Агата очнулась от звука ножа, ударяющего об доску. Она была в небольшой комнате. Отдёрнув с себя шкуру животного, начала медленно вставать. Осмотревшись, поняла, что это деревянная надстройка. Спустившись вниз по приставной лестнице, сразу же почувствовала приятный аромат знакомых овощей и специй.
Спиной к ней стоял мужчина в длинной коричневой тунике, в точно такой же, что была одета она сама. Чёрные волосы, доходящие до мочек ушей, были зачёсаны назад.
— Вижу, ты проснулась, присаживайся, еда скоро будет готова, — сказал Азар, обернувшись.
Сооружение из речного камня, с одной лишь узкой бойницей, еле пропускало свет от солнца, лучи которого освещали часть этого помещения. Дым от очага, что был в центре, хоть и выходил через крышу, наполнил всё вокруг.
— Кто вы?
— Я спас тебя от не самой приятной участи.
— Мои брат и сестра?
— Я соболезную, когда я прибыл, им уже нельзя было помочь. Я похоронил их недалеко отсюда.
— Где мы?
— Ломбардия, — коротко ответил Азар, добавляя очередную партию овощей в суп.
Агата медленно села за стол и ничего не говорила, ей казалось, что сейчас её голова лопнет.
— Как ты себя чувствуешь, кружится ли у тебя голова?
— Я чувствую себя хорошо.
Азар ей не поверил, но не подал виду, и налил горячий травяной отвар.
— Выпей, станет легче, ты смогла пережить заклинание передачи, это редко кому удаётся.
— Что это значит?
— Я ранее видел похожее заклинание, что ведьмы использовали на тебе, они направлены на то, чтобы отнимать и передавать силы от одного существа к другому.
— Они убили моих родных из-за этого?
— Да, ведьмы помешаны на усилении своих способностей, и, как правило, они почти всегда используют жертв.
— Я помню ту женщину, она представилась Морвен, впервые я с ней столкнулась несколько лет назад.
— Морвен дочь Мора, одна из самых древних и сильнейших ведьм, возглавляет ковен Пепла.
— До нашей деревни доходили рассказы о ведьмах, что едят детей, но все говорили, что это всего лишь страшные сказки.
— Те, что едят детей, обычно из ковена Страсти, — сказал Азар, наливая не то суп, не то пюре в деревянную миску, и протягивая его Агате.
— Что такое этот ковен?
— Это группы ведьм, что борются за власть, во главе каждого стоит могучая ведьма. Они выбирают разные пути и имеют свои особенности. Как, например, ковен Пепла раньше носил название Крови. Они находят сильнейших ведьм, что не попали или не успели ещё попасть в ковен, а также разного рода мутантов, и с помощью магии крови забирают их силу себе.
Агата ела приготовленное блюдо из деревянной ложки, слушая объяснение Азара, замолчала и всмотрелась в пробивающиеся лучи солнца.
— Собственно, у меня к тебе вопрос — какой силой владеешь ты? — спросил Азар.
— Любая моя рана затягивается очень быстро, и в первый раз, когда я встретила Морвен, она увидела, как моя сломанная нога зажила. Я стала причиной смерти Раймона и Бланки, как я могла… — она взревела.
Слёзы Агаты потекли ручьём, капая на миску с едой. Азар молча встал и присел рядом с ней на колени, слегка приобнял. Она уткнулась в его грудь и продолжила плакать.
Алый закат покрыл небо. Агата медленным шагом возвращалась с могил из чащи леса, недалеко от охотничьего домика, где она проснулась. Азар сидел перед входом, Агата, подойдя ближе, села рядом с ним.
— Я не потеряла своих сил, мои раны заживают так же.
— Похоже, я помешал им закончить.
— Я хочу их всех уничтожить, перерезать горло Морвен и насадить голову на пику.
— У тебя будет такая возможность, завтра я отправляюсь в Милан, и ты можешь пойти со мной.
