Все высыпали из карет, чтобы оценить обстановку.
Три лошади, запряженные в головную повозку, жалобно ржали от боли: их ноги были в крови, а суставы вывернуты под неестественным углом. У одной из кобыл рана была настолько глубокой, что белела оголенная кость.
— Вот же… — Чхонъун покачал головой.
Было очевидно: в таком состоянии животные не смогут тянуть повозку.
— Удалось выяснить, почему они упали? — спросил старейшина.
Воин, отвечавший за упряжку, виновато опустил голову:
— Я осмотрел пройденный путь — ничего подозрительного. Видимо, при замене лошадей нам подсунули больную. Она споткнулась, и остальные повалились следом.
Другой воин, стоявший рядом, засуетился и выбежал вперед:
— Прошу прощения! Это я выбрал не тех лошадей при смене!
Именно он настаивал, чтобы ему доверили эту задачу.
— Ничего, с кем не бывает. Откуда тебе знать толк в лошадях? — Чхонъун попытался его утешить, хотя воин гордился тем, что его отец — торговец лошадьми, и он с детства разбирался в них лучше других.
Опираясь на свой опыт, он отобрал лучших скакунов, но случилась беда, и теперь он не мог поднять глаз от стыда.
Однако дело было сделано, а Чхонъун отвечал за весь отряд. Он огляделся. К счастью, их сопровождало несколько конных воинов.
— Придется изъять лошадей у охраны.
С того момента, как они покинули последнюю деревню, прошло полдня. Возвращаться назад было бессмысленно. Если пересесть на коней сопровождения, они худо-бедно доберутся до следующего поселения.
— Мы можем ехать в грузовом отсеке, — отозвались воины.
— Гм, тогда до следующей деревни выручайте.
Пока шло обсуждение, Пак Юсон подошел к лежащим лошадям. Животные, изнывая от боли в сломанных ногах, судорожно били хвостами и пытались лягаться здоровыми копытами, защищаясь от любого, кто приближался.
Намгун Юрин попыталась его остановить:
— Не подходите слишком близко!
— Все в порядке.
Одна из лошадей, обезумевшая от боли, попыталась ударить Юсона, но тот легко уклонился и положил ладонь на поврежденную область.
«Сейчас я тебя подлечу».
[Исцеление]
Времени на иглоукалывание не было, поэтому он просто влил в рану поток Божественной силы.
Кости, раздробленные настолько, что торчали наружу, со щелчком встали на место и срослись. Кровотечение прекратилось, края раны затянулись на глазах. Поскольку травма была свежей, полное восстановление прошло без осложнений.
— А?
Те, кто с тревогой наблюдал за Юсоном, замерли в изумлении.
— Вы… вы только что исцелили лошадь?
Они не просили его об этом по одной простой причине: как можно в одно мгновение вылечить тяжелейший перелом, да еще и не у человека, а у зверя? Даже с людьми такие чудеса — большая редкость.
Но Юсон сделал это играючи.
И-и-и?
Лошадь издала звук, в котором слышалось искреннее удивление — эффект был мгновенным!
Чхонъун с восхищением посмотрел на Юсона:
— Духовное искусство поистине поразительно! Мне даже стыдно за свои ограниченные познания в медицине. Не могли бы вы помочь и остальным?
— Разумеется.
Юсон по очереди исцелил всех трех лошадей. Животные, еще недавно валявшиеся на земле, поднялись на ноги, склонили головы и принялись удивленно осматривать свои конечности. Похоже, что люди, что звери — реакция на чудо у всех одинаковая.
«Стоп, а эта все равно прихрамывает».
Несмотря на то что нога была цела, одна из лошадей вела себя странно. Если конечность в порядке, значит, проблема в чем-то другом. Юсон незаметно активировал навык очищения.
— Эта лошадь отравлена.
— Отравлена?
— Да, она прихрамывает, и это ненормально. Я присмотрелся — внутри яд.
— Я думал, это последствия травмы, но теперь все встало на свои места. Вы можете ее очистить?
— Конечно.
Юсон легко нейтрализовал действие яда. Исцелять раны было куда сложнее, чем выводить токсины.
— Как думаете, глава медицинского павильона, это случайность или кто-то намеренно подсунул отравленных лошадей?
— Этого я сказать не могу.
Путей отравления множество: могли отравить еще при покупке, а могли подсыпать яд в траву, когда лошади паслись. Но все члены отряда прошли тщательную проверку, так что шпионов в своих рядах они не ожидали.
— Гм, сейчас трудно судить. Но осторожность не повредит.
Отряд двинулся дальше. Теперь они следили за кормом, проверяя его на наличие ядовитых трав, и больше инцидентов не случалось. Однако путь то и дело преграждали упавшие деревья или разрушенные мосты, из-за чего график постоянно сбивался.
Даже воины, часто бывавшие в Чанъане, недоумевали:
— Дорога до Чанъаня всегда была ухоженной, здесь постоянно ходят крупные торговые караваны. Странно это. Будто кто-то специально чинит нам препятствия.
— Неужели… велика вероятность, что кто-то открыл на нас охоту. Всем усилить бдительность!
— Есть!
