Отклонение Ци.
Проще говоря, это состояние, когда внутренняя сила внутри тела выходит из-под контроля, и даньтянь или меридианы готовы вот-вот разорваться.
По природе своей, те, кто практикует боевые искусства, обязаны направлять ци по меридианам в строгом, размеренном порядке.
Но если из-за душевного смятения контроль над ци теряется, или если человек неверно понимает наставления техники и направляет энергию не туда, либо если во время циркуляции ци его атакуют извне — тогда и наступает отклонение Ци.
Не зря мастера высокого уровня так усердно занимаются медитацией и духовным совершенствованием, и не зря для изучения секретных боевых техник нужен наставник.
А трогать противника во время циркуляции ци — действие крайне опасное, табу из табу.
Конечно, чистая внутренняя энергия и техники праведных школ куда стабильнее грубых искусств злого пути, не говоря уже о демонических техниках, где риск сойти с ума особенно высок.
Ун Ам спросил дрожащим голосом.
— Разве отклонение Ци — не та беда, что может привести к необратимым внутренним повреждениям и лишить человека боевого искусства?
— Если ци по ошибке потечёт к мозгу, можно и вовсе лишиться рассудка.
— Кхм… Неужели ты хочешь сказать, что глава Медицинского павильона способен вылечить даже отклонение Ци без каких-либо последствий?
Ун Ам знал, что Юсон уже лечил отклонение Ци прежде. Разве не потому он и явился сюда — готовый рискнуть, что энергетические каналы исказятся, лишь бы испытать Фиолетовое божественное искусство?
— Да, я могу вылечить это без последствий.
В кабинете повисла тишина.
Ун Ам, не испытавший на себе методы Юсона лично, был поражён его уверенным заявлением об отсутствии последствий, но всё же его тревожила мысль о том, что придётся искать новые меридианы для освоения Фиолетового божественного искусства.
Глядя на погружённого в раздумья мастера, Юсон подумал.
«Хорошо бы он согласился…»
Ун Ам не достиг уровня Великого мастера. Путь, которым ему предстояло идти в поисках нового Фиолетового божественного искусства, обещал быть непростым.
Наверняка его ждёт множество проб и ошибок.
И Юсону придётся потратить немало времени на его лечение.
Но взамен он получит достаточно, чтобы предложить такой метод.
«Это шанс набраться опыта, пока он ищет пути циркуляции ци для Фиолетового божественного искусства. Позже это точно пригодится, когда я буду создавать собственную технику».
Юсон осторожно заговорил с всё ещё сомневающимся Ун Амом.
— Глава школы, Фиолетовое божественное искусство — поистине удивительная техника.
— Верно. Хоть я и не смог его освоить, оно остаётся гордостью нашей школы Хвасан.
Главы школ, как правило, питают глубокую привязанность к своим традициям.
Ун Ам не был исключением.
Юсон нашёл эту слабую точку.
— Рождение такой великой техники заново зависит только от вашего решения, глава школы.
— Хм…
— Кто знает, повторится ли ещё когда-нибудь подобная ситуация. И что будет, если глава школы так и не сможет освоить Фиолетовое божественное искусство?
Взгляд Ун Ама на мгновение блуждал в пустоте.
Позор — быть главой Хвасан, так и не освоившим само Фиолетовое божественное искусство.
Возможно, придётся добровольно уступить место главы кому-то другому.
Говорят, власть не делят даже с собственными детьми.
Вершина одной из Девяти великих школ — школы Хвасан!
Человеку, испытавшему такую власть, нелегко спуститься вниз и остаться прежним.
Но время, необходимое для завершения Фиолетового божественного искусства, могло растянуться надолго, а решение надолго обосноваться в Муриммэне давалось непросто.
В этот момент.
Юсон закинул ещё одну наживку.
— Понимаю причину ваших сомнений. Заново возродить Фиолетовое божественное искусство — задача нелёгкая. Но подумайте вот о чём: возможно, в процессе доработки техники вы обретёте некое озарение. Создать новую технику — разве не то, на что, как вы сами сказали, способен лишь Великий мастер?
