В этот вечер снова было пятнадцатое число седьмого месяца, ежегодный праздник Духов.
Снаружи мелкий дождик моросил не переставая.
Грозовой разряд только что рассеялся, и деревья вокруг храма Владычицы, в которые ударила молния, всё ещё тлели под дождём, издавая потрескивание.
─ Перед уходом с горы сходи еще раз, поднеси Владычице чашку чаю, ─ немая бабушка налила горячего чаю и протянула мне.
Я опустился на колени, трижды поклонился до земли, принял чашку, бережно держа её обеими руками, и почтительно произнес: ─ Прошу наставницу испить чаю.
Немая бабушка взяла пиалу и поставила её на жертвенник.
Я поднял голову и украдкой бросил взгляд на изваяние Владычицы.
Все эти годы меня учила немая бабушка, но в глубине души я прекрасно понимал, что она лишь передавала знания, а по-настоящему меня наставлял тот самый учитель, которого я за всю жизнь так ни разу и не видел.
─ Для наследников наших Врат Духа нет никаких запретов и строгих правил, ─ вывела немая бабушка на пепле в курильнице.
─ Совсем нет правил? А вдруг в будущем я возьму ученика, а он окажется неблагодарным мерзавцем и станет творить всякие непотребства? – с любопытством спросил я.
─ Сказано же – никаких запретов. Ученик твой, хочешь – смотри сквозь пальцы, а не хочешь – прикончи, о чём тут сокрушаться? – поинтересовалась немая бабушка.
─ Вот оно оказывается в каком смысле «никаких запретов»? – внезапно дошло до меня.
─ Отправляясь в путь, запомни два дела, ─ написала немая бабушка. ─ Первое – отыщи книгу под названием «Канон двадцати четырех глав Повелителя духов».
─ Что это такое? – я порылся в памяти, но это название не вызывало никаких ассоциаций.
─ Это то, что было утрачено нашими Вратами.
Я кивнул: ─ Я запомнил.
─ Второе – в декабре этого года отправляйся в горы Чанбайшань, отыщи шестнадцатилетнюю девчонку, у которой на левой стопе три родинки. Скорее всего, её фамилия Кун, но, возможно, она её сменила.
─ Кто это? – удивился я.
─ Сама у учителя спросишь.
Я тут же умолк, кашлянул и промолвил: ─ Старшая сестра, продолжай. Что мне делать, когда я её найду, привезти её сюда?
─ Не нужно. Выплавь из неё алый демонический кошмар.
Я долго хлопал глазами, не смея поверить услышанному: ─ Старшая сестра, ты хочешь сказать, чтобы я превратил ту девчонку в свирепого призрака в красном?
─ В алый демонический кошмар, ─ немая бабушка бросила на меня косой взгляд и вывела на земле.
Я ошеломленно уставился на неё, и мы некоторое время молча смотрели друг на друга.
Вроде бы в народе издавна ходили слухи, что девушки, принявшие насильственную смерть в красных одеждах, если их переполняет чудовищная обида и складываются нужные обстоятельства, способны обратиться свирепыми призраками в красном, жаждущими отмщения.
Куда бы ни явился такой призрак в красном, живой души не оставалось – это поистине грозное бедствие!
Но если сравнить его с алым демоническим кошмаром, то это сущий пустяк, между ними пропасть в десятки тысяч ли.
Конечно, и добиться превращения в ша невероятно сложно.
Хотя во Вратах Духа имелись тайные искусства взращивания и призыва духов, обычно к ним без нужды не прибегали, не говоря уже о том, чтобы использовать для этого живого человека, а затем взращивать из него ша.
─ В общем, заруби себе на носу: увидишь её – скажи, что её разыскивает немая бабушка. Ступай, вещи твои собраны.
Немая бабушка сунула мне в руки котомку с зонтом и выставила за порог.
─ Учительница, я ухожу.
Все эти годы я только и мечтал поскорее спуститься с горы и отыскать деда, но когда пришло время расставаться, вдруг почувствовал, как тяжело на душе. Я бросился обратно в храм, снова трижды поклонился изваянию Владычицы и лишь после этого зашагал к храмовым воротам.
Немая бабушка проводила меня до половины пути.
─ Старшая сестра, берегите себя и наставника.
Глядя на её совершенно седые волосы, я почувствовал, как к горлу подкатывает ком.
Немая бабушка кивнула и указала на тропинку, ведущую с горы.
Понимая, что пора прощаться, я собрался с духом, взял немую бабушку за руку и с тихой улыбкой спросил: ─ Старшая сестра, меня давно мучает один вопрос: а статуя нашей Владычицы – не с твоего ли лика ваяли, когда наставница была молодой?
Немая бабушка странным взглядом посмотрела на меня и не стала ни подтверждать, ни опровергать.
─ Всё понятно, значит, в молодости наставница была невероятной красавицей! – я поднял вверх большой палец.
С этими словами я с улыбкой припустил вниз по склону, обернулся, помахал немой бабушке рукой и, раскрыв зонт, зашагал к подножию горы.
Когда я добрался до подножия, то заметил, что моросивший дождик внезапно прекратился, трава и деревья замерли, не было даже малейшего дуновения ветра.
Подняв голову, я увидел, что небо затянуто свинцовыми тучами, чернильно-мрачными, и вспышка молнии беззвучно прорезала пелену облаков, извиваясь подобно золотой змее!
Сердце моё отчаянно ёкнуло. Швырнув зонт и сумку на землю, я со всех ног бросился обратно в гору.
Грохот! Треск!
Один за другим рушились небесные раскаты, фиолетовые молнии рассекали ночное небо, казалось, надвое раскалывая кряж Могильных Холмов!
Когда я прибежал, небесная кара уже утихла, а от храма Владычицы не осталось и следа – лишь обугленные руины стен, да половина изваяния Владычицы продолжала полыхать в огне, потрескивая.
Тотчас же хлынул ливень.
─ Наставница! Старшая сестра!
Я бросился вперед, шаря повсюду впотьмах, но не нашёл ничего.
Кто бы мог подумать, что спустя десять лет я вновь испытаю тот самый ужас, который пережил в усадьбе клана Цао, когда узнал о беде с дедом!
Ледяные струи дождя промочили меня насквозь, но они же помогли прочистить голову.
─ Ничего с ними не случится! ─ успокоившись, я заставил себя мыслить здраво.
Храм Владычицы просто разнесло грозой, это ещё ничего не значно. К тому же, зная возможности наставницы и старшей сестры, я не верил, что они могли вот так просто сгинуть.
Я просидел в дожде до самого рассвета.
Лишь когда буря стихла, дождь прекратился, а на востоке забрезжил рассвет, я поднялся на ноги и зашагал вниз с горы.
Подобрав свой зонт и котомку, я покинул кряж Могильных Холмов, где прожил целых десять лет.