Акума сидел за столом в главном зале, перед ним лежала стопка пергаментов. Его чёрные глаза скользили по строкам, пальцы лениво постукивали по подлокотнику кресла. Рядом, на стуле у окна, сидела Азуса.
Она всё ещё не была в лучшем состоянии. Под глазами залегли тени, а движения были замедленными. Но она не могла сидеть без дела.
— Вот эта, — Азуса протянула ему один из пергаментов. — Мужчина, которого похитили для работы на производстве запрещённых веществ.
Акума взял пергамент, его глаза скользнули по строкам.
— Организация, которая создаёт конфеты с магией, вызывающей зависимость, — произнёс он. — Массовые похищения. Рабство. Выход из города закрыт.
— Именно, — Азуса кивнула. — Для этого нужен кто-то скрытный, чтобы провести расследование. Я подумала, что Юма или Сэйрю не подойдут — они слишком заметны.
— Согласен, — Акума отложил пергамент. — Нужен кто-то, кто может проникнуть незамеченным.
Он взял другой пергамент — отчёт Мидреда. Его глаза сузились, когда он начал читать.
— Азуса, слушай это, — его голос стал холодным. — Женщина сорока лет отправила заявку. Некая группа бандитов захватила небольшую деревню на западе. Они держат жителей в страхе, похищают молодых девушек, убивая их семьи.
Азуса нахмурилась.
— Продолжай.
— Девушек, скорее всего, пытают и насилуют, после чего убивают. Женщина написала, что большинство девушек, которые были похищены, скорее всего, уже мертвы. Но она просит уничтожить подонков, которые этим занимаются. И если кто-то из девушек остался в живых — помочь им.
Азуса сжала кулаки, её белые глаза потемнели.
— Это... мерзко, — её голос дрожал от гнева. — Я хочу отправиться туда. Прямо сейчас.
— В твоём состоянии это будет проблематично, — Акума покачал головой. — Ты едва можешь встать без посторонней помощи.
— Но я могу сражаться! — Азуса попыталась подняться, но резкая боль в животе заставила её зашипеть и упасть обратно на стул.
— Вот именно, — Акума усмехнулся.
Он хлопнул в ладоши.
— Лина!
Дверь в соседнюю комнату открылась, и вошла Лина. Её каштановые волосы были собраны в аккуратный пучок.
— Господин?
— Возьми этот отчёт, — Акума протянул ей пергамент. — Передай его Ясуо. Пусть прочитает, узнает у Мидреда подробности и выполнит задачу.
Лина взяла пергамент, кивнула и вышла.
Азуса смотрела на Акуму.
— Ты отправляешь Ясуо? Одного?
— Он бессмертен, — Акума пожал плечами. — Ему нечего терять. К тому же, это хорошая возможность для него. А ещё, сам этот случай... Похож на его ситуацию с отцом.
Азуса молчала несколько секунд, затем кивнула.
— Хорошо. Но если он не справится...
— Все будет в порядке.
Ворота Миража.
Стража стояла у ворот, их лица были напряжёнными, руки сжимали мечи. Они осматривались, сканируя горизонт, ища любые признаки угрозы.
И тогда они увидели её.
Тень.
Она двигалась по земле, словно живая, приближаясь к воротам. Но самого человека не было — только тень, скользящая по камням.
— Что это? — один из стражников сглотнул.
— Не знаю, — другой поднял меч. — Но выглядит... плохо.
Тень приблизилась, и стражники достали мечи, ожидая удара.
И тогда из тени вылезла она.
Девушка. Серые волосы, растрёпанные, спадающие на плечи. Серые глаза, тусклые, почти потухшие. Её одежда была пропитана кровью. Раны покрывали её тело, некоторые из них всё ещё кровоточили.
Рин.
Она упала на колени, её дыхание было тяжёлым, прерывистым. Она едва держалась.
И в ту же секунду позади неё появился Юма.
Его красные глаза горели, рука была поднята, в ней полыхало пламя. Он смотрел на Рин, его лицо было каменным.
— Стой, — его голос был холодным, но в нём читалась настороженность. — Кто ты?