— Хорошо, но дай мне слово, что если мы встретим её, я стану причиной смерти.
— Тот факт, что ты можешь исцелять раны, не означает, что ты сможешь её просто убить.
— Мой брат был воином, в составе Кремонских войск, он обучал меня боевому мастерству, я смогу за себя постоять.
Азар, всмотревшись в её уверенное лицо.
— Я обещаю, что помогу её найти, но не буду упускать возможность обезглавить, в угоду тебе, договорились?
— Договорились.
Агата, войдя внутрь, поднялась по приставной лестнице, легла спать, обернувшись шкурой, что укрывала её утром. Азар же сел напротив горящего очага. Ведьмы не часто оставляют кого-то в живых. Смотря на огонь, в его мыслях появилась женщина с истошными воплями горя, лежащая лицом на земле. Перед ней останки её дитя. Азар нашёл их слишком поздно. Воспоминания утомили его, и он задремал на стуле. Утром, захватив провизии, оседлав коней, они отправились в Милан.
— Как долго мы будем добираться?
— Мы находимся довольно близко, я думаю, это займёт не больше часа.
— Я помню, перед тем как потеряла сознание, услышала, что они называют тебя Охотником.
— Да, это так, я не первое десятилетие охочусь за ними, и мне удалось уже избавиться от сильнейших и древнейших ведьм, разбить их структуру. Те ковены, что остались, довольно разрознены и конфликтуют между собой, но им удаётся скрываться от меня, благодаря заклинаниям, которые они смогли освоить, таких как перемещение между котлами.
— Десятилетие? Тебе на вид не больше двадцати пяти.
— Я не старею, и мой возраст, который я знаю, перевалил за девяносто.
Брови Агаты приподнялись от удивления.
— Почему ты не стареешь, ты проклят?
— Если бы я только знал, — с грустью ответил Азар.
Почувствовав, что это болезненный вопрос, Агата решила не продолжать.
— А сколько всего ковенов осталось? — спросила Агата.
— Ковен Пепла, Страсти, и Смерти. Остальные ведьмы, как правило, либо присоединяются к ковену, или становились их жертвами.
— Почему же они разрознены?
— Сила ведьм кроется в единстве, но погоня за могуществом, властью и коварность их сердец часто становится причиной того, что они не могут достичь того самого единства. В данный момент мешает им всем перебить друг друга — это главы из ковенов.
Солнце взошло в зенит, погода была тёплой, без изнуряющей жары. Проходя мимо оборонительных колец каналов и стен, они оказались внутри Милана. Город на тот момент был ареной борьбы между двумя политическими силами — теми, кто представлял зажиточных горожан, торговцев, ремесленников, и объединением мелкого и среднего рыцарства. Узкие немощёные улицы из красного кирпича соседствовали с домами-башнями знатных семей, что были словно крепость для защиты от соседей. Город пропах запахом навоза, сырого кирпича и дорогого сукна. Азар и Агата вошли в таверну недалеко от главного входа.
Внутри их встретил полумрак, полно приезжих купцов, стены были тёмными от копоти. Аромат жира, вина и немытых тел перемешался в воздухе.
— Я не так сильно голодна.
— Мы тут не за едой, нам нужен человек, что подскажет, где нам искать ведьм.
Пройдя внутрь, оба сели за стол, что стояли вдоль стен, из грубо сколоченного дуба. В данном месте приходилось находиться плечом к плечу с незнакомцами, так как отдельных столов тут не было. Вокруг был гул на миланском диалекте, громко обсуждались цены на сукно и споры о политике.
— Что сегодня подают? — спросил Азар у соседа.
— Сегодня блюдо дня — густая похлёбка из бобов и капусты, всё как мы любим, — ответил ему хриплым голосом старый и седой купец.
— Мессер Азар, я ждал вас завтра, — послышался голос из-за спины.
Азар, обернувшись, протянул руку для рукопожатия.
— Джакомо, я не увидел тебя за прилавком и решил подождать.
