— Бежим-бежим-бежим! — крикнул Элиан, схватив Аэлль за руку и выбив дверь плечом. Та с грохотом слетела с петель, оставив за собой облако пыли. Впереди оказался настоящий лабиринт, состоящий из лестниц, сотканных из тонких металлических стержней, которые переплетались в сложные узоры, словно паутина. Полы были такими же, и сквозь узкие щели между стержнями можно было разглядеть всё, что находилось под ними. Воздух был намного холоднее, а стены, покрытые инеем, отражали тусклый свет, создавая ощущение бесконечного падения в бездну.
— Как нам понять куда идти? — быстро спросила Аэлль, не отпуская его руку.
— Призрак говорил, про серебристые провода.
— Но тут всё белое!
— Будем бежать вперед, пока не наткнемся!
Они рванули с места, не теряя ни секунды. Ледяной и воздух, наполненный холодом, казался осязаемым. Он впивался в кожу, словно острые лезвия. Звук шагов позади них не прекращался, эхом разносясь по коридорам заброшенного комплекса. Их ноги ловко скользили по ледяному полу, покрытому тонким слоем конденсата, который превращался в кристаллы при каждом шаге. Внезапно лестница впереди оборвалась на середине, и им пришлось прыгать в пустоту.
Когда они приземлились и обернулись, то увидели, как десяток Немез начали толпиться сверху, словно зловещий пчелиный рой. Их черные металлические панцири отражали белый свет. Это заставило их оторваться от земли ещё сильнее, ускорив темп бега. Мимо проносились сломанные двери, разбитые окна и свисающие черные провода. Прыгая по ступеням, то вверх, то вниз, Элиан не успевал даже смотреть на то, что у них под ногами. Внезапно из очередной двери выскочил один из Немез. Он преградил путь, широко замахнувшись дубинкой, которая испускала слабое голубоватое свечение.
Его было невозможно обойти. Элиан быстро окинул взглядом всё, что их окружало, и заметил уровень ниже, который проходил совсем рядом. Немез приближался с неотвратимостью голодного хищника, но они не собирались останавливаться. За мгновение до удара Элиан поднял Аэлль на руки и не теряя ни секунды, совершил прыжок в сторону. В воздухе раздался пронзительный звук, и дубинка коснулась пола. В тот же момент её поверхность покрылась микроскопическими электрическими разрядами, и Немез, получил мощный удар током.
Парочка успешно приземлилась на нижний уровень, но на этом их удача закончилась, когда часть пола под ногами внезапно заскрипела и обвалилась. Они начали скатываться вниз по наклонной поверхности, и иней только усугублял положение, ускоряя их падение. Элиан потянулся к Аэлль, но не успел ухватить её руку. Через мгновение они глухо приземлились, оказавшись на самом нижнем уровне. К их удивлению, вместо металлического пола под ногами оказалась земля, что хоть немного смягчило падение. Когда пыль осела, Элиан увидел, что они оказались в тёмном, сыром коридоре. Аэлль лежала на земле корчась от боли.
— Аэлль! Ты в порядке? — спросил Элиан, поднимая её на ноги.
— Всё нормально, бежим! Я просто упала на спину…
— Залезай!
Элиан присел на корточки, демонстрируя ей свою спину, и она медленно обхватила его ногами и руками. Боль в груди не давала ей даже спокойно вздохнуть. Вдалеке виднелся слабый свет, и они, не теряя времени, двинулись к нему, надеясь найти выход из этого мрачного места.
Но за их спинами раздался зловещий скрежет, словно сотни невидимых рук тянули цепи. Аэлль краем глаза заметила, как Немез спрыгнули вниз, следуя за ними.
***
— Что здесь, черт возьми, произошло? — проговорила Елена, вглядываясь в пространство столовой.
Сотни рабочих лежали на полу и столах, словно кто-то выключил их. Кровь, освещенная красными аварийными фонарями, медленно стекала по металлическим поверхностям, и звук капель терялся в невыносимом вопле сирен. Вдруг из выбитой двери донесся скрежет, и она ворвалась туда, не раздумывая. Впереди, пошатываясь, стоял Немез, только что пришедший в себя после удара током. Елена ускорилась, и в этот момент он уловил движение и поднял дубинку, чтобы встретить её удар.
