Около полусотни человек рассеялись меньше чем за две минуты. Братья Гу затаились, соблюдая предельную осторожность: это вам не Подземный город. Там, внизу, людские сердца хоть и полны коварства, но все же царит хоть какое-то подобие порядка.
Здесь же, на поверхности, царит сплошной хаос, и из-за малейшей беспечности можно даже не понять, отчего и как расстался с жизнью.
Младший из братьев сжимал в ладонях парные костеломные иглы. Оружие не сказать чтобы длинное – вместе с рукоятью всего три фута, но стоит нанести удар, как оно играючи рассечет камень, отличаясь при этом невероятной прочностью: заурядный механический манипулятор такое лезвие в жизни не согнет.
Взгляд старшего брата напоминал взгляд одинокого волка. На правом предплечье поблескивал холодным металлическим блеском внешний механический манипулятор, сквозь стыки которого змейками струились бледно-голубые световые нити, а три лазерных ствола диаметром в двадцать миллиметров слегка покачивались из стороны в сторону.
Обрушенные небоскребы и щербатые, полуразрушенные стены служили им великолепным укрытием.
Это место еще не таило в себе смертельной опасности, ведь когда-то здесь кипела жизнь гигантского человеческого мегаполиса, а потому зараженных зверей водилось немного – по большей части попадались лишь мутанты-аберрации.
Настоящая жуть начиналась в первозданных чащобах, среди горных ущелий и побережий полноводных рек!
Туда простым смертным соваться заказано: подобные маршруты по плечу лишь тем, кто действительно владеет трансцендентной силой.
Дыхание Гу Сенэня оставалось ровным и размеренным. Каждый его шаг отдавался оземь так твердо, будто старое дерево пускало корни в землю; впрочем, чтобы заработать авторитет в целом районе, определенной долей мастерства определенно нужно было обладать.
─ Прибыли.
Стоило Гу Шилэю произнести это, как его взгляд устремился внутрь полуразрушенного высотного здания – сквозь зияющий провал в стене смутно угадывался силуэт странного дерева.
Именно за ним и явились братья.
Дыхание Гу Сенэня на мгновение сбилось, но он тут же взял себя в руки, а его цепкий, хищный взгляд скользнул по окрестностям.
Игра в кошки-мышки, где охотник в любой момент сам может стать жертвой – излюбленный спектакль здешних мест.
Судя по уцелевшим элементам архитектуры, раньше здесь располагался торговый центр. Теперь же прямо посреди руин возвышалось странное трехметровое дерево.
Его стволы отливали серо-бурым оттенком, а в глубоких трещинах потрескавшейся коры мерцали зловещие темно-фиолетовые переливы. Но сильнее всего поражало другое: на ветвях красовались три огромных глаза размером с пиалу, правда, сейчас они были плотно сомкнуты.
Это и была их цель – трехглавое демоническое дерево.
Троица глаз на таком создании представляла собой баснословно ценный материал для алхимических зелий. Братья, разумеется, знали о существовании эликсиров, но о подобной роскоши даже не смели мечтать.
Конкретно этот экземпляр явно проклюнулся совсем недавно и еще не успел набраться сил; подрасти оно еще с годик-другой, и братья ни за что на свете не сунулись бы сюда, какими бы уговорами их ни заманивай.
─ Братуха, гляди: три глаза, каждый по меньшей мере десятку тянет, ─ в глазах Гу Сенэня вспыхнул хищный огонь. Если удастся забрать добычу, в кармане гарантированно осядет не меньше трехсот тысяч, и это не считая того, что глаза – самая ценная, но далеко не единственная часть этого монстра.
Внутри демонического дерева пульсировал густой фиолетовый сок, чья стоимость тоже была высока – пара-тройка десятков тысяч сверху обеспечена.
Неудивительно, что Гу Шилэй обмолвился: стоит воротить это дело, и младшему наконец установят искусственный глаз.
Старший сохранял невозмутимость: ─ Хоть это трехглавое дерево растет всего два месяца, оно уже способно вызывать ментальное расстройство. В прошлый раз мы чуть было не погибли из-за этого.
Его собственный внешний манипулятор, конечно, мог приложить тварь разок-другой, но тогда о сохранности глаз можно было бы забыть – они невероятно хрупкие, а для выгодной продажи требуется абсолютная цельность.
Предыдущая вылазка оказалась неподготовленной: они не только схватили ментальный удар, но и едва не лишились нескольких ребер. Если бы не железная воля обоих и тот факт, что монстр только-только пустил побеги, сегодня они бы уже удобряли землю своими костями.
Однако теперь братья явились во всеоружии.