— Давайте поднимемся наверх, в мою комнату.
Встав из-за стола, оба последовали за Джакомо. Это был высокий мужчина средних лет, с плотным телосложением, чёрные сальные волосы зачёсаны назад, густая длинная борода была ему к лицу. Закрыв за собой массивную дверь, Азар оказался в комнате, куда свет пробивался через два узких маленьких окна. Она больше напоминала сейф. По правой стороне стоял деревянный стол, на котором лежали восковые таблички и куски пергаментов. По левой стороне была кровать, в изголовье которой лежал большой дубовый сундук, над изголовьем висели два коротких меча и арбалет.
— Мессер Азар, вижу, что вы не один, кто эта прелестная мадонна?
— Меня зовут Агата, — ответила она, не дожидаясь представления, медленно проходя вдоль стены.
— Это ваша жена, мессер Азар?
— Нет, я спас её от ковена.
— Вижу, вы, прекрасная мадонна, разделили мою участь, и так же, как и меня, вас спас мессер Азар.
— На вас тоже напали ведьмы?
— Когда-то очень давно, когда я был ребёнком, мессер Азар спас меня и моего брата из лап пожирателей детей.
— Ковен Страсти?
— Да, тот самый. Из пятерых детей, что были похищены, в живых остались только я и мой брат, и мы до конца жизни благодарны ему.
— Джакомо, что ты хотел мне сообщить?
— Мотта, объединение рыцарей, заручилась поддержкой ведьм, чтобы заполучить власть в городе.
— С чего ты это взял?
— Я услышал, как один из рыцарей по пьяне рассказывал, как их предводитель ел что-то похожее на человеческую конечность.
— Может, ему показалось?
— Если бы так. После этой истории начались несчастные случаи среди самых заметных представителей знати и торговцев из Сант-Амброджо за короткий промежуток времени. Так же предводителя их видели в компании женщины с орнаментом змеи, что пожирает сама себя, так же поговаривают, что она пахнет белладонной.
— Неужели Серафина? Стала бы она так рисковать, появляясь на публике? — задался вопросом Азар.
— Нет, нет, никто не видел её на публике. Один из рыцарей обмолвился, якобы у Гвидо да Корте появилась любовница, которую он застал у него в доме.
— Гвидо — это представитель Мотте? — спросил Азар.
— Да, мессер, это он самый.
— Тогда нам имеет смысл проверить его дом сегодня.
— Он проживает недалеко от ворот Порте-Тичинезе, я провожу вас.
— Хорошо, но было бы неплохо сначала перекусить.
— Конечно, я прикажу приготовить для вас отдельное блюдо.
— Мы очень благодарны, — ответила Агата, что сидела напротив Джакомо.
Поев мясную нарезку, которое здесь обычно не подавалось, приготовленное специально для гостей, все трое вышли из таверны.
Сумерки бросили свой оттенок на улицы Милана, ширина которых местами была такая, что взрослый человек мог коснуться стен, вытянув руки. Проходя рядом с ремесленниками и кузницами, сопровождающиеся грохотом молота и наковальни, сменялись деревянными мостами над канавами. По пути шаг Агаты замедлился — мимо шестнадцати колонн, за которыми она увидела огромную базилику Сан-Лоренцо-Маджоре, массивные стены из серого камня и красного кирпича. Византийский купол доминировал над всем вокруг. В окружении двух квадратных башен до небес, сделанных из того же материала, окна которые становились шире ближе к верху. На верхушке были видны стражники.
Чем дальше они шли, тем больше становилось домов-башен. Высокие глухие стены начали окружать улицы. На уровне вторых-третьих этажей виднеются деревянные балконы, из которых выглядывали слуги. На улицах становилось больше лошадей. Дойдя до одного из переулков, Джакомо указал на дом.
— Это он, здесь живёт Гвидо.
— Возвращайся в таверну, дальше я разберусь.
— Как скажете, мессере.
Азар и Агата двинулись вперёд искать вход.
