2
Империя Лютеция.
Данное государство является членом Тройственного союза и славится множеством выдающихся мастеров магии. Ее элита — «имперская дюжина», и лишь тот, кто занимает в этой иерархии первое место, вправе носить титул Великого Мудреца. Сей титул означает, что в искусстве магии этому человеку нет равных. Каждый чародей в стране стремится к этой вершине, неустанно совершенствуя свои навыки. Полагаю, я единственный за всю историю, кто мечтает избавиться от звания и отбросить его прочь.
— Мы планировали нанести удар по императору в тот момент, когда гвардия придет в движение, таков был план! Почему же вы бездействовали?!
Мы с Варелом стоим в тронном зале на верхнем ярусе королевского замка в столице империи Лютеция, выслушивая гневную тираду правителя.
«Ах, как же хочется всё это бросить.»
Пропускаю слова монарха мимо ушей, лишь формально склоняя голову в знак почтения.
Король Лютеции, Люсиан ван Лютеция — мужчина пятидесяти лет с редеющими золотистыми волосами и светло-зелеными глазами. Несмотря на принадлежность к королевскому роду, внешность его на редкость заурядна, а исходящая аура кажется несколько жалкой. Он выглядит как обычный обыватель средних лет, коего можно встретить на любой улице. Если бы обладал талантом к магии или выдающимися способностями к управлению государством, это могло бы спасти его репутацию, однако Люсиан обыкновенен во всём. Оттого склонен завидовать тем, кто превосходит его, и до фанатизма дорожит своей властью, ведь сия власть — единственное, что у него есть.
Когда стало известно о вторжении в великое герцогство, мы с Варелом действовали, ничего не сообщая королю. В итоге нам удалось привлечь к делу Святого Меча и защитить союзника, но Люсиану сей факт пришелся не по нраву. Даже Великий Мудрец считается подданным короны, и его самостоятельные действия наносят удар по самолюбию монарха.
По сей причине ведет себя столь агрессивно. Для Люсиана, коего при всем желании нельзя назвать великим человеком, нынешняя ситуация — лишь повод упиться промахом тех, кто ущемил его гордость. Он с явным наслаждением ищет изъяны в наших поступках, стремясь доказать свое превосходство. Впрочем, если это доставляет ему удовольствие, не против.
— Господин Великий мудрец, неужели у вас нет оправданий?!
— Его Величество в ярости!
Поддакивают придворные, следуя примеру своего господина.
Однако ни я, ни Варел не проронили ни слова, ввиду того что в этом нет нужды. Династия Лютеция когда-то была семьей величайших магов, чье могущество позволило им основать это государство. Однако дни былого величия давно миновали. Последний раз представитель королевской крови становился Великим Мудрецом очень давно, и ныне у них нет магического таланта, способного сплотить чародеев.
«Как же тогда этот род умудряется столь стабильно править страной? Секрет кроется в том, что правители всегда старались поддерживать тесное сотрудничество с действующим Великим Мудрецом.»
— Планирование операции было полностью доверено Эклипсу и Варелу. Раз они сочли задачу невыполнимой и приняли решение об отступлении, обвинять их в чем-либо было бы крайне несправедливо. — эти слова принадлежат человеку, стоящему подле короля. Подтянутый мужчина в фиолетовом облачении с аккуратными усами обладает золотистыми волосами и зелеными глазами, что выдает в нем кровную связь с династией.
— Но, господин канцлер Эльранж!..
— Инструкции давал лично. Если у вас есть претензии, прошу адресовать их мне. Господа министры, вы также можете не стесняться.
Стоило ему обвести присутствующих холодным, проницательным взглядом, как все тотчас умолкли. Перед нами фактический правитель империи, та самая причина, по которой заурядный Люсиан всё еще удерживает трон.
Симеон Эльранж, канцлер Лютеции, младший брат короля и герцог Эльранж. Сей человек мог бы легко занять престол, если бы пожелал, однако предпочел путь поддержки своего брата, избегая междоусобиц. Его способности не вызывают сомнений: одинаково хорош в политике, военном деле и изощренных интригах. Двенадцать лет назад, когда мой отец, барон Лувель, уничтожил радикальные группировки в королевстве Альбиос и империи Лютеция, канцлер тайно поддерживал с ним связь. Уже тогда осознавал необходимость союза и использовал моего отца, чтобы избавиться от мешающих фанатиков.
— Гвардия действовала быстрее, чем мы могли предположить. Попытка покушения привела бы к неминуемой гибели всего отряда. Если настаиваете, что нам следовало рискнуть, то прошу сначала предоставить достойную замену Эклипсу, который станет столпом нашей обороны. В случае неудачи наше государство прекратило бы свое существование. Вы всё еще считаете, что риск был оправдан?
— Нет, ну...