Рин подняла голову, её зелёные глаза встретились с его красными.
— Рин, — её голос был хриплым. — Я... хочу служить Куроши Акуме.
Юма смотрел на неё несколько секунд, оценивая. Он видел её раны, видел, как она едва держится. Его рука с пламенем медленно опустилась.
— Ты ранена, — произнёс он. — Сейчас позову Акуму.
Он развернулся, но тут же замер.
Потому что Акума уже был здесь.
Он стоял в нескольких шагах от них, его чёрные глаза скользили по Рин, оценивая. Никто не заметил, как он появился — ни стражники, ни Юма. Он просто... был.
— Господин Акума! — один из стражников коротко поклонился.
Акума не обратил на него внимания. Он смотрел на Рин.
Рин увидела его, и в её глазах мелькнуло что-то — облегчение? Надежда? Она выдохнула, её тело обмякло, и она потеряла сознание, падая на камни.
— Она без сознания, — Юма подошёл ближе. — Господин, у неё определённо есть Источник. Это может быть опасно.
— Согласен, — Акума кивнул.
Он поднял руку и направил палец на Рин. Из земли вырвались чёрные цепи, обвившие её тело, приковав её к земле.
— Эти цепи не дадут ей использовать силы, — произнёс Акума. — Так что можешь не волноваться.
Юма кивнул, наклонился и поднял Рин на руки.
— Отнеси её в ратушу, — Акума повернулся и зашагал обратно в город. — Пока она не очнётся.
Юма последовал за ним, неся Рин на руках. Стражники проводили их взглядом, их лица были бледными.
— Что... что это было? — прошептал один из них.
— Не знаю...
Неизвестная локация. Тренировочная арена.
Деон Вель Тэо шёл по каменным ступеням, его белые доспехи безупречно сияли в свете факелов. Арена была огромной — круглое помещение с высокими стенами, покрытыми древними рунами. В центре, на полу, был нарисован сложный круг из крови. Тридцать человек сидели на коленях по его краю — пятнадцать мужчин и пятнадцать женщин. Их глаза были завязаны чёрными повязками, руки связаны за спиной. Они не двигались, не шептались, не плакали. Они давно поняли, что сопротивление бесполезно.
В центре круга сидела старая женщина. Её седые волосы спадали на плечи грязными прядями, кожа была покрыта морщинами, а глаза — мутными, почти слепыми.
Деон остановился у края круга.
— Ты пришел.
— Я всегда выполняю свои обещания, — Деон усмехнулся. — Всё, что ты просила, доставлено. Пятнадцать мужчин и пятнадцать женщин с одинаковыми Источниками. Слабыми, как ты и просила.
Старуха кивнула, её мутные глаза скользнули по пленникам.
— Подготовка была... утомительной, — Деон продолжил, его голос стал холоднее. — Найти людей с одинаковыми и при этом слабыми Источниками оказалось сложнее, чем я думал. Пришлось прочесать половину королевства.
— Цель оправдывает средства, — старуха произнесла это просто, без эмоций.
Деон посмотрел на неё, его янтарные глаза сузились.
— Ты уверена? Это проклятие действительно сможет убить его?
Старуха медленно подняла голову.
— Это проклятие способно убить любого, — её голос стал тише, но в нём звенела уверенность. — Короля. Демона. Не важно. Абсолютно любого. Единственное исключение — если его Источник связан с чем-то небесным. В таком случае проклятие просто не сработает.
— Небесным? Это точно не про него.
— Он не выглядит ничем, — старуха усмехнулась. — Но он не небесный. Я чувствую это. Его сила тёмная. Древняя. Она не от богов.
Деон кивнул.
— Тогда приступай.
Старуха медленно, с трудом, опустилась на колени в центре круга. Её пальцы начали двигаться, рисуя в воздухе невидимые символы. Она начала читать заклинание — тихо, почти шёпотом, но каждое слово было слышно в каждом уголке арены.
— Кровь за кровь, жизнь за жизнь. Плоть за плоть, кость за кость. Тридцать сердец — одна смерть. Тридцать душ — один приговор. Пусть кровь станет ядом. Пусть жизнь станет ценой. Пусть смерть станет неизбежной.
