Шлеп-шлеп.
Шлеп-шлеп.
Кто-то шел по воде, втаптывая ее в пол.
Место действия — церковь. Обычное здание для этого северного региона, но...
Для места, где должны славить бога, здесь было слишком темно и мутно.
К тому же, воздух пропитал металлический запах крови — вонь была на редкость тошнотворной.
И посреди всего этого:
— Хм-хм-хм... Ля-ля-а...
Женщина шла, мерно хлюпая по лужам.
Лунный свет, пробивавшийся снаружи, наконец обнажил истинную природу того, что скопилось на полу.
Кровь.
Это была сплошная кровь.
Пол тесной церквушки залило по щиколотку, и женщина шагала по этому месиву с таким видом, будто гуляла по парку.
— П-почему... Почему...
Кто-то прижался к стене. Белые одежды пропитались алым, сменив цвет.
Тот, кто по идее должен был мирно нести службу в качестве жреца Святого Королевства, сейчас дрожал от первобытного ужаса.
— Почему вы здесь?!
— Почему, спрашиваешь? — отозвалась женщина. — Дела у меня тут.
В ее голосе читалось раздражение.
— Но вам... вам нельзя здесь находиться! А как же Иггдрасиль?! Что вы здесь забыли?!
— Вот и я о том же.
Пшик!
— А-а-а-а-а-а-а!!!
Руку мужчины просто вырвало.
Из места, где она была секунду назад, ударил кровавый фонтан.
Раздался вопль, полный агонии.
— И зачем было творить всякую херню?
Женщина смотрела на него абсолютно пустым взглядом. Никаких эмоций.
— Не переходили бы вы черту — мне бы не пришлось сюда тащиться.
— Хึก... Кх-х...
Лицо жреца перекосило от страха, но вдруг он... рассмеялся.
— ...Хе... хе-хе-хе.
— Ой, смеется? Совсем кукухой поехал?
— Уже... уже поздно. Святой здесь нет!
Ему уже было плевать на свою жизнь. Тот, кого он должен был защищать, в безопасности. С этой мыслью жрец выдавил из себя слова.
— Знаю.
— ...Что?
— Говорю же — знаю я, что Святой здесь нет.
— О чем ты?!
— Вообще-то я собиралась просто перерезать вам глотки и отправить подарок вашему обожаемому Папе. Но... у меня тут дельце появилось.
При слове «дельце» в голосе женщины проснулся интерес, которого не было раньше.
— Я нашла кое-что, с чем ваша «Святая» и рядом не валялась.
— О чем ты вообще говоришь?..
— Так что береги свое «сердце». Я приду за ним, когда понадобится. А это — так, напоминалка.
Бумажный самолетик. Он сорвался с ее ладони и, прорезав воздух, приземлился прямо на живот мужчины.
— Передай это по адресу.
Сказав это, женщина развернулась.
В тот же миг кровь, заливавшая пол, взметнулась вверх.
Ш-ш-ш-ш-ш!!!
Вся кровавая масса мгновенно испарилась, а вместе с ней в пепел обратились и все трупы в здании.
В живых остался только один однорукий жрец.
— А... А-а...
Он лишь издавал нечленораздельные звуки, глядя на этот сюрреалистичный финал. Как настоящий безумец.
*****
— Хм-хм-м.
Выйдя наружу, женщина снова замурлыкала под нос какую-то мелодию.
Вообще-то, настроение у нее должно было быть паршивым.
Настолько, что...
«Я могла бы сжечь тут все к чертям».
Терпеть не могу ночь. От скуки и раздражения вполне можно было бы пустить этот город на растопку. Будь она в обычном своем состоянии «клинической скуки», так бы и сделала.
Но, к счастью, в этот раз пронесло.
«Я ведь нашла кое-что забавное».
Забыв про «сердце», которое она собиралась вырвать, ее мысли теперь занимало нечто куда более интригующее.
Она вспомнила того мальчишку, который умолял ее о спасении, и усмехнулась.
— Надо же.
Хорошо, что пришла. Не зря.
«Он пробил мой магический барьер и вцепился в меня».
Это уровень как минимум 6-го круга.
Обычный маг не то что схватить — подойти бы не смог. А он...
«Он видел звезды».
Кольца и галактику в моем сердце. То, что не должен видеть никто.
Более того, он сказал: «восемь с половиной».
«Он в точности считал мои круги».
