Как бы то ни было, этот совершенно бессмысленный рейд без великой цели, гордости и вообще какой-либо значимости подходил к концу.
Все уже настолько натренированы, что… нет, это я перегнул.
Они же не охотились на виверну и не дрались с Лазурным рыцарем. Всё ещё новички.
Просто опыт им достался в неправильном порядке, поэтому сейчас они слишком расслабились.
Что я имею в виду?
Представим известную тёмную фэнтези-игру.
Стоит зазеваться — враги бьют с задержкой, толпой загоняют в угол, ты умираешь, встречаешь очередную «YOU DIED» и возвращаешься к костру.
И вот есть босс.
В первой фазе он умеет только размашистый удар, удар по земле, обычную атаку и обычную атаку с задержкой.
Пару раз перекатился — прошёл первую фазу.
А потом он падает.
Из него течёт красная кровь.
Вдруг она чернеет, становится похожей на смолу и втягивается обратно в тело.
Глаза босса вспыхивают безумным красным светом, из спины вырастают четыре чудовищные руки, и в музыке неожиданно появляется латинский хор.
Что дальше?
Все умирают.
Кого-то хватают и убивают. Кого-то вколачивают в землю. Потом эти новые руки вдруг цепляются за стены, босс взлетает наверх и падает всем телом…
В общем, смерть за смертью.
А потом снова доходишь до первой фазы.
И она кажется смешной, да?
Вот то же самое.
Под залом студсовета мы сначала встретили безумную вторую фазу.
А сейчас в Безмолвных топях дерёмся с первой.
После того опыта все движения голема кажутся шуткой.
Получить здесь удар?
Я не взял бы в группу человека, который способен на такое.
— Как… можно так сражаться…
— Неплохо.
Но новичок пугается уже первой фазы.
«А-а, что это, как с этим драться, смогу ли я победить, если умру — верните деньги».
И этим новичком сейчас была Регина Сиэлла.
Всю битву она только смотрела.
Не могла отреагировать вообще ни на что.
Настолько, что даже не заметила камень, который голем метнул особой атакой прямо в неё.
Как бы там ни было, Регина теперь участница группы.
От такого попадания она могла погибнуть, поэтому я парировал камень.
Разумеется, рука тут же взвыла от боли.
Даже идеальное парирование остаётся ударом по летящей каменной глыбе. Будь у меня наручи или кинжал, получилось бы чище, но…
Если при парировании голыми руками масса превосходит мою Силу, я неизбежно теряю Здоровье.
Так устроена система.
Ничего не поделаешь.
— Хм.
— В-ваше Высочество… рука!
Да не отрубили мне её.
По твоему лицу можно подумать, будто я оставил её в прошлой эпохе и передал дальше по наследству.
Что за паника.
— Вольфрам! Ты в порядке?!
— В порядке. Я же говорил: во время боя никаких самовольных спасательных действий. Держи позицию, Айла Тристар.
— …Угх! Всем — тотальная атака!
По приказу Айлы вся группа мгновенно перешла в ударное построение.
Вот эта скорость реакции мне нравится.
— Такая холодность… такое спокойствие… Сколько же смертельных боёв вы пережили?..
— Теперь хотя бы немного понимаешь, сколько труда вложила Айла?
Повисло молчание.
— Вот что означает стать членом этой группы. Поэтому отвечай: уверена, что способна остаться среди нас и сохранять хотя бы такую же холодную голову?
Регина не ответила.
До этого уровня ей ещё далеко.
Как же её растить?
Если возьмусь сам, однажды она ещё заявит: «Это вы виноваты, Ваше Высочество. Вы сказали такую жестокую вещь и пренебрегли мной…» — и пырнёт меня ножом под барабанную дробь.
И я такой: «А-а, спасите».
Нет уж.
Что делать?
***
Рейд закончился.
Пока все разбирали итоги боя, все взгляды устремились на меня — точнее, на Регину рядом со мной.
— …Это моя вина. Моей Магической силы хватило бы остановить такой камень сколько угодно раз.
Регина опустила голову.
Взгляды остальных стали холоднее.
Хм.
Не этого я хотел.
— Хватит смотреть на Регину так, будто собираетесь её судить. Уже забыли, что у каждой из вас было время, когда вы сами ничего не умели?
— Вольфрам…!
Да не сломана рука.
Я просто слишком жёстко увёл удар и слегка перегрузил нервы.
— Ц. И ещё. Я обещал, что, пока человек входит в мою группу, никому не позволю получить тяжёлую травму. Я действовал по правилу, которое установил сам. Есть возражения — говорите сейчас.
Все промолчали.
Никто не возразил.
Всего-то рука слегка ноет, а устроили трагедию.
— Тогда возвращаемся. Возражений нет?
— Да!
Ответили идеально хором.
Хорошие.
Послушные.
Но один человек явно всё ещё не согласен.
— Айла.
— Да, Вольфрам.
Щёки надула.
С этим надо что-то сделать.
— Моё решение тебе не нравится?
— …Вольфрам пострадал. Какой бы ни была причина, даже если это ваше собственное правило… Я хочу, чтобы вы поняли: как вы защищаете нас, так и мы хотим защищать вас.
