Рассвет над Миэром пришёл серым, холодным светом, пробивающимся сквозь облака. Акума стоял у ворот города, его чёрные глаза были обращены к лесу на северо-западе. Рядом с ним собрались Ари, Азуса и Вэйн. Мидред остался в городе, руководя патрулями.
— Выдвигаемся.
Они выступили, ступая по тропе, которую Вэйн указал на карте. Азуса шла впереди, её белые глаза сканировали лес, оценивая каждую тень, каждый шорох. Ари шла рядом с Акумой, её пальцы нервно сжимали край плаща. Вэйн замыкал шествие, его слепые глаза были обращены в сторону, словно он видел что-то, что другие не замечали.
— Ты уверен, что они там? — тихо спросила Ари.
— Торен не лгал, — ответил Акума, не поворачивая головы. — Я чувствую это. В лесу слишком много магических искажений. Кто-то вложил сюда силу, и она пульсирует, как рана.
Они шли молча, слушая лишь хруст веток под ногами и далёкий вой волков. Лес становился гуще, а воздух тяжелее. Акума шёл впереди, его чёрные глаза сканировали землю, кору деревьев, воздух. Он обходил невидимые нити, перешагивал через зоны сжатой маны, он видел каждую ловушку на их пути.
Через час они вышли к поляне, за которой вдали виднелось старое, полуразрушенное поместье. Его стены были покрыты мхом, крыша местами провалилась, но в окнах горел свет, и вокруг бродили фигуры.
— Стойте, — Акума поднял руку, и все замерли.
Он присел на корточки, его чёрные глаза сузились.
— Сорок один человек, — тихо произнёс он. — Шестеро с Источниками. Остальные — обычные бандиты. Они не ожидают атаки.
— Откуда ты знаешь? — спросила Ари, приседая рядом.
— Я чувствую их ауры. Шестеро пульсируют сильнее остальных. Их сила не скрыта, они не стараются маскироваться. Это либо самоуверенность, либо глупость.
Вэйн подошёл ближе, его слепые глаза были обращены к поместью.
— Мои разведчики не могли подойти так близко, — произнёс он. — Ловушки слишком сложны.
— Я обошёл их, — Акума усмехнулся. — Теперь наша очередь устроить им сюрприз.
Он поднялся и посмотрел на остальных.
— План прост. Азуса, ты идёшь первой. Твоя задача — прорвать их оборону, создать хаос. Ты — таран. Ари, ты идёшь за ней. Используй "Взгляд Истины", если увидишь иллюзии или скрытых врагов. Вэйн, ты прикрываешь фланги. Я — в центре. Если кто-то из шестерых с Источниками окажется слишком силён, я возьму его на себя.
Ари удивлённо посмотрела на Акуму.
«Я ведь говорила ему про взгляд истины совсем мельком, да еще и несколько дней назад, как он помнит?»
Азуса кивнула, её белые глаза были спокойны.
— Поняла.
Ари сглотнула, её пальцы сжались сильнее.
— А если... если их силы окажутся слишком разнообразными? Мы не знаем, что они могут.
— Тогда импровизируем, — Акума усмехнулся. — Но помни: у них шесть Источников, у нас — четыре. Но у нас есть то, чего нет у них — координация и я.
Он повернулся к Вэйну.
— Ты готов?
Вэйн медленно кивнул, его рука легла на посох.
— Я не позволю шайке досаждать моему городу.
Акума усмехнулся.
— Тогда вперёд.
Они двинулись к поместью, ступая тихо, словно тени. Азуса шла впереди, её кулаки были сжаты, белая аура слабо пульсировала вокруг неё. Ари шла за ней, её сердце колотилось, но она заставляла себя дышать ровно. Вэйн замыкал шествие, его посох светился слабым голубым светом.
Когда они подошли к воротам поместья, Акума поднял руку.
— Стойте.
Он посмотрел на ворота, его чёрные глаза сканировали их.
— Здесь ловушка, — тихо произнёс он. — Магическая. Если мы откроем ворота, активируется сигнал тревоги.
Он поднял руку, и из его ладони вырвалась чёрная материя. Она обвила ворота, проникая в каждую щель, каждый камень. Через мгновение ворота бесшумно растворились, превратившись в чёрную пыль.
— Теперь тихо, — Акума шагнул внутрь.
Они вошли во двор поместья. Вокруг бродили бандиты, некоторые чистили оружие, другие сидели у костра, переговариваясь. Никто не заметил их появления.
Акума поднял руку, и его чёрные глаза стали полностью чёрными.
— Давящий взор.
Двое бандитов, стоявших ближе всего, упали на колени, их глаза закатились, они не могли двигаться.
— Начинаем, — тихо произнёс Акума.
Азуса рванулась вперёд, её кулак рассёк воздух, ударяя ближайшего бандита в грудь. Тот отлетел на несколько метров, врезаясь в стену.
— Враги! — закричал кто-то.
Поместье взорвалось хаосом. Бандиты хватались за оружие, некоторые начинали читать заклинания. Азуса двигалась как ураган, её кулаки рассекали воздух, сбивая бандитов с ног. Ари шла за ней, её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.