О том, что у меня восемь кругов и половина девятого, не знал ни один человек на континенте. И это увидел какой-то пацан лет десяти-пятнадцати?
— Ха-ха-ха.
Бред какой-то. Она бы в это не поверила, если бы это не случилось на самом деле.
И еще...
«Магическая лихорадка целый месяц?»
Длительность и сила боли при этой болезни зависят от объема маны и размера «сосуда».
Сама она когда-то промучилась две недели. И это было настолько паршиво, что она даже шевелиться не могла.
«Он был на грани смерти».
Целый месяц.
Почти сдох от перегрузки. Может ли быть что-то более абсурдное?
«Интересно».
Если его вырастить, во что он превратится?
«Жаль».
Если бы не дела, она бы таскала его с собой и ставила кучу экспериментов. Но сейчас ситуация не позволяла.
«Так что, за неимением лучшего...»
Брошу его там, где смогу приглядывать. Женщина приняла решение.
«Чем он там занят?»
Она вернулась в комнату. Дела закончились быстрее, чем ожидалось. До утра оставалось еще несколько часов.
«Может, подсобить ему немного?»
Она оставила ему инструкцию по созданию круга, но вспомнила, что малец-то неграмотный. Наверняка сидит сейчас, голову ломает.
«Даже с текстом на это ушли бы сутки».
Пусть помучается. Но так и быть, помогу по доброте душевной. Она открыла дверь.
Скрип.
У-у-у-у-нг!
— ...
Как только дверь распахнулась, она увидела мальчишку.
— О, вы вернулись?
— Ты...
В ее глазах отразилось кольцо, четко закрепившееся в сердце парня.
— Я сделал. Домашку.
Пацан сказал это таким обыденным тоном, будто мусор вынес.
— Ха!
Женщина расплылась в широкой, почти безумной улыбке.
*****
В ту ночь, когда я завершил формирование круга, она долго смеялась, глядя на меня. То ли от того, что я так быстро справился, то ли просто по жизни такая, но выглядело это жутковато.
— Ру... Руин! Ты правда уходишь?! Вот так просто... возьмешь и уедешь?
— Ага, так получилось.
Следующим пунктом программы был поход в приют за шмотками. Элейн чуть ли не в слезах смотрела на меня — я только вчера сбежал подыхать, а сегодня вернулся с «мамочкой».
Прости, соратница по несчастью.
Но я больше не сирота.
— Давай, не скучай. Тебе тоже скоро подгонят нормальных предков. Желаю удачи в родительской гаче.
— Чего... гаче?
— Неважно. Есть такая тема.
— Не уходи! Руин... Мне не нужны родители! Мне нужен только ты!..
Это что за приступы одержимости? Она вцепилась в мое запястье с такой силой, что кости затрещали.
— Больно вообще-то.
— Ой, п-прости...
Элейн отпустила руку. Я почесал щеку. В памяти Руина эти двое действительно были близки. Похоже, ей реально хреново от моего ухода. Я потрепал ее по волосам.
— Мы же не навсегда прощаемся. Придет время — увидимся.
(Хотя в мои планы это не входило).
— ...Но...
— Живи нормально, ешь вовремя. Стань успешной, и тогда точно встретимся, идет?
— Руин!! Руин!
Воспитатели приюта оттащили Элейн, не давая ей за мной бежать. Сами они пялились на меня как на восьмое чудо света.
Еще бы: подыхающий задохлик не только выжил, но и привел какую-то знатную дамочку в качестве опекуна.
— Пойдемте, мам.
— ...Я тебе сейчас язык отрежу.
— Пойдемте, госпожа?
— Ладно, забей.
«Мамуля» только покачала головой.
— Все забрал?
— Да там забирать-то нечего.
— А ее?
— Она не вещь, чтобы ее забирать.
Просто коллега по приюту. А я теперь — Руин, 13 лет от роду, парень, успешно совершивший побег из рядов сирот. У меня теперь есть родитель (пусть один, но какой!). Связываться с прошлым мне не улыбалось.
— Вперед. К новым мечтам и надеждам.
— ...
Женщина посмотрела на меня как на умалишенного. Тяжелый взгляд, прямо материнский. Надо будет как-нибудь устроить ей сеанс образцового сыновнего непослушания.
«Шмотки...»
Пара тряпок и пара безделушек, принадлежавших прежнему Руину. Вот и весь багаж. С этим нехитрым скарбом я покинул приют.