Гу Шилэй извлек из походного рюкзака металлический шар. Стоило тому коснуться земли, как из него выкинулись восемь паукообразных конечностей.
Управляемый волей хозяина, паукообразный робот резво затрусил по обломкам и уже через мгновение беззвучно замер позади трехглавого дерева. Верхняя створка его панциря откинулась, обнажив несколько крошечных отверстий.
Спустя секунду пространство вокруг заволокло дымом, опьяняющим душу.
Чудовищное дерево всем своим существом судорожно вздрогвало. Прежде плотно сомкнутые веки приоткрылись наполовину, и монстр замер, словно с блаженным наслаждением впитывая неведомую благодать.
Бледно-фиолетовая взвесь, послушно следуя за ритмичным вдохом и выдохом коры, целиком уходила вглубь древесного ствола.
Братья застыли в томительном ожидании, не смея шелохнуться и напоминая пару изваяний из камня.
Сердца их колотились как безумные. Этот дым создавался специально для борьбы с растительными мутантами психического типа: стоило растению перебрать с дозой, как его тело мгновенно расслаблялось, теряя всякую способность к сопротивлению и передвижению, а упругие ветви, корни и лианы превращались в жалкие, повисшие плети.
Правда, стоило это удовольствие баснословных денег – одна канистра обошлась в тридцать тысяч, но если удастся срезать драгоценные глаза, барыш покроет все расходы с лихвой.
Впрочем, существовало немало рисков. Обладай трехглавое дерево чуть большей бдительностью, оно могло очнуться прямо посреди процесса, и тогда все труды пошли бы прахом. Пришлось бы идти напролом, полагаясь исключительно на ножи младшего и силой выдирая проклятые глаза.
В таком случае операция мгновенно стала бы смертельно опасной.
Гу Сенэнь отчетливо слышал бешеный стук собственного сердца, а в голове упрямо тикал внутренний метроном.
Тридцать восемь секунд, тридцать девять…
Девяносто две, девяносто три…
Дерево вбирало в себя все больше паров, его ствол начал комично покачиваться, точно захмелевший старик.
Гу Шилэй наконец с облегчением выдохнул: при такой степени опьянения даже если тварь сейчас очнется, от ее обмякших ветвей и корней останется едва ли десятая часть прежней прыти.
─ Братуха, на этот раз все схвачено, ─ сдавленный шепот Гу Сенэня сочился возбуждением.
─ Да, все под контролем.
Периферическое зрение уловило мелькнувший отблеск холодной стали.
Зрачки Гу Шилэя сузились до точек, и он взревел: ─ Осторожно!
Его механический манипулятор грубо оттолкнул брата в сторону, покатился кубарем и сам.
Две отравленные костеломные иглы со свистом прошили стену, вогнавшись в нее по самую рукоять. Высвободившийся яд с мощными коррозийными свойствами мгновенно сделал свое дело: в твердом камне образовались два зияющих отверстия с кулак каждое.
Гу Сенэня бросило в холодный пот: прилети эти гостинцы в него, от тела не осталось бы даже мокрого места.
Во взгляде юноши проступила ледяная ярость. Сжимая в руках обе костистые дамасские пластины – одну перед грудью, другую нацелив вперед, – он припал на одно колено, используя обломок стены как щит и не сводя глаз спереди.
Гу Шилэй тоже успел укрыться в мертвой зоне за каменной кладкой.
─ Кто здесь?!
Голос старшего брата звучал леденяще. В ответ не донеслось ни звука, но он прекрасно понимал: враг никуда не ушел. Жуткое оружие с кислотным зарядом наверняка по-прежнему нацелено на трехглавое дерево, и стоить кому-то высунуться, как смерть снова попытается ужалить их из засады.
Ситуация зашла в тупик.
Трехглавое дерево тем временем допило последние порции испарений. Пройдет совсем немного времени, и оно начнет приходить в себя, а значит, весь план рухнет.
Но Гу Шилэй знал: суетиться нельзя.
─ Братец, ─ голос Гу Сенэня выдавал нервозность. ─ Эффект дыма постепенно сходит на нет.
─ Ждем дальше.
Наконец прятавшийся в засаде неприятель потерял терпение и выпрыгнул из оконного проема.
Хотя рассмотреть фигуру в полном обмундировании легкого экзоскелета не представлялось возможным, в голове Гу Шилэя уже успел сформироваться список подозреваемых. Круг тех, кто мог позволить себе тяжелую бронетехнику, автоматически отсеивал девяносто процентов обывателей, и один конкретный образ мгновенно наложился на этот силуэт.
─ Это же хозяин той лавки.