Её голос становился громче, сильнее. Воздух вокруг неё начал дрожать, кровь в круге начала пульсировать.
— Цель: Куроши Акума.
Круг вспыхнул.
Яркая, ослепительная красная энергия вырвалась из крови, окутывая тридцать пленников. Их тела начали дрожать, их сердца бились всё быстрее, быстрее, быстрее — и вдруг остановились. Все тридцать. Одновременно.
Они упали на землю, мёртвые.
Красная энергия поднялась вверх, закружилась в воздухе, формируя гигантский вихрь. Деон смотрел на это с ухмылкой, его янтарные глаза сияли предвкушением.
Но энергия... оборвалась.
Она просто исчезла. В мгновение ока. Вихрь рассеялся, красное сияние погасло, и арена погрузилась в тишину.
Старуха замерла. Её мутные глаза расширились, её руки задрожали.
— Что... что произошло? — её голос дрогнул. — Это... это невозможно...
Деон нахмурился.
— Что-то пошло не так?
— Нет, — старуха покачала головой, её голос стал тише. — Это... это не должно было...
И тогда круг изменился.
Кровь, нарисованная на полу, почернела. Буквально на глазах. Она превратилась в чёрную, вязкую жидкость, которая начала пульсировать, словно живая.
Деон отступил на шаг, его рука легла на рукоять меча.
И тогда появились глаза.
Чёрные. Без белков. Без зрачков. Десятки глаз, появившихся внутри круга. Они смотрели по сторонам, словно оценивая, изучая. Затем все они остановились на старухе.
Она задрожала. Её мутные глаза расширились ещё сильнее, её руки начали трястись.
— Быть не может... — прошептала она. — Что это такое!?
Её голос был полным ужаса. Такого не должно было произойти. Такого не могло произойти.
Глаза смотрели на неё несколько секунд. Затем они пришли в ярость.
Чёрная энергия вырвалась из круга, окутывая старуху. Она открыла рот, чтобы закричать, но не успела. Её голова взорвалась. Кровь, кости, мозги — всё это разлетелось по арене, покрывая пол и мёртвые тела пленников.
Её тело упало на землю, безголовое, дёргаясь в предсмертных судорогах.
Деон стоял неподвижно. Его янтарные глаза были широко раскрыты, его лицо было бледным. Он смотрел на безголовое тело старухи, на кровь, покрывающую арену, на чёрные глаза, которые всё ещё были внутри круга.
Затем глаза повернулись к нему.
Они смотрели на него с насмешкой. С презрением. С холодом. Словно они знали, кто он. Словно они знали, что он пытался сделать. Словно они смеялись над ним.
Деон сжал кулаки.
— Ты... — его голос дрожал от ярости. — Ты...
Глаза исчезли. Просто исчезли. Круг погас, кровь перестала пульсировать, и арена снова стала обычной. Мёртвой. Тихой.
Деон стоял неподвижно, тяжело дыша. Затем он взорвался.
— ЧЁРТ! — его голос эхом разнёсся по арене. — ЧЁРТ, ЧЁРТ, ЧЁРТ!
Он ударил кулаком по стене, камень треснул.
— Как!? Как это возможно!? Это проклятие не могло не сработать! Оно не могло!
Он начал ходить по арене, его шаги были резкими, почти нечеловеческими.
— Что ты такое? Что ты скрываешь? Почему даже такое древнее проклятие не может тебя достать? В своё время им убили человека, Источником которого была сам Люцифер, чёрт возьми!
Он остановился, его янтарные глаза сузились.
— Ладно. Если проклятия не работают... значит, нужно действовать иначе...
Он развернулся и зашагал к выходу.
— Я найду способ убить тебя. Найду. Даже если мне придётся разорвать саму реальность.
Королевство Рассвет. Тронный зал.
Зал был огромным, роскошным, украшенным золотом и драгоценными камнями. Высокие колонны из белого мрамора поддерживали своды, украшенные фресками с изображениями побед. Пол был выложен мрамором, в центре которого был выложен герб — корона, окружённая десятью звёздами.