Мгновение и она почувствовала мощный толчок в плечо. Елена пошатнулась, на миг земля ушла из‑под ног, но она стиснула зубы и удержалась. Немез уже заносил дубинку тяжелым замахом. Но Елена не стала ждать. Она скользнула вбок, почти не отрывая подошв от пола, обогнула его и в тот же миг схватила его руку, вывернув так, что послышался сухой хруст.
Дубинка оказалась у неё в руках раньше, чем Немез успел что‑то понять. Елена рванула её вперёд. Из оружия хлестнул электрический разряд и Немез рухнул на пол, корчась от боли
Елена посмотрела на дубинку. Та ощутимо тянула руку вниз и вибрировала.
— Оказывается, тяжёлая, — сказала она спокойно, почти буднично. — Это теперь может пригодиться.
Она шагнула к краю уровня и глянула вниз. Там, в полумраке, копошились десятки фигур, как муравьи, которых потревожили в муравейнике. Они спешили нырнуть в тёмный проход, исчезая один за другим. Елена на секунду замерла, выхватывая взглядом маршрут: вот тот выступ, потом балка, потом резкий спуск.
***
Элиан бежал что есть сил, не отпуская ноги Аэлль. Его спина в спец костюме Наблюдателей казалась ей прочной стеной, за которой можно было спрятаться. Он обернулся проверить, как она, и та кивнула, подтверждая, что всё хорошо. Темный коридор, облицованный шершавым, выщербленным металлом, закончился, и они выбежали в цилиндрообразный многоуровневый комплекс. Внезапно её глаза озарились удивленным светом, и она резко дернула Элиана за плечо.
— Что случилось?
— Серебристые провода! — крикнула она, показывая пальцем вверх.
Там вдалеке виднелась массивная металлическая дверь, вокруг которой, словно замысловатый орнамент, извивались яркие полосы, уходящие вглубь стены. Они мерцали, пульсируя в такт с сердцебиением Аэлль.
— Отлично! Теперь надо придумать как подняться, — сказал Элиан. Он потянул её за руку, но она не сдвинулась с места, её взгляд был прикован к этим странным линиям. — Идем!
Они метались по цилиндрообразному помещению, выискивая хоть намёк на лестницу, но в этом замкнутом пространстве не было ни ступеней, ни проёмов, только лёд. А шаги Немез звучали всё ближе, тяжёлые, размеренные. От этого ритма в груди всё сжималось
Элиан резко шагнул вперёд, заслонив Аэлль собой, хотя Немез ещё не показались из туннеля. Аэлль отступила, пока не упёрлась спиной в стену. Её взгляд скользнул по неровной поверхности, затянутой толстым слоем прозрачного льда. Под этой холодной коркой мелькнуло что‑то до боли знакомое. Она замерла, потом медленно протянула руку и коснулась льда. Холод тут же впился в пальцы. Поверхность оказалась неожиданно гладкой, будто отполированной веками.
— Отойди на пару шагов, — тихо, но твёрдо сказала она Элиану. Тот нахмурился, хотел возразить, но в её взгляде было столько уверенности, что он молча отступил.
Аэлль схватила железную балку, торчавшую из пола, и с силой обрушила её на лёд. Удар отозвался гулким звоном. Она била снова и снова. Первые куски льда с треском отлетали, обнажая тёмный металл под ними.
Элиан смотрел на это, не понимая, что она задумала. Но когда очередной удар расколол толстый слой и из‑под него проступил чёткий контур. Символ Делегатов, тот самый, что они видели на документах. Его глаза расширились, ведь он узнал его мгновенно.
Аэлль отбросила балку, та с лязгом покатилась по полу. Дальше она работала руками, сбивая остатки льда, царапая пальцы о кромку, не замечая боли. Ещё удар, ещё один, и вот её пальцы наконец коснулись самого орнамента.
