Том 1 Глава 16 – Тот, кто сидит на седьмом месте
Клейн умер на пятый раз в полдень.
На этот раз он сам выбрал, как и где. Не нож. Не тени. Не яд. Он нашёл старый колодец на окраине Эрдайна, посмотрел в чёрную воду, увидел там отражение Глаза и прыгнул вниз головой.
Смерть была быстрой. Холодной. Почти безболезненной.
Он открыл глаза в Расколотом Пределе.
Тело не болело. В Пределе боль не приходила. Только тяжесть. Та самая, которую он чувствовал в Башне, когда садился в кресло. Будто кто-то давил на плечи, проверял, согнётся он или сломается.
Клейн не согнулся.
Он стоял посреди чёрного зала, смотрел на Трон, на Стол, на семь мест. Шесть пустых. Одно — занято.
Тень на седьмом месте не двигалась. Но Клейн знал: она смотрит на него. Не глазами — у тени не было глаз. Всем существом.
— Ты ждал меня, — сказал Клейн.
Тишина.
Потом тень подняла руку и постучала по Столу. Один раз. Два. Три.
Клейн подошёл. Положил ладонь на холодный камень. Надпись проступила под пальцами, как в прошлый раз, но теперь она была длиннее.
«Ты умер пять раз. Ты вернулся пять раз. Ты помнишь каждую смерть. Это хорошо. Это значит, ты не сломался. Но ты ещё не понял главного».
Клейн отнял руку.
— Чего я не понял?
Тень встала.
Клейн впервые видел её в полный рост. Высокая. Тощая. В лохмотьях, которые, казалось, были сотканы из той же серой материи, что и стены Предела. Лица не было — только пустота под капюшоном.
Но Клейн чувствовал: под пустотой кто-то есть.
Тень сделала шаг. Второй. Третий. Подошла к Клейну вплотную. Протянула руку — и коснулась его груди. Туда, где под рёбрами пульсировала чёрная трещина.
Клейн не дышал.
Тень отняла руку. На её ладони остался отпечаток — чёрный, пульсирующий.
«Ты носишь часть меня, — сказала она. Не голосом — мыслью. — Каждый раз, когда ты умираешь, трещина растёт. Когда трещина заполнит тебя целиком — ты станешь мной. Или я стану тобой. Мы не знаем. Никто не доходил так далеко».
Клейн сжал кулаки.
— Ты — тот, кто сидит на седьмом месте. Ты — один из сломанных?
Тень кивнула.
— Кто ты был?
Тень покачала головой. Подняла руку и снова постучала по Столу. Но теперь надпись была другой. Всего одно слово.
«Первым».
Клейн смотрел на это слово, и в голове складывалось.
— Ты — первый, кто сломал Печать. Первый, кто попал в Предел. Первый, кто сел за этот стол. А теперь ты — тот, кто не может уйти. Потому что если ты встанешь — Предел рухнет. Или ты? Или всё? Тень замерла. Долго. Так долго, что Клейн уже думал — она не ответит. Потом она сделала шаг назад. Села на своё место. И Стол заговорил сам.
«Ты умрёшь ещё много раз, — написал Стол. — Каждая смерть будет делать трещину шире. Ты будешь помнить всё больше. Ты будешь возвращаться всё дальше. Но однажды трещина заполнит тебя. И тогда придёт выбор. Сесть на Трон. Или исчезнуть. Третьего не дано».
Клейн смотрел на Трон.
Большой. Чёрный. Пустой.
— А ты что выбрал?
Тишина.
Тень не ответила. Но Клейн вдруг понял. Она не выбирала. Она просто села на седьмое место — и застряла. Не на Троне. Рядом с Троном. Достаточно близко, чтобы чувствовать его силу. Достаточно далеко, чтобы не сойти с ума.
— Ты боишься, — сказал Клейн. — Ты боишься сесть на Трон. И боишься уйти. Поэтому ты сидишь на седьмом месте и ждёшь. Ждёшь, пока кто-то другой сделает выбор за тебя.
Тень дёрнулась.
Впервые за всё время — резко, судорожно, будто Клейн попал в точку. Потом замерла. Потом медленно подняла руку и указала на пустое место. То, где был вырезан символ Клинка.
«Садись», — написала она.
Клейн не сел.
— Я сяду, когда буду готов. А пока — я буду умирать. Снова и снова. Пока не узнаю всё. Пока не пойму, как убить Глаз. Пока не найду способ вытащить вас всех отсюда.
Тень покачала головой. Безнадёжно. Устало.
«Ты не вытащишь нас, — сказала она. — Мы — часть Предела. Предел — часть нас. Единственный способ уйти — сесть на Трон. А Трон… Трон не отпускает. Никого. Никогда».
Клейн молчал.
Потом развернулся и пошёл к стене. К тем самым лицам, которые шептали. Прислонился лбом к холодному камню.
— Как мне вернуться?
Лица зашептали. Громче, быстрее, агрессивнее. Клейн разобрал только одно слово.
«Умри».
Он закрыл глаза.
И умер. Он открыл глаза в Эрдайне. Стоял перед воротами. Часы на башне показывали то же время. Но теперь Клейн знал больше. У него было шесть минут до первой смерти. На семь секунд раньше, чем в прошлой петле. Прогресс.
Он посмотрел на свою грудь. Под рубахой пульсировала чёрная трещина. Больше, чем раньше. Тень сказала правду — каждая смерть делала её шире.
— Шесть минут, — сказал он вслух. — В следующий раз будет пять. Потом четыре. Потом — ноль. И тогда я умру по-настоящему. Или сяду на Трон. Он шагнул вперёд — не к таверне, не к теням, не к колодцу. К дворцу. Прямо. Открыто. Глядя в глаза каждому встречному.
Они шарахались. Чувствовали в нём что-то чужое.
Клейн шёл и улыбался. Потому что знал: он умрёт через шесть минут. Но за эти шесть минут он увидит больше, чем за все предыдущие петли вместе.
Он успеет. Он всегда успевал.