«Камелот…»
По комнате прошёл холод. Несколько слуг отступили. Советник с красной шапкой мгновенно поднял руку.
«Никто не приближается к картине.»
Камелот даже не заметил его, он смотрел только на девушку. Теперь у неё было настоящее лицо. Длинные волосы спадали на плечи, а глаза казались слишком живыми для обычного изображения.
«Ты… звала меня раньше?»
Девушка медленно моргнула.
« Да.»
« Почему?»
Она не ответила. Вместо этого её взгляд переместился на прозрачную кисть в руке Камелота, золотое свечение стало ярче.
«Верни меня домой.»
Камелот нахмурился.
« Домой?»
Девушка посмотрела куда-то за его спину, в сторону старых окон где вижнелась оранжерея.
«Верни меня туда, где я должна находиться.»
Артур резко поднял голову.
«В оранжерею?»
Девушка кивнула.
«Да.»
Камелот посмотрел на отца.
«Она хочет обратно в оранжерею.»
Артур молчал несколько секунд. Он впервые выглядел действительно растерянным.
«Тогда перенеси её.»
Советник Совета тут же возразил:
«Артур, мы не знаем, что произойдёт.»
« Я тоже.»
Артур посмотрел на картину.
«Но впервые за десятилетия она сама сказала, чего хочет.»
Камелот приблизился к раме. Прозрачная кисть в его руке потянулась к картине. Она будто узнала приказ.
«Подождите!.» сказал один из членов Совета. «Не прикасайтесь к холсту.»
Камелот повернул голову.
«Почему?»
«Потому что мы не знаем, что это за магия.»
Камелот усмехнулся.
«А вы пять минут назад смеялись и говорили, что кисть просто придирчивая.»
Советник замолчал.
«Теперь она выбрала меня.»
Камелот осторожно положил ладонь на раму. Золотой свет мгновенно прошёл по всему холсту. Картина задрожала от магии, затем рама сама оторвалась от стены. Камелот едва успел схватить её обеими руками.
«Тяжёлая…»
«Осторожнее!» крикнула Элеонора.
Камелот стиснул зубы.
«Я в порядке.»
Он посмотрел на девушку. Она больше не улыбалась.
«На пол…»
Камелот моргнул.
«Что?»
«Как только вы перенесте меня в Орвнжерею. Поставь меня на пол.»
Он нахмурился.
«Не повесить?»
«Нет.»
Голос девушки стал серьёзнее.
«Поставь меня на землю.»
Камелот посмотрел на Артура. Тот явно не понимал, что происходит.
« Почему именно на пол?» спросил Камелот.
Девушка посмотрела ему прямо в глаза.
«Потому что то, что находится под оранжереей, больше не спит.»
У Камелота перехватило дыхание. Серебряный гримуар внезапно открылся. Страницы начали бешено перелистываться.
[ Обнаружено изменение основного задания. ]
[ Объект: неизвестен. ]
[ Связь с родом Кэнхем: подтверждена. ]
[ Магическая активность под оранжереей: обнаружена. ]
Камелот медленно посмотрел на картину.
«Что находится под оранжереей?»
Девушка закрыла глаза.
«То, что ваш род забыл.»
Золотые линии на её теле вспыхнули.
« И то, что Чёрное Солнце никогда не хотело, чтобы вы нашли.»
Камелот замер.
Артур резко побледнел. А один из членов Совета прошептал:
« Невозможно…»
Камелот крепче взял раму и понёс в оранжерею.
Как только нижний край картины коснулся пола, произошло нечто странное. По полу под его ногами пробежала световой линия, нарисованная прямо поверх каменных плит. Линия прошла под картиной, затем разделилась на десятки ответвлений и образовала огромный круг.
БУМ…
Камень под ногами дрогнул. Элеонора отступила.
«Артур! Всем назад!»
Но было поздно. Золотые линии резко ударили в пол. Каменные плиты начали двигаться. Одна за другой они отодвигались в стороны, словно невидимая рука стирала их с поверхности. Под ними показалась темнота. Слуги вскрикнули.
Один из членов Совета машинально достал небольшой магический артефакт.
«Здесь подземное помещение?»
Артур смотрел вниз с выражением, которого Камелот ещё никогда не видел на его лице.
« Не может быть…»
«Вы знали об этом?» спросил Камелот.
« Нет.»
Артур подошёл ближе. Перед ними постепенно открылась лестница, уходящая глубоко вниз. Ступени были покрыты пылью. На стенах виднелись следы древней магии. Некоторые символы давно потускнели, но золотой свет от кисти Камелота заставлял их снова загораться.
Камелот посмотрел вниз.
« И вы хотите сказать, что всё это время под оранжереей ничего не было?»
Артур медленно покачал головой.
« Я не знал.»
Советники переглянулись. Теперь никто не смеялся. Даже та самая девушка, которая ещё недавно утверждала, что кисть просто не принимает любого, смотрела на лестницу с напряжением.
« Нужно проверить, куда она ведёт.»
«Я пойду первым.» сказал Камелот.
«Нет.» одновременно произнесли Артур и Элеонора.
Камелот посмотрел на них.
«Почему?»
Артур нахмурился.
«Потому что мы не знаем, что находится внизу.»
Камелот поднял прозрачную кисть.
«А она, кажется, знает.»
Кисть слегка засветилась, будто подтверждая его слова.
Артур тяжело вздохнул.
«Тогда идём вместе.»
Они начали спускаться. Первым шёл один из представителей Совета. Следом Артур. За ним Камелот. Элеонора и остальные члены Совета двигались позади. Слугам приказали остаться наверху.
Чем глубже они спускались, тем холоднее становился воздух. На стенах начали появляться рисунки. Камелот остановился возле одного. На нём был изображён человек с кистью в руке. Перед ним находилась огромная чёрная масса, напоминающая бесформенную тень. Человек что-то рисовал поверх неё.
«Такое старое и пыльное…»
Камелот приблизился и его гримуар снова раскрылся.
[ Историческое изображение. ]
[ Автор: неизвестен. ]
[ Событие: засекречено. ]
[ Магическая природа: неизвестна. ]
Камелот нахмурился.
Даже ты не знаешь?
Страницы перевернулись.
[ Информация отсутствует. ]
Они продолжили путь. Через несколько минут лестница закончилась.Перед ними находилась массивная деревянная дверь. На ней был изображён герб рода Кэнхем. Но герб выглядел иначе, чем тот, который Камелот видел наверху. В центре находился глаз. А вокруг него была нарисована кисть.
Камелот коснулся двери.
Щёлк.
Замок открылся сам и дверь медленно распахнулась. За ней находилась мастерская покрытая пылью. Вдоль стен стояли десятки пустых рам. На полу лежали засохшие кисти. На столах находились высохшие баночки с красками.
Некоторые из них были настолько древними, что превратились в камень. А в центре комнаты стоял большой мольберт. И на нём… Картина.
Камелот остановился.
«Она недописана.»
Это было очевидно. На холсте был изображён огромный пейзаж; горы, лес, небо, город вдали. Но центральная часть картины была пустой. Там находился лишь белый участок холста, будто художник остановился прямо перед самым важным моментом.