удастся — придётся смириться.
Он надеялся, что, добившись успеха однажды, сможет впоследствии постоянно применять Пурпурное Божественное искусство.
— Позвольте для начала осмотреть ваше состояние. Мало ли, вдруг есть какая-то болезнь.
— Конечно. Именно об этом и прошу.
— Меридианы искажаются, значит...
Юсон спокойно приступил к прощупыванию пульса. Со стороны это выглядело как обычная диагностика, но внутрь незаметно для окружающих проникала Святая сила.
Первым делом он проверил, нет ли у Ун Ама какого-либо неизвестного заболевания.
«Тело чистое. Похоже, никаких скрытых недугов нет».
Сколько ни проверяй, проблем не находилось. Тело даоса, следящего даже за питанием, было в полном порядке.
Однако.
На этот раз Юсон изучил все меридианы по очереди. Начав с точек в районе Кихэ сразу после даньтяня, он тщательно проверил каждую...
— Хм, ну как? Может, всё же есть какая-то болезнь?
Ун Ам, казалось, даже надеялся, что причина в болезни. Ведь если дело в неизвестном недуге, то можно спокойно вылечиться и вопрос будет решён.
— Нет. Но есть одна странность.
— ...И какая же?
Юсон спокойно объяснил.
— У вас, глава школы, телосложение немного отличается от обычного.
— ...О чём ты? Какое отношение имеет моё телосложение? Я не могу освоить Пурпурное Божественное искусство, но при изучении остальных техник никаких трудностей не испытывал.
— Я не знаю формул Пурпурного Божественного искусства, но не проходит ли эта техника через какие-то меридианы помимо обычных?
Лицо Ун Ама исказилось от потрясения.
— Откуда ты...!
«Так и есть».
У Юсона была привычка, пользуясь удобным случаем, изучать меридианы мастеров ради собственного развития в боевых искусствах.
Проверив с помощью Святой силы, он обнаружил, что одна из точек была заметно слабее остальных, причём недавно через неё явно проходила энергия.
Но эта точка не входила в число обычно используемых.
Более того, даже вылечи Юсон это место Святой силой, оно всё равно не выдержало бы нагрузки, достаточной для техники, заслуживающей звания божественной.
— У вас, глава школы, остальные меридианы гораздо шире и крепче обычного, но именно та точка, через которую должно проходить Пурпурное Божественное искусство, необычайно слаба. Поэтому каждый раз, проходя через неё, меридианы искажаются.
Они обсудили точное расположение проблемы.
— З-значит, я так и не смогу освоить Пурпурное Божественное искусство?
Ун Ам опустил голову.
Возлагавший на него большие надежды из-за выдающегося таланта, он стал главой школы, но именно в достижении Пурпурного Божественного искусства продвигался медленно, не оправдывая ожиданий учителя, и постоянно испытывал чувство вины.
А сегодня рухнула даже последняя искра надежды.
Будь дело в перекрытом меридиане, у Юсона был бы шанс вмешаться, но здесь речь шла о врождённой слабости этой конкретной точки.
Юсон смотрел на него с сожалением.
«Погодите-ка, а разве обязательно проходить именно через эту точку...?»
Существует определённый набор меридианов, через которые обязательно должна проходить энергия при использовании техники. Но если эта точка не входит в число обязательных, разве нельзя всегда проводить внутреннюю силу другим путём?
Такой вопрос возник у него в голове.
— А вы... не думали воспользоваться другой точкой?
— ...О чём ты?
— Я имею в виду обходной путь. Конечно, это не кратчайший маршрут, и сила Пурпурного Божественного искусства может ослабнуть, но если использовать другую, более крепкую точку...
Ун Ам перебил Юсона.
— Глава Медицинского павильона, Пурпурное Божественное искусство — чрезвычайно точная техника. Способ её проведения нельзя вот так просто изменить. Один неверный шаг — и можно получить отклонение Ци. Не зря создавать боевые искусства могут лишь достигшие уровня Великого мастера. Конечно, находятся смельчаки, готовые рисковать жизнью ради новых попыток, но если изменить одну точку, придётся заново отыскать все производные от неё меридианы, а для Пурпурного Божественного искусства это непосильная задача—
Речь Ун Ама постепенно замедлялась.
Потому что, глядя на уверенное выражение лица Юсона, ему в голову пришла одна мысль.
— Неужели... ты предлагаешь мне сотни, тысячи раз получать отклонение Ци, пока я буду пытаться создать новую технику?