— Взгляд Истины!
Она увидела, как один из бандитов с Источником начал создавать иллюзии — вокруг него появились копии, пытающиеся запутать Азусу. Ари указала на него.
— Там! Настоящий — третий слева!
Азуса развернулась и рванулась к нему, её кулак пробил иллюзию, ударив настоящего бандита.
Вэйн поднял посох, и из него вырвался голубой свет, создавая барьер вокруг них, защищая от магических атак.
Акума шёл в центре, его коса рассекала воздух, сбивая бандитов с ног. Его чёрные глаза сканировали двор, ища шестерых с Источниками.
И тогда он увидел их.
Шесть фигур, стоявших в разных частях двора. Их ауры пульсировали, их силы активировались.
— Вот они, — тихо произнёс Акума. — Начинается настоящее веселье.
Он усмехнулся, и в этой усмешке Ари увидела тот самый хищный огонь, который предвещал конец для тех, кто встал на их пути.
Азуса рванулась вперёд, и воздух за её спиной буквально разорвался от скорости. Её кулак встретился с грудью первого бандита, и тот сложился пополам, прежде чем его тело отлетело в стену и осталось там вмятиной, напоминающей человеческую форму.
Стойкость!
Её голос прозвучал громом, и вокруг неё вспыхнула белая аура. Бандиты бросились на неё со всех сторон — с мечами, с магией, с криками. Но каждый удар, достигавший её, терял силу, словно натыкался на невидимую стену. Она отвечала градом ударов, каждый из которых оставлял в воздухе белый след.
Тела падали. Кости хрустели. Крики обрывались.
Азуса вылетела через заднюю дверь поместья, преследуемая остатками бандитов, и оказалась в узком дворе, окружённом хозяйственными постройками. Здесь, прислонившись к стене, стоял один человек.
Высокий, худой, с бритой головой и странными, вытянутыми татуировками на руках, которые, казалось, двигались сами по себе. В его руках не было оружия, но его пальцы были неестественно длинными, с острыми, как иглы, ногтями.
Азуса остановилась, оценивая его.
— Ты не обычный бандит, — произнесла она.
Мужчина усмехнулся, и его татуировки зашевелились быстрее.
— А ты не обычная девчонка, я — Гарот. Мой Источник — Кромсатель. Тот, чьё тело становится лезвием.
Его кожа начала меняться. Сначала на предплечьях, затем на груди, на шее — она темнела, становилась металлической, приобретая серо-стальной оттенок. Его ногти удлинились ещё больше, превращаясь в настоящие клинки.
— И я срежу тебя на кусочки, — закончил он.
Азуса сжала кулаки.
— Посмотрим, чьи кусочки первыми окажутся на земле.
Она рванулась вперёд.
Вэйн стоял в центре двора, его молочно-голубые глаза были обращены к небу. Он поднял посох, и из его ладони вырвался голубой свет.
— Призыв: Защищающий страж!
Рядом с ним материализовалась огромная фигура в сияющих доспехах, с молотом в руке. Страж занял позицию слева от Вэйна, его присутствие сразу же создало вокруг них невидимый щит.
— Призыв: Атакующий страж-мечник!
Справа появился второй страж, с мечом, уже начавший бегать по кругу вокруг Вэйна.
— Призыв: Атакующий страж-маг!
Третий страж, с посохом, возник позади. Из его посоха тут же вырвалась молния, поразив ближайшего бандита.
Простые бандиты, увидев трёх небесных стражей, начали паниковать. Но Вэйн не обращал на них внимания. Его слепые глаза были обращены в сторону двух фигур, которые медленно выходили из тени здания.
Первый был низким, коренастым, с длинными, тонкими пальцами, которые заканчивались чем-то похожим на нити. Его кожа была бледной, почти серой, а глаза — пустыми, без зрачков.
Второй был высоким, худым, с лицом, которое, казалось, постоянно менялось. Сначала оно казалось мужским, затем женским, затем детским, затем старческим. Его черты текли, как вода.
— Плетельщик и Безликий. Печально известные бандиты. Странно, что вы тут, разве ваша маленькая банда не орудовала в другой части королевства? Что, распались?
Плетельщик усмехнулся, и его пальцы зашевелились, выпуская тонкие, почти невидимые нити.
— Ты хорошо призвал своих кукол, слепец, — его голос был тихим, но от него по коже бежали мурашки. — Но мои нити разрежут их на части.
Безликий рассмеялся, и его лицо на мгновение стало лицом Вэйна, прежде чем снова изменить форму.
— А я стану тобой. И твои куклы не смогут отличить меня от оригинала.
Вэйн не дрогнул.
Взор Судьи!
Его глаза вспыхнули ярким голубым светом, и по двору прошла волна энергии. Плетельщик и Безликий замедлились, их движения стали вялыми.
— Страж-мечник, цель — Плетельщик. Страж-маг, цель — Безликий.