В тот же миг помещение содрогнулось. Пол и стены вздрогнули одновременно, как если бы под ними пробудилось нечто древнее, давно уснувшее и теперь недовольное тем, что его потревожили. Вибрация шла изнутри, тяжёлая, гулкая, она поднималась из глубин и отдавалась в костях. Сверху посыпались пыль и мелкие осколки льда, похожие на сухой снег. Немез замерли на месте, сбитые с толку внезапной дрожью земли.
Пол под ногами Элиана и Аэлль начал медленно раскачиваться, будто они стояли на палубе корабля в шторм. Они инстинктивно прижались к стене, пытаясь удержать равновесие. И в тот момент стена неожиданно шевельнулась.
Они провалились внутрь, в темноту открывшегося прохода. А потом стена с глухим стуком встала на место, отрезав их от Немез. Те рванулись вперёд, вытянув руки, но опоздали: перед ними теперь была сплошная ледяная поверхность, без намёка на дверь.
Внутри было темно. Воздух казался более сухим, без примесей металла. Элиан попытался нащупать Аэлль, слыша её дыхание, но уже через мгновение загорелись фонари, такие же, как в рабочих зонах, но ярче, белее. Их свет был настолько интенсивным, что, приблизившись, можно было почувствовать тепло. Элиан и Аэлль переглянулись, тяжело дыша. Вокруг не было ничего, кроме ступеней, которые вели вверх. Их поверхность казалась идеально гладкой, словно их сделали совсем недавно.
Ступени уводили вверх, в густую полутьму, и с каждым шагом напряжение понемногу отпускало. Они успели перевести дух, пока впереди не проступила дверь. Она распахнулась без скрипа, будто знала, когда надо открыться. А стоило им шагнуть за дверь, та скользнула назад и встала на место. Казалось, она слилась со стеной, словно часть её текстуры, и стала невидимой. Вокруг стояла мёртвая тишина. Даже воздух будто застыл, не шелохнувшись. Когда они обернулись, их встретил очередной коридор: серебристый, словно ртуть, настолько чистый, что их ботинки оставляли на полу заметные следы.
Вдоль стен тянулись прямоугольные лампы. Они не горели, как лампы в рабочих зонах, скорее, светились изнутри, ровно и спокойно, испуская мягкий голубоватый свет. Он не резал глаза, не выбеливал тени, а просто обволакивал всё вокруг, подчёркивая странную, неживую чистоту коридора. И в этой тишине, нарушаемой лишь едва уловимым гулом напряжения от ламп Элиан и Аэлль переглянулись. Они ступили туда, где никто ни разу не был.
— Мы на верном пути, — сказал он, указывая на серебристые провода, которые тянулись вдоль коридора. — Но нам нужно быть осторожными.
Аэлль выдохнула, пытаясь успокоить нервы. Плечи чуть опустились, но взгляд остался острым. Она подошла к другой двери, более большой и изощрённой металлическими вставками.
— Это та дверь, — проговорила Аэлль, почти не сомневаясь, и провела пальцами по холодному узору, не касаясь его по‑настоящему, словно боялась чего-то. — Не её ли мы видели снаружи? Если Немез не найдут способ пройти к ней, у нас есть время. Немного, но есть.
Элиан подошёл ближе, встал рядом, прикрывая её плечо своим.
— Похоже на то, — сказал он негромко, так, чтобы слышала только она. — Если эта штука откроется не вовремя…
Аэлль кивнула.
И тут донёсся едва уловимый шум снаружи двери. Тихий, будто кто‑то провёл ногтем по металлу. Звук был настолько слабым, что она могла бы не обратить на него внимания, если бы не её обострённые чувства. Аэлль замерла, прислушиваясь, потом осторожно сделала шаг ближе, будто хотела разглядеть звук глазами.
Элиан, стоявший рядом, слегка нахмурился. Его пальцы непроизвольно сжались в кулак, а взгляд метнулся к стыку двери и стены. Оттуда, как ему казалось, тянуло сквозняком чужой угрозы.
— Лучше отойди, — тихо, но твёрдо произнёс он, не сводя глаз с двери.
