Глава 2
Шёл апрель, и низкий голос мужчины средних лет разлетелся по равнине округа Белое море, военной страны.
—
Сто-о-о-о-о-о-о-оп! Ужасно! Просто ужасно! Переделать с начала! Ты, вон
там! У тебя вообще есть мозги?! Нечего высовываться больше, чем
сказано! Тебе за это не накинут платы!
Сколько бы мужчина ни
орал, его голос не достигал адресата, и вся связь осуществлялась по
рации, но режиссёр Джеймс Ханимун всё равно кричал в мегафон, потом
размахивал им, а потом бил им по голове ассистента неподалёку.
Ни к чему было говорить, что все вокруг наелись этим досыта.
Он
верил, что натуральная съёмка лучше компьютерной графики, однако каждый
дубль требовал повторной установки взрывчатки и дымовой завесы, на что
уходило огромное-преогромное количество времени и денег.
Когда транспортный вертолёт приземлился не пойми где, Квенсер выбрался с него и принялся жаловаться другим солдатам.
—
Десять километров? Он издевается? Если что-то настолько большое с кучей
токсичных материалов на борту полетит на полной скорости в небо, нас
ждёт ледниковый период с эпидемиями.
— На твоём месте я бы так не
говорил, — Хейвиа вылез из другого вертолёта. — Армия предоставила
полную поддержку для съёмок этого фильма. Явная военная пропаганда,
такую точно спонсирует кто-то из самых, самых, самых верхов. Жалуйся
дальше, и тебя страят с чем-нибудь настолько здоровенными, что даже не
увидишь.
Квенсера и остальной массовке не обещали перерывов во
время закладки бомб. Платили фиксированную сумму, при этом временами
заставляли вкалывать без продыху.
— Всё из-за того, что
Корпорации и Информационный Альянс подались в кинобизнес и выставляют
Легитимное Королевство злодеем. Потому наши медийщики быстро
наверстывают упущенное. Но это бесполезно. Совершенно. А почему? Да
потому что мы никого не нагоним, если будем следовать их приказам! Надо
предсказывать, что приближается, и делать ход первыми, чтобы перекрыть
им путь, иначе всё это впустую!
— Ох, как страшно. Но я не жалуюсь. Если хочешь подраться с какой-нибудь большой шишкой и оказаться в заднице, давай без меня.
По
той же причине телевикторины начали наказывать за неправильные ответы с
помощью наряда спецназа, который закидывает окна и двери молодых
ведущих оглушающими гранатами.
Тем временем красавчик со
сверкающими шелковисто-чёрными волосами расхаживал в военной униформе,
которая ему вообще не шла. Он был ведущим актёром, а в руке держал
перманентный маркер.
— Хе-хе-хе. Поменьше ворчите, котятки. Может, дать вам автограф? Тогда появится мотивация?
—
Стой, это рюкзак для военных припасов! Не пиши прямо на нём! Эта штука
перманентная?! О нет, мне теперь придётся за него платить!!!
— А ещё ты называешь парней котятками?! Держись от меня подальше.
Когда
зашёл разговор об автографах, начали подходить солдаты. Парень оказался
известным актёром, и у него хорошо получалось мотивировать людей,
пускай не совсем на то, что задумано.
Квенсер взбесился, когда ему во время неразберихи сунули автограф, который он не просил, но затем спросил у Хейвиа:
— Кстати, где принцесса?
—
Как обычно. Она до сих пор дуется после той сцены, в которой круизный
лайнер разносит Объект одним выстрелом. Наверное, зарылась в Малыше
Магнуме.
Судя по всему, знаменитый актёр поладил с
солдатами-ассистентами, и съёмочная бригада запустила камеры. Захотели
наделать закадровых фотографий.
— Ладно, погнали. Улыбку, улыбку! Три, два, один.
Полученная фотография позже станет часто обсуждаемой в определенных кругах легендой киноиндустрии.
Всё-таки не каждый день куча улыбающихся солдат одновременно показывает средний палец.