Стражи рванулись в атаку. Мечник телепортировался к Плетельщику, его клинок рассёк воздух. Плетельщик успел выставить нити, создав щит, но удар всё равно отбросил его назад.
Маг направил посох на Безликого, и из него вырвались корни, обвившие ноги меняющегося бандита. Безликий закричал, его тело начало меняться быстрее, пытаясь освободиться.
Но Вэйн знал, что это лишь начало.
Ари стояла в стороне, окутанная полупрозрачным чёрным куполом, который создал Акума перед началом боя. Она чувствовала себя странно — защищённой, но бесполезной. Вокруг неё бушевал бой, но она не могла участвовать в нём напрямую.
— Я не должна просто стоять, — прошептала она, сжимая пальцы.
Она подняла руки, и её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.
— Взгляд Истины!
Мир вокруг неё изменился. Она увидела потоки маны, увидела, как один из бандитов пытался скрыться, используя невидимость. Она увидела, как другой готовил магическую атаку, нацеленную на Азусу со спины.
— Азуса, слева, за колонной! — крикнула она.
Азуса, занятая боем с Гаротом, не услышала. Но Акума, стоявший в стороне, услышал.
Он поднял руку, и из его ладони вырвалась чёрная стрела, поразившая бандита в спину. Тот упал, не успев активировать заклинание.
Акума повернулся к Ари, и на его губах мелькнула лёгкая усмешка.
— Хорошо, маленькая ведьма.
Ари почувствовала, как её щёки слегка порозовели, но она не стала отвлекаться. Она продолжала сканировать поле боя, ища следующие цели.
Акума стоял в центре двора, его чёрные глаза были обращены к задней части поместья. Он чувствовал их — три ауры, пульсирующие силой. Они не участвовали в бою. Они выжидали.
— Трое, — тихо произнёс он.
Он посмотрел на Ари, на Вэйна, на Азусу, сражающуюся где-то за поместьем. Все они были заняты.
— Хорошо, — усмехнулся он. — Я разберусь с ними сам.
Его тело растворилось в чёрном дыму.
Охота.
Он пронёсся через поместье, как тень, его скорость возросла втрое. Бандиты, пытавшиеся его остановить, даже не успевали понять, что произошло, прежде чем он оказывался за их спинами.
Через несколько секунд он оказался в конце поместья, в большом зале, где когда-то, вероятно, принимали гостей. Теперь зал был пуст, если не считать трёх фигур, стоявших в его центре.
Первый был высоким, худым, с кожей, покрытой странными, зелёными узорами. Его волосы были длинными, спутанными, в них запутались листья и ветки. Его глаза были зелёными, как трава, и в них не было ничего человеческого.
Второй был средним, одетым в чёрное. Его лицо было скрыто капюшоном, но Акума чувствовал, как вокруг него клубятся тени. Не обычные тени — живые, шевелящиеся, пытающиеся оторваться от его тела и стать самостоятельными.
Третий был низким, коренастым, с кожей, покрытой пепельно-серыми узорами. Его волосы были белыми, как пепел, а глаза — оранжевыми, как угли. Вокруг него в воздухе плавали мелкие частички пепла, медленно вращаясь.
— У вас довольно посредственные Источники. Корень, Тень и Пепел, так вас и назову.
Корень усмехнулся, и его зелёные глаза вспыхнули.
— Ты пришёл один? — его голос был хриплым, как шелест листьев. — Глупо.
Тень не произнёс ни слова.
Пепел рассмеялся.
— Я думал, ты умнее, мертвец, — его голос был тихим, но от него пахло гарью. — Но ты пришёл один. Это... забавно.
Акума усмехнулся в ответ.
— Вы трое. Я один. Но вы боитесь. Я чувствую это. Вы ждали, что я отправлю против вас своих кукол. Но я пришёл сам.
Он поднял руку, и в его ладони материализовалась чёрная коса.
— Ну что, повеселимся!?
Корень ударил ладонью по земле, и из пола вырвались корни, толстые, как руки, направленные прямо к Акуме.
Корни!
Акума даже не уклонился. Он просто поднял косу, и чёрная материя вырвалась из лезвия, рассекая корни на куски.
— Слишком медленно.
Тень сделал шаг вперёд, и его тени оторвались от тела, превратившись в чёрные, бесформенные фигуры, которые рванулись к Акуме.
Тени Пожиратели!
Акума усмехнулся. Его глаза стали полностью чёрными.
Давящий взор.
Тени замерли, повиснув в воздухе, словно парализованные. Акума шагнул вперёд, его коса рассекла воздух, и тени рассеялись, превратившись в обычный дым.
Пепел поднял руки, и вокруг Акумы начал формироваться вихрь из пепла.
Пепельная Буря!
Акума почувствовал, как пепел начал обжигать его кожу, но чёрная материя, покрывавшая его тело, защитила его. Он шагнул вперёд, прямо через вихрь, и оказался перед Пеплом.
— Слишком слабо.
Он замахнулся косой, но Корень успел выхватить его из-под земли, ударив Акуму в бок. Тот отлетел назад, но тут же поднялся, его рана уже затягивалась чёрной материей.