Аэлль, чувствуя недоброе предчувствие, послушно отступила на несколько шагов. В тот же момент дверь начала открываться. Вибрация механизма, сопровождаемая низким скрипом, в миг заполнила коридор. За дверью стояли Немез. Дубинки у них уже горели — по тёмному металлу бежали голубые искры. Едва в щели мелькнуло лицо Элиана, они рванулись вперёд, но проход оказался слишком узким: они толкались, мешали друг другу, и только одному удалось протиснуться. Его плечи застряли между косяками, он дёргался, хрипел, пытался протолкнуться дальше, а металл скрежетал по броне, срывая пластины.
Парочка мгновенно развернулась и вновь бросилась бежать. Коридор, словно древний лабиринт, изгибался в нескольких направлениях, но каждый поворот был уникален, как будто пространство здесь было живым и дышало. За ещё одним поворотом стены превратились в матовое стекло, сквозь которое можно было разглядеть очертания рабочих зон, где машины тихо жужжали, словно насекомые.
Впереди, как маяк в бескрайнем море, возвышался серебряный лифт. Его массивные двери, украшенные выпуклым металлическим знаком Делегатов, приветствовали их. К лифту вели ещё несколько коридоров, каждый из которых был перекрыт тяжёлыми дверьми, словно кто-то нарочно расставил ловушки на каждом шагу. До лифта оставалось совсем немного. Пара десятков метров. Нужно лишь добраться и активировать его. Но время играло против них. Немез, с холодным блеском в глазах, приближались с неумолимой скоростью. Если они не успеют добраться до лифта, то окажутся в ловушке, из которой нет выхода.
— Скорее! — крикнул Элиан и ту же резко остановился, не веря своим глазам.
Раздался резкий треск стекла. Осколки разлетелись во все стороны, оставляя за собой тонкие линии царапин, которые расползались по поверхности пола. Перед ними вырос Немез. Его фигура была окутана зловещим светом, а рука сжимала электрическую дубину, мерцающую разрядами энергии. Аэлль замерла, её лёгкие словно сковало льдом. Они в ловушке. Выхода нет. Она глянула на Элиана, в этом взгляде было столько страха, что он мог бы сбить с ног. Но Элиан только крепче стиснул зубы.
Они не сдавались раньше. Не сдадутся и сейчас.
Элиан выдохнул. Рука сжалась в кулак, и вдруг по коже пополз голубой свет, будто сама кровь вдруг стала гореть. Энергия текла по венам, пульсировала, отдавалась в пальцах. Он знал: никто не придёт. Никто не вытащит. Только он сам. Только его удар. Настала пора дать настоящий отпор системе.
Он поднял глаза. Взгляд стал ледяным, таким, что даже Немез на секунду замер. В его мозгу щёлкнуло: «Опасность». Но секунда кончилась быстро.
Немез занёс руку для удара, и он был бы сокрушителен, если бы Элиан не увернулся от летящего оружия. Он скользнул в сторону, почти прижимаясь к полу, и ударил в спину. Удар вышел жёстким, без размаха, но с такой силой, что броня Немез треснула, как старая керамика. Он отлетел назад, сбивая с ног остальных стражей.
Рука тут же покрылась дрожью. Костяшки треснули, на коже выступила кровь. Элиан схватился за неё, пытаясь унять боль, но пальцы не слушались. Он вложил в удар слишком много сил. Ещё один такой удар, и рука сломается.
В коридоре снова раздался тяжёлый топот. Немез шли вперёд, шаг за шагом, молотом выбивая из Элиана остатки мужества. Воздух вокруг них потрескивал, наполняясь электричеством, которое ощущалось на коже, как тысячи крошечных разрядов. В их безликих масках читалась безжалостная жестокость, холод и бессердечие, которые были готовы уничтожить всё на своём пути.
Это конец. Отбиваться у них не выйдет. Тем более что их слишком много, а сил уже нет. Аэлль бросила взгляд на лифт, который находился слишком далеко. Немез были гораздо ближе. Элиан вышел вперед, подняв перед собой окровавленные кулаки, и его взгляд встретился с отражением в шлемах. В этот момент воздух вокруг стал густым и тяжёлым, словно он попал в вакуум.