К счастью, все они были мастерами боевых искусств, поэтому мелкие преграды преодолевали без труда и к вечеру добрались до Чанъаня.
Солнце уже скрылось за горизонтом, но нападений так и не последовало.
— Так вот он какой, Чанъань. Не уступает Лояну, настоящий мегаполис.
Улицы города бурлили жизнью. Торговые ряды были забиты людьми, повсюду сновали повозки купцов и кареты знатных семей.
— Сегодня заночуем в постоялом дворе.
Чанъань был огромен. До отделения Муриммэна в Чанъане оставался еще день пути. Отряд Юсона снял постоялый двор и приступил к ужину.
«Сегодня я почти не тратил Божественную силу, если не считать лошадей. Надо бы наделать побольше Святой воды».
В пути поводов для применения силы почти не было. Лечить союзников каждый день не требовалось — не могут же мастера боевых искусств постоянно болеть? Если бы не навык создания Святой воды, Юсон бы просто растратил накопленную энергию впустую.
Хотя он и сейчас чувствовал, что теряет потенциал, но утешал себя тем, что помощь мастеру уровня Хвагён принесет немало очков, да и визит в клан Сычуань Тан был впереди.
— Ешьте побольше.
— Приятного аппетита, старейшина.
В разгар трапезы снаружи поднялся шум. Один из воинов, охранявших вход, вошел в зал:
— Не знаю, как они узнали, но снаружи собралась толпа людей, желающих увидеть главу медицинского павильона.
— Пациенты?
— Так точно. Многие с трудом передвигаются, просят исцеления.
Юсон перевел взгляд на Чхонъуна.
«Лечить пациентов куда полезнее, чем просто варить Святую воду».
Святая вода полезна, но увеличение общего объема Божественной силы в долгосрочной перспективе даст куда больше преимуществ.
Чхонъун погладил бороду:
— Похоже, глава медицинского павильона горит желанием принять больных.
— Разумеется.
— Истинный врач.
«Не совсем так», — подумал Юсон, промолчав.
Конечно, он испытывал сочувствие к страждущим, как и любой нормальный человек. Он был готов помочь, если это в его силах, даже не требуя жертв. Но главная цель — накопление Божественной силы. В конце концов, его задача — успешно завершить игру и выбраться из этого тела, в которое он вселился. Если можно лечить людей во время отдыха — это идеальный вариант.
Люди вокруг начали восхвалять его:
— Вот это мастер! Какое благородное сердце.
— Вы ведь так устали после долгой дороги, вам бы отдохнуть…
— Все в порядке. Я лишь переживаю, что из-за меня остальные не смогут как следует выспаться.
Во время приема пациентов воины должны были охранять его, что лишало их отдыха.
— Раз глава медицинского павильона хочет совершить доброе дело, кто мы такие, чтобы мешать? Но будьте осторожны: среди пациентов могут оказаться подозрительные личности.
— Старейшина прав. Мы не против. Мы будем стоять на страже и защищать вас, так что принимайте пациентов, сколько пожелаете.
— Благодарю вас.
Юсон занял отдельный флигель постоялого двора и начал прием. Воины Муриммэна без единой жалобы окружили здание плотным кольцом. Многие из них сами уже не раз получали помощь от Юсона.
Болезни отступали мгновенно, а внешние травмы, не успевшие превратиться в увечья, исчезали без следа.
— Ох, спасибо вам! Я слышал слухи и мечтал попасть в Лоян, но не смог, а вы сами приехали в Чанъань!
Тех, чьи травмы были слишком застарелыми, Юсон вежливо отправлял восвояси. Так он проработал до глубокой ночи.
После приема Намгун Юрин попросила его прогуляться вокруг постоялого двора.
— Кажется, вы родились, чтобы стать врачом. Я видела, как вы работали — на вашем лице была такая радость, когда вы лечили людей.
— Неужели?
— Да. Видеть, как человек выздоравливает, и радоваться за него, как за себя… это так вдохновляет. Вам приносит удовольствие исцелять людей?
Юсон лишь улыбнулся. Ему было приятно чувствовать, как в реальном времени растет его Божественная сила. Но Намгун Юрин, похоже, приняла это за глубокое чувство долга. Развеивать эту иллюзию он не собирался.
— Конечно, приносит. Это радость. Разве то, что мне дарована такая способность, не воля Небес, чтобы я помогал страждущим?
— Воля Небес… — прошептала Намгун Юрин.
— Звучит слишком пафосно, — усмехнулся Юсон. — В любом случае, я буду лечить столько людей, сколько смогу. Сейчас я связан обязательствами перед Муриммэном, но в душе хочу исцелить всех больных в Поднебесной.
Он не стал добавлять то, что было у него на уме:
«А еще я верну себе мастерство и уничтожу финального босса этой игры».
Намгун Юрин смотрела на его профиль: горящие глаза, прямой нос, твердо сжатые губы. Он казался ей куда привлекательнее, чем ее брат, которого когда-то называли «Нефритовым Цилинем». Даже девушки из Академии Мурима не скрывали своей симпатии к нему.
«Какой он… удивительный. Я даже свой талант не могу раскрыть, такая слабая, а он — настоящий герой».
Огромная полная луна освещала их путь, пока они шли бок о бок.