— Вы все слабые, — произнёс Акума, его голос стал холодным. — Вы прятались в лесу, пугали детей, грабили караваны. Вы думали, что вы сильные. Но вы — просто насекомые.
Он поднял косу, и его чёрные глаза вспыхнули.
Зеркало Бездны.
Всё вокруг потемнело. Корень, Тень и Пепел оказались в абсолютной тьме, и на них начали смотреть сотни чёрных глаз. Глаза, выражающие разные эмоции — презрение, насмешку, ярость, холод.
На их телах начали появляться раны.
— Что это!? — закричал Корень, пытаясь активировать свои корни, но они не росли в тьме.
— Мои тени... их нет... — прошептал Тень, его голос дрожал.
Пепел попытался создать вихрь, но пепел не двигался в тьме.
— Это конец, — произнёс Акума, его голос звучал отовсюду. — Конец для вас.
Через четыре секунды способность закончилась, и весь урон был нанесён разом. Все трое упали на колени, их тела были покрыты ранами, кровь текла отовсюду, словно фонтан.
Акума шагнул вперёд, его коса была направлена на Корня.
— Кто вас нанял? — спросил он, его голос был тихим, но в нём звенела сталь.
Корень поднял голову, его зелёные глаза были полны боли.
— Мы... не скажем...
Акума усмехнулся.
— Вы скажете. Потому что у меня есть способы, которые заставят вас говорить. Даже если вы не хотите.
Он поднял руку, и его пальцы начали светиться чёрным светом.
Касание Бездны.
Он коснулся лба Корня, и тот закричал. Его глаза стали полностью чёрными, он потерял контроль над своим телом.
— Кто вас нанял? — повторил Акума.
— Рука... Правосудия... — прошептал Корень, его голос был хриплым. — Деон... Вель Тэо...
Акума усмехнулся.
— Я так и думал. Он мог постараться и получше.
Он отступил, и его пальцы коснулись лба Тени, затем Пепла. Они тоже закричали, их глаза стали чёрными.
— Вы все подтверждаете? — спросил Акума.
— Да... — прошептали они хором.
Акума кивнул.
— Спасибо.
Его пальцы коснулись их лбов ещё раз, и на этот раз они не закричали. Они просто упали, мёртвые, их тела рассыпались в чёрный пепел.
!?
«Купол, который я дал Ясуо... Треснул? Что-то произошло? Чёрт!»
Всё поместье покрылось тёмным дымом, Акума говорил спокойно, но его было слышно повсюду.
— Азуса, Вэйн. Что-то произошло в Мираже, я возвращаюсь сейчас же. Разберитесь тут. Я забираю Ари с собой, нам нельзя находиться слишком далеко.
Акума мгновенно оказался перед Ари и взял её на руки.
— Если будет некомфортно, закрой глаза, сейчас мы побежим.
Ноги Акумы покрылись тьмой, он рванул на гигантской скорости, в разы превышающую ту, которой может достичь обычный человек.
Азуса рванулась вперёд, её кулак рассёк воздух с такой скоростью, что за ним остался белый след. Гарот едва успел поднять руку, его металлическая кожа встретилась с её кулаком. Раздался звук, похожий на удар молота по наковальне. Гарота отбросило на несколько метров, он врезался в стену хозяйственной постройки, но тут же вскочил, его татуировки светились.
— Неплохо!
Он бросился на неё, его пальцы-клинки рассекли воздух. Азуса уклонилась, но один из когтей всё же задел её плечо, оставив глубокую рану. Кровь брызнула на стену.
Стойкость!
Её аура вспыхнула ярче. Боль отступила, уступив место холодной ярости.
Гарот атаковал снова, его движения стали быстрее, точнее. Он кружился вокруг неё, его когти мелькали, как лезвия гильотины. Азуса блокировала, уклонялась, контратаковала, но его металлическая кожа выдерживала её удары.
— Ты сильная, — признал он, уклоняясь от её удара. — Но моя кожа прочнее твоей плоти.
Он прыгнул, его когти нацелились на её горло. Азуса успела поднять руку, блокируя удар, но инерция отбросила её назад. Она перекатилась, вскочила на ноги, её дыхание было тяжёлым.
Азуса ударила кулаком по земле.
Тряска!
Земля под ногами Гарота взорвалась. Ударная волна подбросила его в воздух, он оглушённо приземлился на колени. Азуса не стала терять время — она рванулась вперёд, её кулак встретился с его грудью.
Нифермадо!
Её нога ударила его в живот, отбросив на несколько метров. Пока он летел, она ударила по земле снова, создав волну, которая встретила его в момент приземления. Гарот врезался в стену, его металлическая кожа треснула.
Но он не сдался. Он вскочил, его глаза горели безумием.
— Ты думаешь, это конец? — его голос был хриплым. — Мой Источник — Кромсатель. Я не могу быть остановлен обычной девчонкой.
Его тело начало меняться. Металлическая кожа покрылась шипами, его пальцы удлинились ещё больше, превратившись в настоящие мечи. Он стал похож на живое лезвие.