— Мессере, почему вы берёте с собой её, но оставляете меня?
— Поверь мне, она сильнее, чем тебе кажется.
— Ну раз вы так говорите, я вернусь к себе в таверну и буду ждать вас там.
Подождав, пока слуга из деревянного балкона на третьем этаже исчезнет из поля зрения, Азар, схватив Агату, за один прыжок попал внутрь. Медленно поставил ее на ноги. В миг тело Азара покрылось чёрным дымом, глаза засверкали янтарным светом. Агата отпрыгнула от него. Её глаза раскрылись. Азар, вытянув указательный палец к губам, дал понять, чтобы Агата вела себя тихо. Прислушавшись, он не услышал никого, слуга что был на ярусе, уже находится на два этажа выше.
— Что ты такое? — прошептала Агата.
— Не бойся, я всё тот же Азар, если у тебя есть вопросы, я на них отвечу, но не сейчас, — сказал он, держа Агату за локти.
— Тут никого нет, — тихо сказал Азар.
Весь дом был небольшого размера и состоял только из одной комнаты, одна поверх другой. На первом ярусе не было входа вверх, и находились там только конюшни, а на третий вела приставная деревянная лестница. Внутри самой башни между ярусами поднимались через узкую винтовую лестницу в толще стены.
Стены были украшены фресками, с сюжетами охоты. Посередине стоит длинный стол, покрытый сукном. Выглянув с обратной стороны через балкон, они увидели большой двор. Конюшню, псарню, сад с колодцем в центре, трёхметровые стены по периметру, двухэтажное здание из серого камня, явно для охраны, оруженосцев и слуг. Но стояло и другое, меньшего размера, видно, что пристройка свежее остальных. Азар закрыл глаза, слух его был сравним с совами, мог достигать больших расстояний.
— Я что-то слышу, но не могу точно разобрать, слишком далеко.
— Ты думаешь, они там?
— Вот и узнаем, ты готова?
— Да, я готова.
Сделав прыжок, он медленно приземлился у заднего входа в помещение, держа в руках Агату.
— Можешь меня отпустить.
— Да, извини.
Оба медленно прошли внутрь. Окна были заколочены, изнутри это оказалось большим сооружением, без второго этажа, на стенах горели факелы. Четверо фигур в капюшонах стояли в кругу, а посередине в воздухе висело нечто, с вывернутыми руками, кости торчали наружу. Агата не сразу поняла, на что смотрит, выпавшие глазницы, висящие на искривлённом лице, выдали, что это человек. Дважды перевёрнутая голова смотрела прямо на их сторону, кровь стекала в небольшой котёл, под ним. Это был Гвидо да Корте. Агата опустила свой взгляд — женщина в чёрном одеянии стояла в центре круга, с поднятыми руками, направленными к телу мужчины. У неё короткие волосы, худое лицо, поперёк обоих глаз чёрная полоса, края губ вытатуированы до висков. Словно большая улыбка. Послышались хрусты от сломанных костей, и тело Гвидо сжалось в клубок размером с мяч, который упал в котёл, и из него потекла красная пена. Выливаясь, она заполнила всё пространство до силуэтов в капюшонах, и в миг их одеяние упали на пол, те, кто был под ними, растворились в алой жидкости. Она, поднимаясь в воздух, собралась в маленький шар, что проглотила женщина в кругу. Её тату стали красными. Агата, видя всё, что произошло, не смогла двинуться с места, ком в горле перекрыл ей дыхание, сердце стучало, отзываясь пульсом в висках.
— Я пойду первым.
Азар в мгновение оказался перед ведьмой, в попытке пронзить её сердце своим мечом, как его отбросило, он пролетел весь зал, разнёс стену и вылетел из сооружения.
Агата увидела взгляд ведьмы на себе, её рука выхватила короткий меч из ножен, сила прилила к её ногам, в два шага она преодолела расстояние в пятнадцать метров и нанесла удар. Белки глаз Агаты были залиты кровью, вены стали отчётливо видны сквозь белую бледную кожу. Ведьма, заблокировав выпад, держала голыми руками меч.
