Щедрая награда творит чудеса: стоило Чжан Юйчэну пообещать доплату, как оба работника мгновенно забыли про дурные предзнаменования. Они спрыгнули прямо в яму, вытащили деревянный короб и водрузили его передо мной.
Я присел на корточки, внимательно разглядывая тонкую работу мастера и начертанные письмена, после чего в груди шевельнулся червь сомнения и я пробормотал себе под нос: ─ Похоже, мы столкнулись с мастером своего дела.
С этими словами я подцепился под крышку палочкой, найденной неподалеку, и поддел ларец.
Стоило крышке приоткрыться, как в лицо ударил тяжелый смрад разложения, заставивший стоявших вокруг людей судорожно втянуть воздух.
Чжан Юньяо и вовсе побледнела как полотенце.
─ Да… да что за ублюдок додумался до такого, какая мерзость! ─ трясясь от ярости, проговорил Чжан Юйчэн.
Внутри короба обнаружилась кошачья туша. Зверю распороли брюхо так, что внутренности вывалились наружу; труп успел сгнить и смердеть. Глаза несчастного животного оказались вырваны – на их месте чернели две пустые глазницы, а зубы выбиты. Окровавленное месиво представляло собой поистине жуткое зрелище.
Одного взгляда на останки хватило, чтобы понять: кошку замучили до смерти, когда она была еще жива.
Судя по степени разложения, в земле этот «подарок» пролежал не меньше десяти дней.
Окинув взглядом истерзанную кошачью тушу, Чжан Юйчэн повернулся ко мне и спросил: ─ Молодой господин У, что все это значит? К чему прятать труп кошки на кладбище?
─ Фэншуй вашей родовой земли безупречен. Вот только кто-то целенаправленно вмешался в него, устроив здесь ловушку, чтобы испортить потоки ци и удачи вашего рода. За столько времени вся благодать почти испарилась, и это благоприятное место фэншуй больше непригодно для использования, ─ мрачно произнес я.
С этими словами я прошел к другому месту, притопнул няя и добавил: ─ Здесь есть еще одно. Продолжайте копать.
Лицо Чжан Юйчэна почернело, в голове зашумело. Он шагнул ко мне и снова спросил: ─ Молодой господин У, кто мог сотворить такое? Зачем рушить фэншуй кладбища нашей семьи?
─ Это вы у меня спрашиваете? Скорее, я должен спросить: не перешли ли вы кому дорогу в последнее время? ─ взглянул я на него.
Чжан Юйчэн напряг память и покачал головой: ─ Я веду дела честно, всегда считаю, что худой мир лучше доброй ссоры, со всеми обходился вежливо. С чего бы кому-то затаивать на меня такую злобу?
─ Ну, на этот вопрос у меня ответа нет. Мое дело – разобраться с фэншуй, а вычислять ваших недоброжелателей я не нанимался. Обмозгуете это на досуге.
Тем временем рабочие по моей команде возобновили раскопки.
На этот раз артефакт залегал куда глубже: пришлось выкопать яму больше двух метров глубиной, прежде чем показался второй короб.
Первый ларец был черным, а этот покрыли ярко-красным лаком.
Внутри обнаружилось нечто еще более странное – девять змеиных тел без голов.
Змеиные туши переплелись между собой, тоже основательно сгнили и источали удушливый смрад.
После того как по моим указаниям из земли извлекли уже два ящика, отношение Чжан Юйчэна и его дочери ко мне изменилось кардинально.
Чжан Юйчэн со вздохом произнес: ─ Молодой господин У и впрямь достоин звания ученика самого Вана фэншуй! Я нанимал по меньшей мере четырех-пяти мастеров, но никто из них ничего не разглядел. Стоило вам появиться – и тайники один за другим всплыли наружу. Просто чудо какое-то.
─ Растительность вокруг вашего кладбища погибла, даже трава не держится – верный признак иссякновения жизненной ци и рассеивания удачи. Если я не ошибаюсь, перед нами колдовство из древнего свода секретных учений Лу Баня. Однако в могилах семьи Чжан спрятан самый главный артефакт – краеугольный камень всего зловещего массива. Рискну предположить, что третий ларец должен быть белым, и зарыт он…
Я обвел взглядом окрестности, выделил северо-восточный угол и распорядился: ─ Отсюда отсчитайте семь шагов на северо-восток – там скрывается последний предмет. Выкапывайте и его.
Чжан Юйчэн не смел мешкать ни секунды и тут же потащил за собой людей.
Спустя чуть больше часа из земли действительно извлекли еще один деревянный короб.
Как я и предсказывал, ларец оказался ослепительно белым.
Увидев его, Чжан Юйчэн окончательно уверовал в мои способности и восторженно воскликнул: ─ Молодой господин У, вы просто провидец! Угадали даже цвет закопанного предмета.
Какие уж тут догадки – я отучился у наставника восемь лет, впитывая знания обо всех школах и направлениях геомантии. Это чистый опыт.
Стоило рабочим поднять белый короб, как Чжан Юйчэн нетерпеливо протянул к нему руки, желая поскорее заглянуть внутрь и посмотреть на очередную мерзость.
Но как только его пальцы приблизились к крышке, у меня внезапно защемило сердце, и я резко выкрикнул: ─ Не трогай! Отойди, я сам!
Однако было поздно. Чжан Юйчэн действовал слишком опрометчиво и сдернул крышку белого ларца.
В тот же миг из коробки вырвался клуб черного тумана и ударил прямо в лицо мужчине.
Чжан Юйчэн вздрогнул всем телом, замер на месте, а мгновение спустя мешком рухнул плашмя назад.
─ Папа! ─ с криком бросилась к нему Чжан Юньяо, пытаясь поднять.
Я оказался проворнее, перехватил ее за руку и резко отдернул: ─ Не смей прикасаться! Его зацепила зловредная ци, кто прикоснется – разделит его участь.
Мой окрик остановил остальных: бросившиеся было на помощь рабочие замерли на месте, растерянно переводя взгляд с меня на упавшего.
Чжан Юньяо была близка к слезам, вцепившись в мои пальцы: ─ Молодой господин У, что с моим отцом? Умоляю, спасите его!
─ Без паники, пока я здесь, ничего страшного не случится, ─ бросил я, шагнул к лежащему Чжан Юйчэну и присел на корточки, внимательно осматривая его.
На этот раз между бровей мужчины отчетливо проступила черная полоса, лицо отливало мертвенно-свинцовым оттенком, черты застыли в неподвижной маске, а дыхание, казалось, и вовсе остановилось.
Подобные симптомы означали тяжелейший удар вредоносной ци. Если немедленно не выпустить отраву наружу, жизнь Чжан Юйчэна окажется под угрозой.
─ Дядя Ху, неси серебряные иглы! ─ крикнул я.
Помощник тут же подбежал, развернул сверток, являя ряды тончайших серебряных игл.
Я молниеносным движением вытянул одну из них и вогнал точно в акупунктурную точку Даньчжун на груди пострадавшего.
Спустя пару мгновений, едва игла была извлечена, из ранки выступила капля густой черной крови.
Стоило этой черноте показаться на свет, как Чжан Юйчэн судорожно распахнул рот, жадно втягивая воздух, словно тонущий человек, которого только что вытащили со дна.