```
98.
— Ничего не случится. Я скоро вернусь. Можешь вздремнуть, боец.
Кан Миён резко стянула волосы в хвост, отдавая распоряжение.
— Мне что, и правда можно просто отдыхать?
— Именно. Тебе стоит провести время с семьей.
— Может, я хотя бы помогу вам завязать...
— Цыц.
Коротко прикрикнув, Кан Миён кивнула на стул, веля сесть. Стоило мне нехотя опуститься на пластиковое сиденье, как её лицо заметно посветлело.
— Ты ведь в отпуске, не так ли?
— Так точно.
— Вот и забудь на время о службе и отдохни. Не хочу я распекать тебя на глазах у матери и отца. Ой, то есть я не это имела в виду.
Госпожа Пак, посмеиваясь, обмахивалась ладонью. Это означало, что ей всё равно. Редко встретишь человека, которому настолько нет дела до старшего сына. А ведь должна бы пылинки сдувать.
Обычный «конский хвост». Из-за того, что линия шеи была полностью открыта, она выглядела куда бодрее. Но больше всего в глаза бросались её волосы.
«Цвет изменился».
В лучшую сторону, разумеется. Жизненная сила в ней не просто била ключом — она буквально фонтанировала.
Я смотрел на это с некоторым недоумением.
Её поразительная скорость восстановления заставляла задуматься: а не высасывает ли она жизнь из меня?
<«Три-Вики» сообщает, что у неё нет подобных характеристик.>
«Даже если характеристик нет, есть же человеческая натура. Она прямо-таки расцвела».
Я почесал затылок, ощущая странное дежавю.
Сегодня не было никаких потрясений, из-за которых хотелось бы воскликнуть в духе «Кулака Полярной звезды»: «К-к ней возвращаются силы!»
Разве что стая кобольдов, объявившаяся утром.
«Должно быть, концентрация маны снова упала».
Трудно было сказать наверняка.
Кан Миён не была безумным берсерком, жаждущим крови, а низкая концентрация маны, напротив, обычно плохо сказывалась на состоянии пробужденных. Значит, причина крылась в чем-то, чего я не знал.
Пока я размышлял, характеристики вставили свои пять копеек, словно коллегия судей.
<«Супер-разведка» заявляет: «А-а... Энергия так и прет!»>
<«Супер-регенерация» поясняет, что всё это, скорее всего, из-за вчерашнего.>
<«Глаза ■■■■» велят всем заткнуться, так как эмбарго еще не снято.>
<«Не-е-евероятно умелый охотник» хихикает: «Ну еще бы!»>
N2Q1UkN6Sk9iTEJZNGlLdU5pL0JqakdBSnM5NXREOHVhOXViYlR3bloyR0FQcjN4RFZNN2ZMZ2FCZVg2WkY0bg
<«Три-Вики» громко вопрошает, не пора ли обсудить законность происходящего!>
Прислушавшись, я понял, что они намекают на некое событие, произошедшее прошлой ночью.
Вот только вчера я так напился, что у меня случился провал в памяти.
Вчера её аура была цвета бледного сыра, а сегодня напоминала чеддер или яичный желток. Проще говоря, Кан Миён была в идеальной форме.
Никто не станет возражать, если начальство само рвется в бой.
Тем более если тебя при этом освобождают от дел! Я решил без лишних слов выполнить приказ Кан Миён.
— Слушаюсь.
Я не забыл четко отдать честь.
— Тебе тоже нужно отдохнуть, когда есть возможность. Твое тело наверняка на пределе. Хм-хм-хм.
Напевая под нос, Кан Миён ушла искать ребенка.
Честно говоря, я думал, что ничего особенного не случится.
Всего-то и делов — перевести одного ребенка.
К тому же монстров вовсю истребляли. Может, потому что я считал торчание в убежище пустой тратой времени?
Руки так и чесались.
«Ого, — подумал я, — а я ведь и правда стал настоящим профи». Стоило Кан Миён уйти, цокая каблуками, как Ли Сонха и госпожа Пак тут же подскочили ко мне. На их лицах так и читалось любопытство.
— Ну и что ты собираешься делать с ребенком?
— Госпожа майор его проводит. Она ведь любит детей.
На обеспокоенный вопрос госпожи Пак я лишь пожал плечами.