— В таком случае, полагаю, этот вопрос закрыт? Ваше Величество.
— Гхм... да...
— Эклипс, Варел, вы свободны. Благодарю за службу.
Повинуясь его жесту, покинули зал.
Без этого канцлера нынешний Тройственный союз вряд ли бы состоялся. Однако, если взглянуть на него с другой стороны, он является таким же непростым человеком, как и мой отец. В каком-то смысле Симеон — главное препятствие на моем пути к отставке. Впрочем, сейчас он союзник, не стану забивать себе голову лишними раздумьями, от сего лишь прибавляется усталости.
* * *
И всё же, несмотря на мои надежды...
— Прошу прощения за столь внезапный визит, Эклипс.
— Я вообще-то занят, канцлер Эльранж.
После аудиенции ко мне подошел один из подчиненных Симеона и передал, что его господин желает побеседовать. Не смог проигнорировать просьбу, отчего теперь принимаю его у себя в поместье.
— Не отниму у тебя много времени.
— Было бы славно.
Знатные люди империи обычно избегают общения со мной, недолюбливая мою подчеркнуто вежливую, но холодную манеру речи и ореол таинственности. Однако канцлер, в отличие от прочих аристократов, настойчиво ищет контакта. Несмотря на все мои попытки уклониться, не сдается.
— Если сей разговор касается Его Величества, то не стоит беспокоиться.
— Дело не в этом... однако всё же приношу извинения за его поведение. Мне жаль, что тебе пришлось это выслушивать.
Канцлер спокойно склонил голову. Отношения с Великим Мудрецом жизненно важны для королевской семьи. Тем более сейчас, когда Лютеция стоит лицом к лицу с могучим Галлиардом, и оборона страны без мага такого уровня практически немыслима.
— Нет нужды кланяться, прекрасно понимаю характер короля.
— Твое понимание очень ценно. Мой брат... не выносит, когда им пренебрегают. Впредь, если будет такая возможность, старайся хотя бы уведомлять его о своих планах.
Он явно намекает на недавнюю самовольную вылазку, однако времени на доклады тогда совершенно не оставалось. Если бы король мог немедленно оказать содействие, я бы обратился к нему, но сей монарх никогда не действует быстро. Требовалось бы время на убеждения, а каждая минута была на счету.
— Разумеется, только если обстоятельства позволят.
— Постараюсь запомнить.
— Благодарю.
С этими словами канцлер отпивает глоток чая, коего ему предложил. Впрочем, напиток приготовил мой сикигами, вкус в нем весьма заурядный.
— Хм, чайные листья из Великого Герцогства? Весьма специфический вкус, отличный от наших краев.
— Выбрал первое, что попалось под руку.
На мои слова канцлер лишь коротко усмехается, продолжая наслаждаться ароматом. Затем он произносит:
— Эклипс, помнишь ли ты наш прошлый разговор? — храню молчание. Разумеется, помню, но сия тема крайне утомительна, оттого мне не хочется ее касаться. Однако канцлера мое молчание не смущает. — Моя дочь, Энис, обладает лучшим талантом среди всех потомков королевской крови за последние десятилетия. Она занимает место первого столпа в академии Глассрейн и является двенадцатой в списке дюжине элитных магов нашей империи. Не желаешь ли взять ее в ученицы?
Династия Лютеция взошла на вершину благодаря магии, но их дар угас, отчего связь между короной и званием сильнейшего мага разорвалась. Но теперь появилась она — юная гениальная особа. Дочь канцлера воплощает в себе все надежды королевского дома, и каждый верит, что со временем она станет Великим Мудрецом. По сей причине мне постоянно навязывают подобные предложения. Энис, безусловно, талантлива. Многие наверняка думают: «Раз хочешь уйти, так передай ей свой титул». Это логично, но если передам власть тому, кому не хватит сил ее удержать, империя падет. Хочу уйти со сцены навсегда, оттого мне нужен преемник, обладающий истинным могуществом.
И если смотреть на ситуацию с этой точки зрения...
— Мой ответ остается прежним. Я отказываюсь.
— Отчего же? Разве у нее недостаточно способностей?
— Как у мага — несомненно, достаточно. Она, бесспорно, гений. Но талант мага и пригодность к роли Великого Мудреца — вещи разные.
— Она сама стремится к этому титулу. Существуют ли критерии, кои ведомы лишь тебе?
— Она не подходит. Это — всё, что я могу сказать. Если она всё равно желает достичь этой цели, не стану ей мешать, но моим учеником девушке не бывать. — канцлер пытается возразить, но указываю рукой на выход.
— Я же сказал, что занят.
— ... Благодарю за уделенное время. — признав поражение, поднимается и молча покидает комнату.
«Пожалуй, стоило бы его проводить, но и впрямь крайне занят, оттого что вынужден жертвовать даже часами сна.»