Подавление!
Азуса развела руки, и вокруг неё поднялся ветер.
Гарот почувствовал, как его движения замедлились, словно воздух стал густым, как мёд. Он попытался подойти ближе, но каждый шаг давался ему с трудом.
— Что... что ты сделала? — его голос дрожал.
— Я не дам тебе подойти, — Азуса сжала кулаки. — Теперь моя очередь.
Она рванулась вперёд, её скорость возросла. Гарот попытался блокировать, но его замедленные движения не могли угнаться за ней. Её кулак встретился с его грудью, затем с лицом, затем с животом. Каждый удар отбрасывал его назад, каждый удар оставлял вмятину в его металлической коже.
Она прыгнула, её кулак встретился с его грудью в воздухе.
Они оба упали на землю, Азуса впечатала его в землю, создав кратер. Гарот попытался подняться, но его тело не слушалось.
— Ты... сильная, — прошептал он, его металлическая кожа начала трескаться. — Но... я...
Азуса не дала ему закончить. Её кулак встретился с его лицом, и его голова отлетела в сторону. Его тело обмякло, металлическая кожа начала тускнеть, возвращаясь в нормальное состояние.
— Конец, — тихо произнесла она, поднимаясь.
Вэйн стоял в центре двора, три стража окружали его, создавая защитный периметр. Плетельщик и Безликий стояли напротив, их ауры пульсировали.
— Ты хорошо призвал своих кукол, слепец, — произнёс Плетельщик, его пальцы зашевелились, выпуская тонкие нити. — Но мои нити разрежут их на части.
Безликий рассмеялся, его лицо на мгновение стало лицом Вэйна.
— А я стану тобой. И твои куклы не смогут отличить меня от оригинала.
Вэйн не дрогнул.
— Взор Судьи!
Его глаза вспыхнули ярким голубым светом, и по двору прошла волна энергии. Плетельщик и Безликий замедлились, их движения стали вялыми.
— Страж-мечник, цель — Плетельщик. Страж-маг, цель — Безликий.
Стражи рванулись в атаку. Мечник телепортировался к Плетельщику, его клинок рассёк воздух. Плетельщик успел выставить нити, создав щит, но удар всё равно отбросил его назад.
Маг направил посох на Безликого, и из него вырвались корни, обвившие ноги меняющегося бандита. Безликий закричал, его тело начало меняться быстрее, пытаясь освободиться.
Но Вэйн знал, что это лишь начало.
Плетельщик поднялся, его нити зашевелились, как живые змеи.
Нити Кромсателя!
Тонкие, почти невидимые нити рванулись к стражам. Мечник успел уклониться, но маг не смог — нити обвили его посох, и он упал на колени, его свет погас.
— Один есть, — усмехнулся Плетельщик.
Безликий вырвался из корней, его тело начало меняться. Сначала он стал копией стража-мечника, затем стража-мага, затем самого Вэйна.
— Теперь ты не отличишь меня от своих кукол, — его голос был таким же, как у Вэйна.
Вэйн не дрогнул.
— Страж-мечник, атакуй всех, кто выглядит как я.
Мечник рванулся вперёд, его клинок рассёк воздух. Безликий едва успел уклониться, его лицо снова начало меняться.
— Слишком медленно, — прошипел он.
Он бросился на Вэйна, его тело стало копией стража-мечника. Вэйн поднял посох, и из него вырвался голубой свет, создавая барьер. Безликий врезался в барьер, отлетел назад.
Обжигающая Святость!
От Вэйна и его стражей исходит очень яркий свет. Безликий закричал, его глаза начали гореть, он ослеп. Плетельщик закрыл глаза, его нити потеряли направление.
— Теперь! — Вэйн шагнул вперёд.
Страж-мечник телепортировался к Плетельщику, его клинок рассёк воздух. Плетельщик попытался блокировать нитями, но мечник был слишком быстр. Клинок вошёл в его грудь, и он упал на колени.
Безликий, всё ещё ослеплённый, попытался убежать, но Вэйн поднял посох.
— Корни!
Из земли вырвались корни, обвившие ноги Безликого. Он закричал, его тело начало меняться, но корни держали крепко.
— Вот и всё.
Мираж. Ясуо
Ясуо спокойно ходил по центральной площади Миража. Его зелёные глаза скользили по лицам людей, его катана была опущена, но рука лежала на рукояти — привычный жест.
Дети играли у фонтана, их смех наполнял воздух. Строители работали над школой, их молотки стучали в ритме города. Собиратели возвращались с вылазки, неся корзины с едой.
Ясуо остановился, глядя на детей. В его глазах мелькнуло что-то странное. Воспоминание о том, чего у него никогда не было.
— Господин Ясуо!
К нему подбежал стражник, его лицо было бледным, дыхание тяжёлым.
— Господин... у ворот... человек... — его голос дрожал. — От одного лишь его вида... у нас перехватило дыхание... мы с трудом убежали...
Ясуо поднял бровь.
— Человек?