— Великий мастер… говоришь?
— Именно. Разве это невозможно?
— …
Юсон прочёл жажду, вспыхнувшую во взгляде Ун Ама. И действительно, вскоре тот решительно кивнул.
— Хорошо. Глава великой школы Хвасан не должен склоняться перед каким-то там отклонением Ци. Ведь речь идёт о деле немалой важности — заново утвердить Фиолетовое божественное искусство!
Готово.
Юсон удовлетворённо улыбнулся.
Пробудив в нём мотивацию, он заставил Ун Ама самого пойти на риск отклонения Ци.
Неизвестно, сколько времени это займёт, но, пока тот будет совершенствовать своё искусство, он станет отличным источником Святой силы.
С того дня один из пустующих кабинетов Медицинского павильона обрёл временного хозяина.
Отправив голубя с сообщением о том, что важные дела школы Хвасан поручены Первому старейшине, Ун Ам занял кабинет рядом с Юсоном и сел в позу лотоса.
Юсон дежурил рядом.
— Уф, хоть я сам принял это решение, но, если подумать ещё раз, это чистое безумие. Если бы я не доверял тебе, мне бы даже в голову не пришло на такое пойти.
Прозрение, оставленное Великим мастером, достигшим уровня Хвагёна, недостижимого для всего Мурима, перед тем как он отрешился от мира.
Именно оно стало нынешним фамильным искусством школы — Фиолетовым божественным искусством.
Создать нечто подобное силами мастера высшего уровня…
Если это действительно удастся…
«Я впишу своё имя в историю Хвасан».
Ун Ам призвал внутреннюю силу.
Путь, которым должно было следовать существующее Фиолетовое божественное искусство. Перед меридианом, вечно вызывавшим проблемы, он замер в раздумье.
«Три обходных пути. В итоге придётся испытать каждый по очереди».
Начиная слева.
Сделав глубокий вдох, Ун Ам направил внутреннюю силу в левый меридиан. До определённой точки всё шло без проблем, но затем меридиан снова разветвлялся на несколько путей.
Ун Ам вновь выбрал один из них.
Юсон внимательно наблюдал за Ун Амом перед собой.
Даос, относившийся к числу более молодых глав среди Девяти великих школ. Возможно, именно поэтому, стоило лишь слегка задеть его тщеславие, он согласился на создание новой техники, готовый принять даже риск отклонения Ци.
Не имея внутренней силы, Юсон не мог проделать это сам, но Ун Ам прокладывал путь вместо него.
«Будем внимательно наблюдать. Всё это пойдёт мне на пользу».
Наблюдая за ним, можно было понять, на каком пути возникают проблемы, а какой путь верен.
Пока Юсон спокойно следил за процессом.
Цвет лица Ун Ама начал стремительно меняться к худшему.
«Что-то пошло не так?»
Юсон осторожно направил Святую силу в запястье Ун Ама. Разговор о том, что для лечения можно заранее прикасаться к нему, уже был улажен.
Святая сила, не встречая сопротивления со стороны внутренней энергии, потекла внутрь и наблюдала за отчаянной борьбой, разворачивающейся в теле Ун Ама.
«Похоже, всё-таки не этот путь…»
В тот момент, когда один из меридианов начал разрушаться, и эта мысль мелькнула в голове.
— А-а-а-а!
Вместе с криком.
*хлюп!*
Ун Ам с силой вырвал кровь.
[Восстановление]
Само по себе лечение было несложным, но оно не могло облегчить сопровождающую его боль.
Дрожащие губы, трясущиеся плечи. Неудержимо блуждающий взгляд.
Побледневшее до ужаса лицо.
Хотя восстановление наступило сразу после отклонения Ци, по этим коротким мгновениям можно было представить, сколь сильную боль пережил Ун Ам.