Погода была — зашибись.
Бывайте, неудачники!
*****
— Руин... Руин...
Элейн смотрела вслед уходящему мальчику.
Его фигура превращалась в точку, пока совсем не исчезла. Тот, с кем она провела всю жизнь, тот, кто всегда защищал ее — ушел.
— Нет... нет...
Почему?
Ты же обещал быть со мной всегда.
— Почему... почему вы все отнимаете?
Сначала сестренка Велия.
Потом братец Пейто.
Все старшие в приюте куда-то исчезали. Но она держалась. Пока рядом был Руин.
А теперь...
— Руин... даже Руина... Почему?
«Стань успешной, и тогда встретимся».
— ...
Слова Руина эхом отдавались в голове.
Успех.
Значит, она недостаточно успешна? Недостаточно сильна? Поэтому его забрали?
— А... А-а-а...
Вот оно что.
Глаза Элейн начали терять живой блеск.
— ...Сила. Нужна сила.
Тогда никто ничего не отнимет.
Она шептала это как мантру.
— ...Мне нужна мощь.
Сердце Элейн забилось в бешеном ритме.
============
[◆ Происходит изменение мировой линии.]
[◆ Вы спасли деревню от ведьмы.]
[◆ Произошла аномалия: Святая осталась жива.]
[◆ Пробуждается последний из четырех великих грехов, которого не должно было существовать — «Алчность».]
[◆ Поздравляем.]
[◆ Мировая линия окончательно искажена.]
============
Прошел день с тех пор, как я покинул приют.
И что теперь? Из приюта свалил, круг создал — пора бы и честь знать, то есть переходить к следующему этапу.
Я обратился к женщине, которая выкупила меня:
— И че мне теперь делать?
Типа, каков план? В ответ «мамуля» выдала:
— Поживи-ка пока один.
— Че?
Эта ненормальная вообще соображает? Как это — один? В смысле?
Не успел я офигеть от такой предъявы, как она добавила:
— Не скучай тут.
И реально испарилась.
Она че, больная?
Ой, нельзя так про мать. Неблагодарный я кусок маны.
— Психопатка.
Но сдержаться было выше моих сил. Свалить вот так, посреди дороги? Серьезно?
Нет, она реально ушла. Сказала, что заберет меня через несколько лет, и помахала ручкой.
Если это не безумие, то что это?
— Ха-а.
Я выдохнул облачко пара. Второй день без приюта, а я уже чувствую себя дважды сиротой.
Так быстро потерять мать... Мой иммунитет к шуткам про мам снова в деле.
— Ну и жизнь.
Я горько усмехнулся и посмотрел вверх. Ладно, по крайней мере, мне не пришлось возвращаться в приют.
Эта женщина... окей, «мачеха»... все же оставила мне крышу над головой.
Но...
— Почему именно здесь-то?
Я закусил губу, глядя на высоченную крепостную стену.
Это была стена передового форпоста Севера.
— ...Графство Хейлон.
Обитель зимних рыцарей. Место, где живут хозяева Севера.
*****
Графство Хейлон — это те ребята, что держат границу Империи Лехарт.
Земля здесь бесплодная и холодная.
К тому же, регион граничит с Демоническими землями, где когда-то обитал Король Демонов, так что монстры тут кишат повсюду.
Твари лезут из всех щелей, постоянно долбятся в стены и требуют открыть им путь в Империю.
Местные каждый божий день махаются с монстрами, балансируя на грани жизни и смерти...
«Твою мать. В романе об этом ни слова не было».
В оригинальном ромфанте, где всё «долго и счастливо», про Север писали вскользь.
Там всё действие крутилось в столице: розовые сопли, гляделки, «Хм! Ты мне совсем не нравишься!» и прочая чепуха.
Или:
«Этот дерзкий второстепенный персонаж! Такой красавчик, а характер — дрянь! Кажется, мое сердце дрогнуло...» — вот этот весь бред.
А про суровые будни северян — тишина.
Графство Хейлон? Пока Империя закатывала балы и приемы, эти бедолаги даже приехать не могли, потому что были заняты отбиванием очередной волны нечисти.
И вот:
— Маг?
— Ага.
Меня притащили сюда за шкирку, как котенка. Северу нужны маги.
Монстров дохрена, и в таких условиях маг — это юнит с имбовым уроном по площади.
Рыцарь хорош в дуэли, но в «зачистке территории» маги вне конкуренции.