— Я вижу в тебе ведьминскую кровь, но ты не ведьма.
Отбросив меч в сторону, она схватила Агату за горло. Провела пальцем по её лицу, по следу движения образовался порез, из него потекла кровь, которую она попробовала на вкус.
— Дар печати жизни, и кровь Морвен, и её отбросов, она не смогла забрать у тебя эту силу.
Агата, пытаясь вырваться, била изо всех сил, руки вывернулись наизнанку, крик пронзил всё вокруг. Она начала взмывать в воздух, почувствовала, как колени начали выворачиваться, перед её глазами появилась картина Гвидо, она хотела закричать, позвать Азара на помощь, но воздух не покидал лёгких. Ведьма вытянула руки перед собой. Как одна из них упала вниз. Агата приземлилась рядом с котлом. Азар нанёс удар ногой и впечатал ведьму в стену.
— Как много людей ты съела, Серафина, взамен этой силе?
— Больше, чем ты можешь представить! — закричала она.
Из её руки вылетела кровавая паутина, Азар, схватив Агату, сделал прыжок в воздухе и смог проскользнуть в одно из отверстий. Она разрезала всё на своём пути, разрушив одну из стен, оставив след от себя на земле. Не успел Азар приземлиться, как Серафина исчезла в зелёном пламени.
Исчезающий охотник перед глазами сменился бурлящим котлом. Серафина крикнула:
— Фиора, принеси ко мне человека!
Ее голос раздался эхом по всему храму, он находился под землёй, куда не проникал свет, высокие своды напоминают дворцовые, стены покрыты восковыми свечами, что хорошо освещают помещение храма, посередине которого стоит котёл, окружённый выгравированным кругом с заклинанием.
— Фиора! — ещё раз послышался голос Серафины, и молчание в ответ.
— Куда делась эта потаскуха, — проговаривая, шла она, прихрамывая, к входу, держа свою истекающую кровью руку.
Сделав жест, она прижгла рану, и кровь остановилась. Медленно открыв высокую массивную дверь, она прошла дальше по широкому проходу, ведущему в зал собраний. Завернув за угол, она наткнулась на тело, медленно обойдя его, обнаружила Фиору в луже крови. Оглядываясь в полумраке, перед её взором лежали сестра, в разных частях зала, повсюду следы бойни, разрушенные стены, мебель и утварь, что превращена в щепки. Все из ковена были мертвы. Пройдя дальше, она, спотыкаясь, встала в центре. Сзади кто-то в плаще поднял тело Фиоры и всю кровь вместе с ней, она втянулась в силуэт, а тело брошено вновь на холодный пол зала. Серафина обернулась.
— Кто ты?
— Мы тебя ждали, Серафина.
Она увидела перед собой Морвен, на её лице была радостная улыбка. Вокруг из стены начали появляться другие ведьмы ковена Пепла.
— Похоже, охотник изрядно тебя потрепал.
Ноздри Серафины раскрылись шире, глаза наполнились кровью, ярость переполняла её грудь.
— Не беспокойся, мы здесь, чтобы помочь тебе, — сказала Морвен, медленно шагая в ее сторону.
— Я вырву твоё сердце, тварь.
Серафина шагнула в сторону Морвен и замерла, не способная сделать вдох. Медленно опустив взгляд, она поняла, что стоит в магическом кругу. Кровь, что была вокруг, поднялась каплями в воздух.
— Как только ты вошла сюда, ты уже попала под наше заклинание, баланс изменился, твои силы послужат мне хорошую службу.
Морвен встала напротив, добрый взгляд потускнел, став проницающе безразличным, округлые щёки втянулись внутрь. Глазницы ее покрылись кровью, и потоком влились в Серафину, она задрожала и забилась в конвульсиях. Тело Серафины рухнуло замертво.