Юсон, вопреки распространённому о нём мнению, сам никогда не переживал отклонения Ци, а потому не мог по-настоящему понять эту реакцию.
И впредь не желал испытывать это на себе.
«А для этого…»
Ун Аму придётся ещё потрудиться.
— Глава Медицинского павильона… сколько ещё раз мне придётся через это проходить?
— Ну что ж, если повезёт… может, пары десятков раз хватит?
— …
Хотя о неудачном исходе речи вовсе не шло, Юсон, заметив помрачневшее лицо Ун Ама, мягко добавил.
— Говорят, начало — половина дела. К тому же, если мужчина уже вытащил меч, разве не должен он хоть редьку разрубить?
— Кхм… начало — половина дела, значит… хорошие слова.
Найдя отклик в этой современной поговорке, Ун Ам укрепил свою решимость.
Несколько дней спустя.
Среди слуг Медицинского павильона поползла жуткая история.
— А не пытает ли глава Медицинского павильона главу школы Хвасан?
— Что? Что за бред?
Услышав слова, порочащие Юсона, Чан Чиль вспыхнул от гнева.
Другой слуга, не сдаваясь, выложил свои доводы.
— Сам подумай. Лицо у главы школы каждый день, когда он заходит в кабинет, такое, будто его на бойню ведут!
— Он же сам туда заходит, о какой бойне речь!
— Ну да, сам заходит, но всё оборачивается, оборачивается. Прямо как будто ждёт, что кто-то его остановит.
— Быть такого не может. Абсолютно нет. Точно нет.
Другой слуга, глядя на отчаянно защищающего Юсона Чан Чиля, лишь покачал головой.
— А как насчёт того, что он каждый день кровью харкает?
— Э-это…
Каждый день из кабинета, куда заходил Ун Ам, в стирку отправлялась одежда, залитая кровью.
Судя по следам на подбородке Ун Ама, кровь, по всей видимости, была его собственной,
но с чего бы мастеру высшего уровня каждый день харкать кровью?
Да ещё и на глазах у Юсона.
Сомнения слуг всё усиливались, но ни Юсон, ни Ун Ам никому не раскрывали тайну.
Юсон возвращался с наблюдения за смертельным поединком. Издалека он заметил главу Медицинского павильона.
— Глава Медицинского павильона!
Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он покинул Муриммэн, отправившись искать следы своего наставника, Святого целителя, и вот теперь он вернулся.
Глава Медицинского павильона, увидев Юсона, безжизненно поздоровался.
— Давно не виделись. Как у тебя дела?
— У меня-то что может случиться? А вот у вас… вы что-нибудь узнали?
Судя по его подавленному виду, никаких результатов, похоже, не было.
Глава Медицинского павильона огляделся по сторонам, а затем, посерьёзнев, тихо попросил.
— Удели мне немного времени.
— …Хорошо.
Юсон провёл его в тихую комнату Медицинского павильона, чтобы поговорить наедине.
После долгих колебаний тот вытащил из-за пазухи книгу.
[Исследовательский дневник]
— Что это?
— Я случайно узнал место, где учитель тайно хранил важные вещи. Отправился туда в надежде найти хоть какую-то зацепку.
— А-а…! Значит, это то, что вы там нашли? Исследовательский дневник, значит… Могу я взглянуть?
— …Разумеется. Только не удивляйся сильно.
Что же там написано?
Юсон осторожно раскрыл книгу.
И тут же понял, почему глава Медицинского павильона был так осторожен.
[У тех, кто рождён под знаком звезды Небесного Убийства, глаза начинают краснеть с пятнадцати лет и постепенно темнеют. Замедлить этот процесс способно…]
Это был исследовательский дневник о звезде Небесного Убийства.
«Звезда Небесного Убийства — это же проклятая судьба, при обнаружении которой все обязаны собраться и уничтожить носителя…!»
Юсон вспомнил, как Святой целитель внезапно прекратил всякую деятельность, забрав с собой лишь внучку, Им Ёнхву, и как та на их встрече закрывала глаза.