Как бы то ни было, Кан Миён проявляла безграничное терпение к детям. — Разумеется, если только они не вызывали её на поединок.
Глядя на неё со стороны, диву даешься, как может меняться выражение её лица.
— Да неужели? Не могу представить, чтобы она с таким лицом играла с детьми.
— И не говори.
Директор Ли поддакнул госпоже Пак. — Как только Кан Миён ушла, он поднялся, прочистив горло.
Поначалу я и сам не верил.
Но после столичного военного госпиталя и боев на передовой я понял, что в глубине души она добрый человек. По-своему даже чистый.
— Слушай, а сколько ты вчера выпил, что так шумел? А? Из твоей комнаты доносился какой-то грохот.
Спросила меня госпожа Пак. Стоявшая рядом Ли Сонха приложила палец к подбородку и протянула: «Ну, это...»
Директор Ли густо покраснел и резко отвернулся, пробормотав, что есть вещи, о которых лучше не знать. Господи, что за ерунду они несут?
Пахнет жареным. Но я никак не мог сообразить, в чем дело, и это ужасно раздражало.
— В смысле шумел? Сонха сказала, что я дрых без задних ног, раскинувшись звездой.
— Д-да, точно! Ой, Миён-а! П-подожди меня!
— А?
Сонха неловко рассмеялась и захлопала в ладоши. Заметив идущую вдалеке Ли Миён, она тут же припустила к ней. Они о чем-то пошептались и снова куда-то исчезли.
— Я и сам не знаю, что произошло. Память отшибло напрочь.
Я почесал затылок. В этот момент госпожа Пак, заметив что-то, указала на моё плечо. Я с недоуменным видом ощупал кожу и обнаружил след от укуса.
Причем четкий след зубов.
Очень отчетливый.
— Тебя что, в шею кто-то тяпнул? Видать, эти твари с вытянутыми мордами укусили. Не болит?
На укус монстра это было не похоже. Просто след, будто кто-то легонько прикусил кожу.
— А, помажу йодом — и всё пройдет. Ерунда.
— Дорогой, тебе не кажется, что это человек укусил?
Директор Ли, сидевший с отсутствующим видом, на вопрос госпожи Пак лишь покачал головой, словно давая обет молчания.
— Это монстр. Только монстры могут ранить пробужденного. Ха-ха.
Черт, сейчас опять начнутся разговоры об этой ране. Я дернул бровью. Может, зря я упомянул госпожу майора?
— Ха-ха-ха...
Я догадывался, почему они так себя ведут. Наверняка думают, что это дело рук Кан Миён. Мы ведь с ней сблизились. И те... происшествия тоже имели место.
Но Кан Миён сделала это не специально.
Её просто заманили в ловушку.
Я коротко кашлянул.
Госпожа Пак — женщина прямолинейная и упрямая. В мэрии её частенько называли «бешеной собакой» за привычку заваливать их жалобами по любому поводу.
Я украдкой огляделся. Все вокруг казались безучастными: кто-то дремал, кто-то играл в игры. Но именно это и пугало. Никогда не знаешь, кто греет уши.
Если это вынесут на публику или набегут хайпожоры... дело может принять скверный оборот. Глядя на то, как моё лицо мелькает в новостях, я понимал: быть знаменитостью — сомнительное удовольствие.
«И мне предлагают стать еще известнее?»
Я с облегчением вздохнул. Мне этого совсем не хотелось. Терпеть не могу, когда за мной следят и оценивают. Придется пахать как проклятому, когда захочется просто повалять дурака.
«Нужно... нужно вести себя осторожнее».
Кан Миён вряд ли снимет капюшон, да и я не собираюсь орать на каждом углу, раскрывая её личность. Сценарий маловероятный. Но береженого бог бережет.
Даже в такой глуши найдутся свои инфлюенсеры.
В провинции полно вольных охотников, для которых истребление монстров — основной заработок.
А пробужденных — и подавно.
— Верно. Только монстры. Ну, или другие пробужденные. Это вещество, называемое маной, служит своего рода защитным барьером.
— Она течет в жилах, как кровь?
— Вроде того.
Госпожа Пак посмотрела на меня с сомнением, но в итоге, видимо, сдалась и опустила голову. Ей нужно было посмотреть новости со мной в главной роли. Эх, хоть бы звук потише сделала.
— Ты там часом ничем предосудительным не занимаешься?
