Глава четвертая: Первый из «Десятки Меча и Магии» (3)

3

Стрелки часов уже миновали полночь.

Кое-как добравшись до дома, сбрасываю личину Великого Мудреца Эклипса и снова становлюсь Роем, посредственным аристократом-неудачником. Не мешкая, буквально ныряю в постель.

— Ох, как же вымотался...

Известие о движении гвардии пришло в полдень. Оставив вместо себя сикигами, перенесся в империю. К счастью, на сегодня у меня не было назначено встреч с Леной. Если бы мы договорились увидеться, мне пришлось бы как-то изворачиваться и лгать, а перенос встречи наверняка испортил бы ей настроение. В этом плане империя выбрала удачный момент. Хотя благодарить Галлиард не за что, ведь именно из-за них моя жизнь превратилась в сей запутанный клубок.

— Так хочется просто уснуть... — валяться в мягкой постели — истинное счастье, право на коего есть у каждого. Но мне сия роскошь недоступна, заставляю себя сесть и потягиваюсь. — Ладно... пора на обход.

После нападения на академию взял за правило патрулировать ее территорию под покровом ночи. Разумеется, тайно. Проверяю, нет ли чего подозрительного, пока все спят. В прошлый раз империя не смогла прорвать оборону академии, отчего в следующий раз они наверняка попытаются устроить какую-нибудь диверсию внутри. Возможно, мои действия лишены особого смысла, но таким образом я оберегаю общий покой.

— Спать охота... — вместо отдыха трачу время на охрану. Быть защитником, действующим из тени — задача не из легких. — Единственное утешение в том, что в академии сейчас тишь да благодать.

Студенты давно видят сны. В здании остались лишь дежурные учителя, но и только. Барьеры исправно функционируют, а шумных учеников не наблюдается. Это учебное заведение Глассрейн, коего задача — воспитать тех, кто завтра станет опорой Тройственного союза. Здесь обучаются будущие маги и мечи из трех стран, объединившихся против Галлиарда. Следовательно, каждый здесь обладает высокой осознанностью и понимает важность своей миссии. По ночам тут не место дурацким гулянкам, и мне бы очень не хотелось на них наткнуться.

Впрочем, я всё-таки наткнулся...

— Вот же незадача...

За тренировочным павильоном обнаруживаю барьер. Сие препятствие воздвигнуто столь искусно, что находится на грани восприятия. Стоит лишь коснуться его края, как создатель мгновенно почует неладное. Его сложно заметить глазом и почти невозможно уловить магическим чутьем. Лишь предельная концентрация позволила мне его обнаружить.

«Неужели среди студентов есть кто-то, способный на столь тонкую работу? И главное — зачем сооружать подобную защиту? Сие творение столь совершенно, что заставляет заподозрить недоброе. — чтобы не выдать себя, накладываю барьер на самого себя и не разрушаю чужую преграду, а осторожно просачиваюсь сквозь нее. Это требует немалых усилий. — Интересно, что же там внутри...»

Я замираю. Передо мной — танцовщица.

На ней вызывающий, летящий наряд с множеством оборок, предназначенный явно для того, чтобы очаровывать зрителей. Ученицы академии никогда бы не надели подобное. Это за гранью всякой смелости. Ее длинные золотистые волосы развеваются на ходу, а лицо скрыто тонкой вуалью, настоящая артистка. Она танцует превосходно, но в ее движениях нет вульгарного желания соблазнить. Напротив, танец исполнен изящества, более уместного на светском приеме. Похоже, она пытается воссоздать танец профессиональной танцовщицы, опираясь лишь на увиденное.

Ее благородное воспитание проявляется само собой. Очевидно, что среди аристократов, составляющих большинство студентов, принадлежит к весьма знатной семье. Но почему такая девушка танцует здесь, в откровенном наряде? Даже сквозь ткань вуали заметно, что она ослепительно красива.

Ставить барьер ради репетиции танца? Пожалуй, чересчур серьезные меры. Зачем дочери знатного рода подражать танцовщице? В голову лезут мысли о шантаже или о том, что ее собираются продать в рабство. При такой великолепной фигуре подобная судьба вполне возможна, но зачем практиковаться именно в академии? Поддержание такого барьера — дело трудозатратное.

— Ну и дела... — шепчу себе под нос.