Внезапно послышался скрежет и крики, звуки ударов. Немез вдруг замерли, и один за другим начали падать, как костяшки домино. В проёме, среди этой кучи тел, мелькнула знакомая фигура. Елена. Спец костюм её был в обрывках, кожа покрыта ссадинами и ранами, волосы прилипли ко лбу, а глаза горели безумным огнём. В руке она сжимала дубинку, и та гудела, выплёвывая злые молнии. Она шла вперёд, не глядя по сторонам, снося всё на своём пути.
Она пыталась пробиться к ним, но Немез сжимали кольцо. Они двигались синхронно, будто слышали друг друга без слов. Елена билась, как загнанный зверь. Но их было слишком много. Сил оставалось всё меньше.
— Элиан! Регенератор… Не… — отчаянно прокричала Елена. — Стойте!
— Елена сказала не стоять! Это наш шанс! Она отвлечёт их! — крикнул Элиан, схватив Аэлль за плечо.
Его пальцы впились в её кожу, затем он резко развернул её и потащил к лифту, который, был их единственным спасением.
Аэлль оглянулась через плечо. Размытый силуэт Елены вилял из стороны в сторону. Она отбивала удары дубинками, а в какой-то момент схватила одного из Немез, прижала к себе и прикрылась им, как щитом, принимая на его броню разряды, летевшие в неё.
— НЕТ! — снова крикнула Елена, продолжая сражаться. — Регенератор это вир… Кхык! — внезапно её дыхание сбилось, она закашлялась, и из её рта хлынула кровь. Ребра хрустнули под мощным ударом в грудь. Он прошёл глубже, чем просто сквозь броню, он разорвал что-то внутри. Боль была настолько сильной, что она не могла вдохнуть, Елена пошатнулась, её глаза расширились, в них застыл ужас.
— Только не вставляйте его… — прошептала она.
Он втащил Аэлль в лифт, не глядя, лишь бы она оказалась за пределами этой мясорубки. Двери начали медленно съезжаться, отрезая коридор.
Элиан обернулся.
В узкой щели он увидел Елену. Она стояла, пошатываясь, пыталась удержаться на ногах. Лицо её было искажено болью, но в нём всё ещё держалось упрямство.
И тут прозвучал удар. Голова Елены резко откинулась назад.
Тысячи игл разом впились в его грудь. Двери лифта сомкнулись с тихим, почти вежливым щелчком, отрезая всё: крики, треск разрядов, запах озона и крови. Он отчаянно ударил по прозрачной поверхности, но она даже не дрогнула. Слабые окровавленные руки бессильно скользили по ней. Всё, что он мог сделать это лишь беспомощно смотреть, как Немез смыкается вокруг неё.
Её лоб был разбит, кровь заливала глаза, мешая видеть. Елена чувствовала, как жизнь медленно покидает её, но изо всех сил пыталась сохранить сознание. Дрожащей рукой она поднесла кисть к лицу. Её затуманенный взгляд, скользнул по устройству на запястье.
На экране прибора мерцала синяя строка:
«Определить угрозу. Подтвердить смертельный приоритет.»
Ещё удар. Он пришёлся по плечу, горячий словно раскалённый металл. Прибор затрещал, его металлические звенья завибрировали, но выдержали. Елена стиснула зубы. В этот момент её сознание стало ясным, как никогда. Она знала, что это её последний шанс — последний шанс сделать все правильно. Её пальцы, дрожащие от напряжения, с трудом нажали на крошечную кнопку.
На экране высветилось:
«Дилан 68-1. Угроза класса 0. Подтверждение: Смерть инициатора допускается.»
«Принято»
С этими словами всё вокруг застыло в безмолвной агонии. Немез внезапно замерли. Их дубинки, обычно светившиеся холодным светом, потухли. Броня начала слегка дрожать. А потом они синхронно, без единого лишнего движения, развернулись и начали двигаться в обратном направлении. Их шаги были такими же ровными и механическими.