Спросил директор Ли, вытирая лоб платком. Что ж, госпожа Пак закончила атаку, теперь настала очередь отца.
— Приведите пример.
— Ну, там, любовь-морковь. Отношения всякие.
— Да ну тебя, старый! Парень сам разберется, оставь его в покое!
Госпожа Пак отвесила затрещину насупившемуся директору Ли. Я-то думал, они заодно, а они, оказывается, по разные стороны баррикад.
— И в мыслях не было. Пока не до этого. Если вдруг что-то наклюнется, я обязательно скажу. Я ведь... как и вы, отец, однолюб. Храню верность и всё такое. Тьфу, звучит как-то старомодно.
Любовные дела сейчас не в приоритете.
Да и нет таких девушек, которым я бы нравился... В части женщины-солдаты при виде меня шарахаются, как от привидения, так что какая уж тут любовь.
К тому же я не чувствую в себе сил брать за кого-то ответственность.
Так было с Кан Миён.
С Кан Джинён.
И с Кан Соджин.
Вечно кто-то из-за меня страдал. Стоило мне помрачнеть, как...
— Пиздеж.
— Что?
— Пиздеж, говорю.
Глаза директора Ли полезли на лоб. Вид у него был такой, будто он сейчас разразится тирадой из ругательств. А? Неужели он так сильно хочет внуков?
Или его так задело, что я не собираюсь заводить отношения?
Да ничего в этом такого шокирующего нет.
Впрочем, чего еще ожидать от человека, который и так не в восторге от того, что его сын лезет на передовую.
— Пойду вздремну, пока госпожа майор не вернулась. Разбудите, когда дети придут.
— ...Эх.
Я кое-как закончил разговор с отцом и опустил голову. Стул был со спинкой, так что сидеть было вполне удобно. А может, я просто привык ко всему этому.
Впрочем, один вопрос не давал мне покоя.
Почему след, который должен был исчезнуть благодаря <Супер-регенерации>, появился снова?
На том же самом месте.
Той же самой формы.
Значит, это всё-таки Кан Миён... Да ну, бред. Она бы не стала делать это снова.
Пока я размышлял с закрытыми глазами, я вдруг почувствовал тепло на плече. Вскоре это тепло сменилось ощущением чего-то постороннего, и меня начали нещадно трясти.
Улучив момент, я крепко перехватил трясущую меня руку и потянул вниз.
— Эй, ты!
Я резко открыл глаза и крикнул, тут же почувствовав на себе взгляды окружающих. Черт, опять я привлекаю лишнее внимание.
— Ха-ха-ха! Прости. Просто у тебя, братец, лицо такое красавчика, что все на тебя пялятся.
— И на том спасибо.
Я сухо ответил на ложь Ли Сонха, и в этот момент Ли Миён обняла меня со спины.
— Оппа, а где сестра Миён? У меня есть кое-что для неё.
— Пошла за потерявшимся ребенком. Тебе уже всё объяснили?
— Угу.
— Ой, ты сейчас прямо как мужик сказал.
— Что?
Ли Сонха и Ли Миён переглянулись и беззаботно рассмеялись. Обе сестры — те еще ебанашки. Вот почему они не могут вести себя спокойно, как Кан Миён? Хоть бы вполовину были на неё похожи.
— Ах, точно! Оппа, на, съешь это. Я в автомате купила.
Сонха протянула мне пачку соленых чипсов. На ней всё еще красовался ценник — интересно, когда она успела её стащить? Говорят, если потакать детям, они совсем от рук отбиваются. Эх, ладно, на этот раз прощу.
Я нехотя съел половину пачки, и тут показалась Кан Миён.
— А, боец.
Она помахала мне рукой, и выглядело это как кадр из модной фотосессии. Если бы только ребенок, которого она вела за руку, не хлюпал носом.
Неужели она его отругала?
За что?!
Ноги сами понесли меня к ним.
— Госпожа майор! Ну как можно было довести ребенка до слез?! Сонха, живо неси салфетки!
Я бросил сердитый взгляд на растерянную Кан Миён, подошел к малышу и вытер ему щеки. Он так сильно плакал, что салфетка мгновенно намокла.
— А... а-а-а...
Кан Миён не нашлась что ответить и виновато опустила голову.
— Я снова... с-совершила ошибку...
***