— Да... он стоит у ворот... он... он не двигается... просто стоит... и смотрит...
Ясуо кивнул. Он достал из кармана маленький чёрный купол, который дал ему Акума. Он сжал его в руке, и купол треснул, рассыпаясь в чёрную пыль.
— Понятно, — произнёс он. — Покажи мне, где он.
Стражник кивнул и побежал вперёд. Ясуо последовал за ним, его шаги были бесшумными.
Когда они подошли к воротам, Ясуо увидел его.
Мужчина стоял у ворот, его спина была обращена к городу. Он был высоким, одетым в чёрное, его волосы были длинными, спутанными. Вокруг него клубилась странная, тёмная аура, от которой у стражников перехватывало дыхание.
Ясуо остановился в нескольких метрах от него.
— Кто ты? — его голос был спокойным, но в нём звенела сталь.
Мужчина усмехнулся, и воздух вокруг него начал дрожать от жара.
— Меня зовут Пирокинезис, — произнёс он, и его голос был тихим, но от него пахло гарью.
Его посох вспыхнул, и из него вырвался огненный шар, направленный прямо в Ясуо. Ясуо уклонился, но шар взорвался на земле, создав волну жара.
— Ты медленный, — усмехнулся Пирокинезис.
Он поднял посох, и под ним появился круг с огненным узором.
Пиро Зона!
Земля под Ясуо начала взрываться, огонь вырывался из-под ног, пытаясь поджечь его. Ясуо рванулся вперёд, его катана рассекла воздух.
Стиль Бессмертного: Выкачивание Жизни!
Его тело превратилось в зелёный поток, и он пронзил Пирокинезиса катаной. Но Пирокинезис лишь усмехнулся, его тело начало покрываться огнём.
Пиростазис!
Огонь окутал его, и Ясуо почувствовал, как его катана начала плавиться. Он отступил, но Пирокинезис уже атаковал.
Метка!
Над Ясуо появились десять огненных кругов, и из них вылетели лучи, поразившие его в грудь. Ясуо упал на колени, его тело начало гореть.
— Бессмертие — это проклятие, — произнёс Пирокинезис, подходя ближе. — Ты не можешь умереть, но ты можешь страдать.
Он поднял посох, и под ним появилось торнадо.
Огненное Торнадо!
Вихрь пламени окутал Ясуо, затягивая его в центр. Ясуо попытался вырваться, но огонь был слишком силён. Его тело горело, восстанавливалось, горело снова.
— Забавное зрелище.
Акума и Ари
Акума бежал через лес, его ноги покрылись тьмой, скорость возросла в десятки раз. Ари была у него на руках, её лицо прижато к его груди, она чувствовала, как ветер бьёт в них, но чёрная материя защищала её.
— Держись, маленькая ведьма, — прошептал он. — Мы почти дома.
Резонанс между ними пульсировал, передавая его тревогу, его ярость. Кто-то напал на Мираж. Кто-то посмел.
Через несколько минут они увидели стены города. И увидели его.
Гигантский столп пламени, высотой в десятки метров, окутал ворота. Внутри столпа, в центре огня, стоял Ясуо. Его тело горело, восстанавливалось, горело снова. Он не мог двигаться, не мог атаковать, он был в ловушке.
Рядом, в стороне от столпа, стоял мужчина с обгоревшим посохом. Он смотрел на Ясуо с усмешкой.
Акума остановился. Его чёрные глаза вспыхнули.
— Ари, стой здесь, не двигайся.
Он поставил её на землю и повернулся к Пирокинезису.
— Ты напал на мой город, — произнёс Акума, и воздух вокруг него начал дрожать. — Ты посмел тронуть моего воина.
Пирокинезис повернулся, его усмешка стала шире.
— А, мертвец. Я ждал тебя. Деон сказал, что ты придёшь.
— Деон, — Акума усмехнулся, и в этой усмешке не было веселья.
Его тело растворилось в чёрном дыму.
Охота.
Акума пронёсся через воздух, его скорость возросла втрое. Пирокинезис едва успел поднять посох.
Пиро Зона!
Под ним появился огненный круг, земля начала взрываться. Но Акума был уже рядом, его коса рассекла воздух.
— Слишком медленно.
Пирокинезис отступил, его тело покрылось огнём.
Пиростазис!
Огонь окутал его, создавая защитный слой. Акума ударил косой, но огонь отбросил его назад.
— Мой огонь защитит меня, ты не сможешь пробить его.
Акума поднялся, его рана уже затягивалась чёрной материей. Он рассмеялся, после чего спокойно пошёл в сторону Пирокинезиса.
— Хочешь умереть во второй раз!?
Ударив ногой по земле, Пирокинезис покрыл всё вокруг себя огнём.
— Ну же, подходи!
Акума шёл дальше, как ни в чём не бывало. Медленно, спокойно. Его тело горело, но сразу же восстанавливалось. Даже его одежда восстанавливалась с помощью чёрной материи.
— Да какого чёрта! У тебя не может быть такого сопротивления огню! Твои силы с огнём никак не связаны!