В этом мире даже маг 1-го круга — дефицитный ресурс.
И поскольку эти заносчивые чистоплюи обычно не горят желанием ехать в эту глухомань...
— ...Говоришь, маг?
— Ну да.
Тот самый крутой маг.
(Бывший) сирота, (ныне) сын-одиночка. Я, великий, соизволил явиться.
— Ты-то?
— Да, я. Тот самый маг. Впечатляет, правда?
— ...
Стражник посмотрел на меня с таким выражением, будто я ему в кашу плюнул.
Слышь, не верит он. Я, между прочим...
«Маг 1-го круга».
Великий маг 1-го круга (стаж — 2 дня), ясно вам?
«Пришел тут им помогать, а они рожу воротят».
Обычно маги — это аристократы. Даже если ты из простолюдинов, но пробудил ману и создал круг, ты автоматически получаешь путевку в высшее общество.
Я-то думал провернуть супер-сделку по смене социального статуса, но...
«Жизнь — дерьмо».
Почему я здесь?
Вместо того чтобы получить титул барона и жрать на золоте, я торчу на этом холоде и записываюсь в карательный отряд.
Просто сказка.
У меня аж глаза заслезились от такой несправедливости. Но я сдержался. Мне хоть и тринадцать (в этом теле), но я пацан, и реветь в таком месте — западло.
В итоге стражник вздохнул и выдал:
— Шкет, если хочешь разыграть кого — иди в другое место. А то сейчас уши надеру...
— Вот рекомендательное письмо.
— ...А?
Я знал, что он не поверит. Кто пустит оборванного пацана в крепость просто по его словам?
Так что у меня был козырь.
«Возьми это и иди к графу».
Она мне что-то всучила. Я, как неграмотный, прочесть не смог, но по печати догадался — какая-то официальная бумага.
«Покажешь — и тебя впустят».
Моя «мамуля»... то есть, многоуважаемая матушка, сказала:
«Дыра та еще, конечно. Но граф — мужик надежный. Поторчи там пару лет. Как разгребусь с делами — заберу».
Прямым текстом сказала, что сдает в утиль. Зачем тогда ошейник нацепила?
«Это подарок. Сами разберетесь».
И выдала мне сумку с книгами.
Я ей еще раз напомнил, что читать не умею. На что получил лаконичное: «Там и научишься».
«Надо было смыться».
Когда она послала меня одного к графу, надо было делать ноги. Это был бы лучший вариант, но...
«Наверняка не вышло бы».
Это я так, мечтаю. Я без понятия, что она за человек, но явно не из простых.
О графе говорит как о соседе по даче. Святош называет придурками. На Империю смотрит как на кучу мусора.
Вряд ли она не предусмотрела, что я могу сбежать.
«Наверняка какой-то маячок навесила».
В ее стиле.
«Кто же она такая?»
Я спрашивал, но она лишь усмехнулась:
«Узнаешь, когда дорастешь».
Ох, щит. Похоже, я влип похлеще, чем в приюте.
Я подавил вздох. Тем временем стражник пробормотал:
— Э-эта печать... Минутку. То есть, подождите, пожалуйста!
Он вытаращил глаза и пулей влетел внутрь. Даже тон сменил.
Не прошло и пары минут, как он вернулся.
— Прошу за мной.
Теперь это был совсем другой человек. Предельно вежливый.
— Ага, пошли. Внутри всё покажут?
— ...?
— Ой, я что-то не то сказал?
Я попытался соответствовать статусу, но он на меня как-то странно покосился.
Че, не зашло?
Я неловко почесал затылок. Ну и ладно.
Меня повели внутрь.
Замок был огромным и монументальным. Защитник Севера.
Место, где истребляют монстров и держат оборону. Графство Хейлон. Его величие ощущалось в каждом камне.
«Раньше меня бы сюда и на порог не пустили».
Когда я был безранговым сиротой, я мог только издалека кланяться и шептать: «Спасибо, что защищаете нас». А теперь зашел как к себе домой.
«Эта тетка...»
Всё благодаря письму. Значит, я скоро узнаю, кто она?
Я думал, это займет кучу времени, но...
— Значит, ты... приемный сын Элизы Сесрис? Той самой великой волшебницы 8-го круга, которую боятся император и Папа, и которая никого к себе не подпускает?
«...Что за темп повествования?»
Какое там «кучу времени».
Пяти минут не прошло.