В центре зала стояла Селестия Великая. Её блондинистые волосы сияли в свете магических кристаллов, жёлтые глаза были холодными, уверенными. Рядом с ней стояла девушка — взрослая, с фиолетовыми волосами и фиолетовыми глазами. В её руках была сфера, внутри которой переливалась мана различных цветов — красная, синяя, зелёная, золотая.
Больше в зале никого не было.
— Это поможет? — Селестия посмотрела на девушку, её голос был ровным, но в нём читалось нетерпение.
— Да, ваше величество, — девушка коротко поклонилась. — В куполе собрано огромное количество маны. Его хватит, чтобы поддерживать заклинание слежки около месяца.
— Отлично, — Селестия кивнула. — Начинай.
Девушка подняла сферу, её фиолетовые глаза вспыхнули. Она начала читать заклинание — тихо, почти шёпотом, но каждое слово было чётким, точным.
— Око, что видит сквозь стены. Тень, что идёт за целью. Пусть мана станет связью. Пусть связь станет взглядом. Пусть взгляд станет вездесущим.
Её голос становился громче, сильнее. Сфера в её руках начала светиться, мана внутри неё закружилась, формируя вихрь.
— Цель: Куроши Акума.
Сфера вспыхнула.
Внутри неё появилось изображение. Чёткое, детализированное. Акума. Он сидел на стуле в ратуше Миража, перед ним на столе лежала девушка с серыми волосами и серыми глазами — Рин, хотя Селестия и девушка этого не знали.
Селестия внимательно наблюдала за происходящим. Её жёлтые глаза сузились, её пальцы нервно постукивали по подлокотнику трона.
— Так вот ты какой, — прошептала она. — Сидишь в своей ратуше, как обычный человек.
Но через несколько секунд Акума поднял голову.
Он посмотрел прямо туда, откуда показывала сфера. Сквозь пространство. Сквозь расстояние. Сквозь саму магию.
Он смотрел прямо в глаза Селестии.
Она замерла. Её жёлтые глаза расширились, её дыхание перехватило.
Акума начал улыбаться. Медленно, почти неохотно. Его губы растянулись в широкой, пугающей улыбке.
Затем его глаза стали полностью чёрными.
Сфера треснула.
Мана внутри неё выплеснулась наружу, покрывая всю комнату. Красная, синяя, зелёная, золотая — все цвета смешались, создавая хаотичный вихрь энергии.
Селестия мгновенно подняла руку вверх. Её ладонь начала светиться жёлтым светом, который втянул в себя всю ману, поглощая её.
Через несколько секунд комната снова стала чистой. Тишина.
Селестия медленно опустила руку. Она повернулась к девушке, её жёлтые глаза сузились.
— Как это понимать? — её голос был тихим, но в нём звенела сталь.
Девушка смотрела на неё. В её фиолетовых глазах читалась тревога. настоящая, неприкрытая тревога.
— Королева... — её голос дрогнул. — Со мной... что-то не так...
— Что? — Селестия нахмурилась.
— Я... я чувствую... — девушка подняла руки, глядя на них. — Что-то внутри меня... что-то чужое...
И тогда её тело начало светиться.
Чёрный свет вырвался из неё, окутывая её с головы до ног. Она открыла рот, чтобы закричать, но не успела.
И в мгновение она исчезла, оставив после себя лишь одежду. В комнате воцарила абсолютная тишина. Селестия стояла неподвижно. Её жёлтые глаза были широко раскрыты, её лицо было бледным.
Затем она медленно, очень медленно, подняла руку и ударила по столу.
Громко. Сильно. Так, что дерево треснуло.
— ЧЁРТ! — её голос эхом разнёсся по залу.
Она развернулась и зашагала к выходу.
— НАЙДИТЕ ЕЁ! НАЙДИТЕ МАГА, КОТОРЫЙ БЫЛ СО МНОЙ, ЖИВО!
Рыцари отступили, их лица были бледными.
Селестия вышла из зала, её шаги были резкими. Её блондинистые волосы развевались за её спиной, её жёлтые глаза горели яростью.
— Куроши Акума... — прошептала она. — Что ты такое!?
Но ответа не последовало.