— Напали на моего союзника, а пока я помогал ему, пытались напасть на мой город. Знаешь, это меня злит.
А злить меня не стоит.
На секунду атмосфера вокруг изменилась. Никто не понял, что происходило, Ясуо уже выбрался из пламени и стоял в стороне рядом с Ари, жители слышали звуки снаружи, но боялись выходить смотреть. Но почему-то в этот момент на всех накатила тревога, которую они не могли объяснить.
— Что за...
Прямо перед лицом Пирокинезиса появились чёрные глаза, они были в ярости и выжигали его своим взглядом.
— Да что происходит!?
Акума медленно подошёл к нему, в этот момент глаза пропали. Он медленно коснулся лба Пирокинезиса.
— Возвращайся к своему хозяину.
!!!
Пирокинезис моргнул.
Он стоял посреди кабинета, его дыхание было тяжёлым, посох всё ещё сжимался в дрожащей руке. Запах гари, который преследовал его последние минуты, сменился запахом старых книг и дорогого вина.
За столом сидел Деон Вель Тэо. Его янтарные глаза были подняты от бумаг, в них читалось лёгкое раздражение.
— Ха? Что тут делаешь? — его голос был ровным, но в нём звенела сталь. — Я же отправил тебя...
Деон остановился. Его взгляд скользнул по лицу Пирокинезиса, и что-то в нём изменилось.
Пирокинезис стоял, его глаза были широко раскрыты, зрачки расширены. По его лицу катился пот, хотя в кабинете было прохладно. Его руки дрожали.
— Господин... — его голос был хриплым. — Я... я провалил задание.
Деон медленно отложил перо.
— Объясни.
Пирокинезис сглотнул. Он попытался собрать мысли, но они разбегались, словно испуганные птицы.
— Я... я дошёл до Миража. Я нашёл Бессмертного. Я... я сжёг его. Я думал, что он не сможет двигаться. Но потом... потом пришёл Акума.
Деон не произнёс ни слова, но его пальцы слегка сжались.
— Он... он был слишком быстр, — продолжил Пирокинезис. — Я использовал всё, что мог. Пиро Зона, Пиростазис, Метка... Но он... он просто шёл. Через огонь. Через всё. Его тело горело, но восстанавливалось. Одежда восстанавливалась. Он... он не чувствовал боли.
Деон медленно кивнул.
— И что произошло дальше?
Пирокинезис замолчал. Он пытался вспомнить, но воспоминания были... странными. Размытыми.
— Он... он посмотрел на меня, — прошептал он. — И потом... я здесь.
Деон нахмурился.
— Телепортация? На такое расстояние?
— Не знаю, — Пирокинезис покачал головой. — Я не помню. Я просто... я здесь.
Деон молчал несколько секунд, затем вздохнул.
— Иди отдыхай. Отправлять тебя обратно уже нет смысла. Мертвец знает, что мы пришли. В следующий раз он будет готов.
Пирокинезис кивнул, но не двигался.
— Господин... — его голос дрогнул. — Можно... можно мне уйти?
— Да, — Деон вернулся к своим бумагам. — Иди.
Пирокинезис развернулся и вышел из кабинета.
Коридор
Коридор был длинным, освещённым факелами, стены были покрыты гобеленами с гербами "Руки Правосудия". Пирокинезис шёл медленно, его ноги казались ватными.
Что-то было не так.
Он не мог понять, что именно. Голова кружилась слегка, но не сильно. Может, это от боя? Может, он просто устал?
Он сделал ещё несколько шагов, и тогда он увидел их.
Чёрные глаза.
Они были на стене, прямо перед ним. Пара чёрных глаз, без белков, без зрачков. Они смотрели на него.
Пирокинезис остановился, его сердце подпрыгнуло.
— Что... — прошептал он.
Он моргнул, и глаза исчезли.
Он стоял, тяжело дыша, его рука сжимала посох так сильно, что костяшки побелели.
— Это... это просто усталость, — прошептал он. — Просто усталость.
Он сделал ещё несколько шагов, но тревога не уходила. Она росла, как черная лоза, обвивающая его сердце.
Тем временем, Акума, Ари и Ясуо уже находились в ратуше.
— Акума, я так и не поняла, куда делся тот человек?
— Не переживай, Ари. Все уже кончено. Ясуо, ты в порядке?
— Со мной всё нормально, я же бессмертный. Подобное уже бывало.
...
— Ладно, Ари, Ясуо, идите отдыхать. Думаю, Азуса уже скоро вернётся, сейчас дел у нас нет, поговорим о произошедшем позже.
Ясуо поклонился и ушёл к себе, Ари же осталась.
— Акума, я просто хотела спросить... Точно ли всё нормально? Это было очень странно, тот парень... Он просто испарился, никакой магии, ничего, я просто моргнула, а его уже не было... Он смог как-то уйти?
— Нет, больше мы его не увидим. Я и сам не особо знаю, но это одна из моих способностей, управлять которой я не могу.
— Не можешь?