«У каждого свои секреты, и каждый волен поступать как знает. Но как человеку, добровольно взявшему на себя патрулирование, мне бы хотелось, чтобы подобные странности прекратились. Лишний шум мне ни к чему, ведь такие ситуации могут стать брешью в безопасности. — пока размышлял, как мне поступить, танцовщица внезапно оборачивается в мою сторону. Мгновенно скрываюсь, но, кажется, она почуяла мое присутствие. Учитывая уровень ее магического барьера, она явно непроста. Это вызывает у меня немалое удивление. Не думал, что в академии есть мастера такого калибра. — Придется пересмотреть свое отношение к окружающим. Главное, чтобы никто не узнал, что посредственный Рой сумел преодолеть эту защиту. На сегодня решу оставить всё как есть.»

Тихими шагами удаляюсь прочь.

* * *

На следующее утро.

Пробуждаюсь, чувствуя свинцовую тяжесть в веках. Точнее, меня заставляют проснуться.

— Уже полдень, братец.

Прелестная невысокая девушка с аккуратно подстриженными пепельными волосами произносит это, готовя мою школьную форму. Это Лена Лувель, моя младшая сестра. Она на год младше, и как брат несказанно горжусь такой замечательной сестрой.

— Еще капельку... дай поспать...

— Ты и так спишь слишком долго. Можешь не идти на занятия, не настаиваю, но, пожалуйста, поднимись. — добрая Леночка со вздохом приближается ко мне и принимается расчесывать мой беспорядок на голове. Впрочем, сие занятие бесполезно, ведь мои волосы вьются от природы. — Вот и всё. Мне пора идти. И не вздумай уснуть снова!

Ответив на строгий взгляд сестры коротким кивком, потягиваюсь.

«Вчера мне так и не удалось выяснить личность той танцовщицы. Всё, что мне известно — блондинка с отличной фигурой и благородными манерами. Если судить по этим признакам, круг поиска среди высокопоставленных учениц сужается, и ее можно вычислить. Хотя, если ее найду, что с того?»

— Всё же любопытно узнать причину такого поведения. — если она будет устраивать свои представления каждую ночь, мое патрулирование превратится в каторгу. Рано или поздно точно меня заметит. Нужно как-то убедить ее прекратить. — Золотые волосы, золотые волосы... — бормоча это, снова валюсь на кровать

Поддавшись неодолимой сонливости, я благополучно погружаюсь во второй сон.

* * *

Когда открываю глаза, за окном уже сгущаются сумерки. Занятия наверняка подошли к концу.

— Пора вставать...

— Только Рой способен проспать до такого часа.

«Холодный, лишенный эмоций голос прозвучал совсем рядом. Впрочем, в нем не было злобы. Интересно, отчего в моей комнате посторонние?»

— Доброе утро, Юкина.

— Доброе утро, Рой.

В кресле сидит красавица с волосами цвета воронова крыла, облаченная в белую форму факультета магических мечей. Ее пронзительные сапфировые глаза устремлены на меня. Юкина Крофорд, известная под прозвищем Принцесса Ледяного Клинка и признанная первой красавицей своего факультета. Причина, по которой столь бесцеремонно находится в моих покоях, проста — случайно узнала один из моих секретов.

— Для Святого Меча как-то странно не заметить, что в комнату кто-то вошел, не находишь?

— Не обязан быть настороже каждую секунду. К тому же, если бы ты зашла с дурными намерениями, я бы сразу это почувствовал. — отвечая Юкине, разминаю затекшую шею.

Мою тайну знают лишь единицы, и Юкина — первая, кто сумел раскрыть ее самостоятельно. Обычно это невозможно, ведь даже если допускаю оплошности, заметить их простому смертному не под силу. Но Юкина владеет «Тенроганом» — особым магическим зрением, благодаря коему разглядела сходство между мной и Святым Мечом. С тех пор, к моему неудовольствию, считает себя моей ученицей.

— Итак, зачем пожаловала?

— Ох... ты снова забыл. — Юкина сокрушенно вздыхает.

«Что же мог обещать?»

— Если ты о тренировке, то я ясно дал понять: раз в неделю, по выходным. В остальное время — на мое усмотрение.

— Да, мы так и договаривались.

— Тогда в чем дело?

— Неужели не помнишь, как просила тебя прийти на мой поединок?

— Поединок... поединок... а-а-а...

«Точно, было такое обещание.»

Юкина смотрит на меня с легкой обидой в глазах. Раньше бы не заметил перемен в ее настроении, но теперь научился их читать. За маской бесстрастия скрывается весьма эмоциональная натура. Она не скрывает недовольства или радости, просто выражает их крайне тонко.