Елена осталась одна. Она привалилась спиной к стене, такой холодной, что даже сквозь одежду пробирало. На полу темнели капли, воздух пах озоном и кровью. Её сердце билось всё слабее. Она слышала, как лифт медленно поднимается вверх. Слышала, как шаги удаляются, затихая вдали, и её жизнь утекала вместе с ними. Слышала, как её собственное дыхание стало прерывистым, словно воздух вокруг неё был отравлен.
— Вот и всё... Элиан... Аэлль... Надеюсь, вы всё сделаете правильно... — она снова закашлялась, и каждый спазм мышц отдавался резкой болью по всему телу. — Надеюсь, вы запомните меня... Не как Наблюдателя... а как друга... Хотя бы в конце...
Её губы дрожали, пытаясь растянуться в слабой улыбке, по которым неудержимо текли слезы, оставляя за собой соленые следы.
— Как я рада... Я больше не часть системы... Я живая... живая...
Она сделала глубокий вдох, её грудь едва заметно приподнялась, после чего снова опустилась. Взгляд стал стеклянным, пустым, но в то же время странно спокойным, будто она смотрела куда-то далеко, туда, где нет ни приказов, ни боли, ни страха. Туда, где можно просто быть.
В лифте Элиан стоял, прижавшись лбом к холодному металлу. Он не чувствовал холода. Чувствовал, как по пальцам стекают капли крови. Они падали на пол, разбиваясь о металл с тихим, почти незаметным звуком.
Шум снизу стих окончательно. Всё закончилось. Но не так, как они надеялись. Плечи Элиана мелко дрожали, внутри него всё ещё рвался наружу тот, кто хотел броситься назад, выломать двери, схватить Елену и унести прочь. Но двери были закрыты, а время ушло.
Аэлль сидела на полу, обхватив колени так крепко, что в пальцы не проникала кровь. Лицо у неё было белым, как мрамор, и таким же неподвижным. Только губы чуть приоткрылись, будто она силилась вытолкнуть хоть слово, но оно не шло. Оно застряло где-то в горле. Она смотрела перед собой, но видела только тот миг, когда голова Елены откинулась назад, и всё оборвалось.
Молчание. Тяжёлое, гнетущее молчание, казалось почти осязаемым. Но кто-то должен был что-то сказать.
— Ты видела… как они… — хрипло произнёс Элиан, не глядя на неё. — Они били её, как марионетку. Без жалости. Без сочувствия.
— Она… — тихо, почти шёпотом ответила Аэлль. Её голос был полон горечи и боли. — Она пыталась что-то сказать.
— Мне показалось, что она пыталась предупредить нас, — продолжил Элиан. — Но из-за расстояния и шума я ничего не смог расслышать.
Он достал из сумки регенератор. Кто бы мог подумать, что от этого небольшого, но важного предмета зависела их судьба. Внутри устройства ярко мерцала энергетическая батарея, готовая к своему последнему бою.
— Этот прибор – наша единственная надежда уничтожить OMNI, — сказал он, глядя на Аэлль. — Если мы не справимся, система выиграет, и мы потеряем всё.
— И тогда жертва Елены будет напрасной, — медленно, с горечью произнесла она. — Она умерла из-за него.
Элиан посмотрел ей прямо в глаза, и его взгляд стал твёрдым и непреклонным.
— И всё же, если мы не сделаем этого, никто другой не сделает, — сказал он. — Это наш последний и единственный шанс.
— Мы не забудем Елену, — добавила Аэлль, — Мы сделаем это ради неё. Ради себя. Ради всех.
Лифт наконец-то остановился, издав приглушённый гул. Двери медленно разошлись, словно нехотя, и взору предстала мрачная пустота ядра OMNI. Свет, пробивающийся сквозь узкие лампы в потолке, был холодным и тусклым, как зимний рассвет.
— Вот и всё, — прошептал Элиан, едва слышно, — Изменим же судьбу станции или станем её последним эхом.
Они шагнули вперед, и растворились во мраке.