— Даже я не до конца знаю, что происходит в такие моменты, но есть кое-что, что я слышу каждый раз, как это происходит.
— Что же это?
— Слушай...
...
Комната Пирокинезиса
Он вошёл в свою комнату, закрыл дверь, прислонился к ней спиной. Его дыхание было тяжёлым, сердце колотилось.
— Это просто усталость, — повторял он. — Просто усталость.
Он подошёл к кровати, сел на край. Голова кружилась сильнее. Комната слегка покачивалась.
Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться.
Но когда он открыл их, он увидел их снова.
Чёрные глаза. На потолке. На стене. На полу. Десятки пар чёрных глаз, смотрящих на него.
— Нет... — прошептал он. — Нет, нет, нет...
Он моргнул, и глаза исчезли. Но тревога не ушла. Она усилилась.
Он встал, начал ходить по комнате. Его шаги были неровными, дыхание прерывистым.
— Это галлюцинации, — шептал он. — Это от боя. От огня. От... от...
Он не мог закончить мысль. Его разум был затуманен, словно кто-то наполнял его голову дымом.
Он подошёл к зеркалу, стоявшему в углу комнаты. Он посмотрел на своё отражение.
И увидел их.
В своём собственном отражении. В своих собственных глазах. Чёрные глаза, смотрящие на него из глубины его собственных зрачков.
— ААААААААА! — он закричал, отшатнувшись от зеркала. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Он упал на колени, его руки сжимали голову. Головокружение усилилось, комната закружилась.
— Что со мной происходит!? — его голос был хриплым, полным ужаса. — Что он сделал со мной!?
Час спустя
Пирокинезис сидел в углу комнаты, его колени были подтянуты к груди, его руки сжимали голову. Его дыхание было прерывистым, глаза широко раскрыты.
Он не мог встать. Не мог двигаться. Тревога была такой сильной, что каждый мускул его тела был напряжён до предела.
Он видел их везде.
На стенах. На потолке. На полу. На своей одежде. На своих руках.
Чёрные глаза. Сотни. Тысячи. Миллионы. Они смотрели на него. Они выражали разные эмоции — презрение, насмешку, ярость, холод.
И он слышал их.
Шёпот. Сотни голосов, шепчущих одновременно. Он не мог разобрать слов, но чувствовал их смысл.
Ты слаб. Ты провалился. Ты умрёшь. Ты уже мёртв.
— Замолчите... — прошептал он. — Замолчите...
Но голоса не замолкали. Они становились громче. Ближе.
И вот, среди всех голосов выделился один, который он слышал отчётливо.
Рождённый в бездне, рождённый в тьме.
Я — тень, что идёт за тобой, Я — шёпот, что сводит с ума, Я — смерть, что смотрит в тебя, Я — конец, что приходит всегда.
Он посмотрел на свои руки и увидел, что они покрыты глазами. Его кожа была усеяна чёрными глазами, которые смотрели на него, моргали, шептали.
— НЕТ! — он закричал, пытаясь соскрести их с кожи. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Он царапал свою кожу, но глаза не исчезали. Они были везде. Внутри него.
Три часа спустя
Пирокинезис сидел в углу, его тело было покрыто кровью от собственных царапин. Его глаза были широко раскрыты, но он не видел ничего, кроме чёрных глаз.
Голоса стали нестерпимыми. Они кричали, шептали, смеялись. Они были везде — в его голове, в комнате, в самом воздухе.
Он не мог отличить реальность от галлюцинаций. Он не мог отличить свой разум от чужого.
Он посмотрел на свой посох, лежащий рядом.
Сделай это, — прошептал голос. Это единственный способ остановить их.
Сделай это, — прошептал другой. Это единственный способ убежать.
Сделай это, — прошептал третий. Это единственный способ замолчать.
Пирокинезис медленно поднял посох. Его руки дрожали, но он сжал его крепче.
Он посмотрел на свои глаза в отражении посоха. Он увидел там только чёрные глаза.
— Простите... — прошептал он. — Простите...
Он вонзил посох себе в грудь.
Кровь брызнула на стену. Его тело дёрнулось, затем обмякло.
Последнее, что он увидел, прежде чем тьма поглотила его, были чёрные глаза. Тысячи чёрных глаз, смотрящих на него с презрением.
А затем... тишина.
Кабинет Деона
Деон Вель Тэо сидел за столом, когда дверь распахнулась.
Вошёл капитан, его лицо было бледным.
— Господин... — его голос дрожал. — Пирокинезис... он...
Деон поднял голову.
— Что?
— Он мёртв, — капитан сглотнул. — Он... он убил себя. В своей комнате. Посохом.
Деон молчал несколько секунд. Затем медленно отложил перо.
— Как? — его голос был тихим, но в нём звенела сталь.
— Мы не знаем, — капитан покачал головой. — Его комната... она... там были царапины на стенах. На полу. На его теле. Как будто он пытался что-то соскрести. Но... ничего не было.
Деон медленно встал. Он подошёл к окну, глядя на город.
— Мертвец, — прошептал он. — Что ты сделал?
Но ответа не последовало.