— Каюсь, вылетело из головы... — помучившись в поисках оправдания, просто склоняю голову.

— И на том спасибо, что признался. Собирайся.

— Слушаюсь...

Обида в ее взгляде исчезла.

«Похоже, честное признание вины смягчило ее сердце. Видимо, искренность — лучший путь, хотя сие и идет вразрез с принципами выживания дома Лувель.»

Облачившись в форму, выхожу из комнаты, где меня дожидается Юкина, и мы направляемся к цели. Бой должен состояться на тренировочной площадке.

— И кто твой противник?

— Седьмой из десятки лучших.

— Значит, бой за место в рейтинге.

«Десятка Меча и Магии» — уникальная система рангов академии Глассрейн. В сей список попадают лишь самые способные ученики обоих факультетов. Десять мест — десять надежд на то, что кто-то из них станет новым Святым Мечом или Великим Мудрецом. Каждый студент мечтает оказаться в этом перечне, ведь это открывает огромные перспективы после выпуска.

В рейтинге предусмотрены дуэли за смену позиций. Те, кто стоит ниже, могут бросить вызов тем, кто выше. В случае поражения претендент теряет право на вызов на три месяца, дабы иметь время на подготовку.

— Нелегкая жизнь у вас, столпов.

— Хотя ты и сам должен был стать одним из них.

— Я победил того парня, но мы не ставили на кон его место в десятке.

«Тим Таунзетт, бывший жених Юкины, коего одолел в дуэли, занимал шестую строчку. Формально должен был занять его место, но, поскольку это не обсуждалось заранее, не стал предъявлять претензий. Столпы — сильнейшие в академии, но для меня, как для Святого Меча и Великого Мудреца, сие лишь детские игры, на кои совсем нет времени. Стоит занять место, как посыплются вызовы, и погрязну в бессмысленных схватках. Кроме того, мне кажется, что Тиму будет больнее сохранить свое место, зная, что он его не заслуживает.»

— Сегодня будет две примечательных встречи. Моя и бой первого столпа.

— Первого? Редкое событие.

Первый столп — сильнейшая ученица академии, президент ученического совета и лучший на магическом факультете. Его редко можно встретить в стенах заведения, так как ученики третьего курса в основном заняты практикой вне академии. К тому же одновременно является двенадцатым из дюжины элитных магов Лютеции, что накладывает на её массу обязательств: от истребления монстров до выполнения поручений короны. Именно из-за её отсутствия нам пришлось сражаться с имперцами без значительной помощи, что, вероятно, и входило в расчеты Галлиарда.»

— Говорят, после того вторжения старается чаще бывать в академии.

— Разумное решение... однако... — останавливаюсь у входа на стадион. Народу здесь собралось неимоверно много. Даже битва столпов не должна привлекать столько внимания. Людей в разы больше, чем на моей дуэли с Тимом. — Что здесь за переполох? — Юкина, как участница, уходит в зону подготовки. Я же остаюсь стоять на месте. — Пойти бы домой...

«Зачем мне смотреть бой в такой толпе? Обещал, и посмотрю, но обязательно ли сидеть на трибунах? Может, глянуть издалека? Нет, Юкина сразу заметит мой уход. К тому же должен указать ей на ошибки, а значит, нужно смотреть внимательно.»

— Э-э-эх...

— Если будешь так вздыхать, счастье упорхнет! — кто-то с силой хлопает меня по спине.

По голосу мгновенно узнаю человека. Обернувшись, вижу копну огненно-рыжих волос и широкую, лучезарную улыбку человека, который явно берет от жизни всё. Невысокую девушку зовут Аннетт — первокурсница магического факультета, и ее черная форма контрастирует с нашими белыми одеждами.

— Приветик, Рой, как делишки? — Аннетт заглядывает мне в снизу вверх, приветливо помахивая ладонью.

— Плохо. — лишь уныло пожимаю плечами.

— Ой, почему это?

— Спрашиваешь еще...

— Ты только посмотри, сколько людей пришли посмотреть на бой Юкины! Это же потрясающе, а еще будет президент! Столько всего интересного, если не радоваться — это же просто преступление!

— Ох...

«Наше мировоззрение диаметрально противоположно: ее воодушевляет толпа, которая меня лишь утомляет. Мы никогда не поймем друг друга.»

— Ну хватит вздыхать!

— Хватит...

— Прекращай немедленно, идем!

Зажав мне рот ладонями, чтобы перестал вздыхать, хватает за руку и решительно тянет за собой.