— …Ц. Хорошо. Впредь буду брать щит. Да понял я. Не смотри так. Как бы то ни было, главная причина происшествия — отсутствие опыта у Регины Сиэлла. Регина, признаёшь?
— …Да. Признаю.
— Тогда как старшему члену группы поручаю Айле Тристар твоё обучение. Всё.
В ту же секунду обе посмотрели друг на друга.
Потом на меня.
В глазах одинаковый вопрос: «Ты серьёзно?»
Да.
Серьёзно.
— Инструктор обязан обучать тщательно и сдавать мне отчёты.
— …Поняла, Вольфрам.
— В-ваше Высочество?! Я должна учиться у Айлы Тристар?!
— Регина Сиэлла. Это лучший способ получить ответ на вопрос, который тебя так мучил.
— …А.
Да.
Как Айла стала настолько сильным магом?
Если хочешь понять, через какой труд она прошла, лучше самой покрутиться на её тренировках.
— Идёмте, новичок. Отныне зовите меня «старшая». Поняли?
— Т-такое унижение…
— Из-за! Вас! Вольфрам! Пострадал! Вот это! Должно! Быть! Стыдно!
— …Да, старшая.
Ух.
Смотрят друг на друга так, будто сейчас убьют.
***
Тем же вечером я прогревал больную руку, когда неожиданно пришли две гостьи.
Одна — Сильфия Эвергрин Гроув.
Вторая…
— Что случилось, Ив фон Лоэнгрин?
— Слышала, вы сегодня пострадали в экспедиции.
— От кого? Вас с Сильфией там не было.
— Какая разница, от кого я узнала?!
Ив несколько раз топнула правой ногой.
Эй.
Пол провалишь.
— Ранения в экспедиции неизбежны. Ничего серьёзного, так что не беспокойся.
— Да как тут не беспокоиться?! Нет, кто сказал, что я беспокоюсь?!
Так беспокоишься или нет?
— И?
— Вообще, какая безумная идея — идти в экспедицию посреди Большого фестиваля? У вас силы лишние?
— Госпожа Ив. Мы ведь пришли не затем, чтобы вы это говорили.
— Знаю. Ц. Вольфрам, давайте.
— Что?
— Руку. Руку сюда! Боже!
Она схватила меня за больную руку и потянула.
[Императорская кровь активирована.]
[Принудительное сопротивление сильной боли.]
Да больно же, зараза.
Странное ощущение: рука болит так, что хочется выть, а сознание остаётся ледяным.
— Что ты делаешь?
— Ц. [Световое копьё: усиление исцеления: ускорение исцеления: одиночная цель: предельное усиление: длительное действие].
Я промолчал.
Световое копьё Ив обвило руку и медленно закружилось вокруг неё.
Началось настоящее лечение.
Внутрь потекло тепло. Боль постепенно уходила.
Не вариант «отрежем руку — и она больше не болит», а нормальное исцеление.
Магия Ив чудовищно прожорлива по мане. Шестисоставное исцеление уровня Светового копья стоит почти как Bright Rain.
И она тратит его на меня?
Почему?
Это точно моя Ив?
Кто ты такая?
— …Всё. Я закончила. Хм. Если бы не дело Сильфии, я бы ни за что такого не делала.
— Ху-ху. Благодарю, госпожа Ив.
— …Да хватит. Я ухожу. Если вам двоим надо поговорить — говорите сами!
С этими словами Ив сердито развернулась и ушла.
Сильфия посмотрела ей вслед и пожала плечами.
— Вот ведь. По-прежнему не умеет говорить прямо.
Я промолчал.
— Как рука?
— Уже нормально. Но что вообще нашло на Ив? Ты попросила её меня вылечить?
— Нет. Госпожа Ив сама всё время переживала. Я лишь дала ей повод.
— Повод?
— Да. Я сказала: «Ваш вассал Сильфия Эвергрин Гроув в большом долгу перед Вольфрамом фон Лоэнгрином. Раз уж он ранен, не могли бы вы его вылечить?»
— Большом долгу? Когда ты успела задолжать мне?
— Ты сам не понимаешь? Ха-ха. Точно. Ты такой человек. Масштабный, равнодушный с виду — и при этом незаметно заботишься. Да, я, Сильфия Эвергрин Гроув, действительно очень тебе обязана. Потому что впервые примерно за тридцать лет второе место четвёртого курса рыцарского факультета победило первое в открывающем поединке Фестиваля мифов.
— То есть…
— Да. После трёх часов смертельной схватки Сильфия Эвергрин Гроув победила Изольду Круэл.
Я даже немного удивился.
Я считал, что это почти невозможно.
— Получилось. Отличная работа. Это выдающийся результат.
— Я тоже так думаю. К четвёртому курсу первое и второе места — уже не столько соперники, сколько устоявшаяся иерархия. Четыре года сталкиваешься, проигрываешь, и порядок закрепляется.
— Но ты его сломала.
— Именно. И после этого поединка семья, похоже, в какой-то мере смирилась с моим вступлением во фракцию госпожи Ив.
— Значит, теперь официально станешь роял-гардом. Поздравляю.
— Скорее они махнули рукой: «Мы столько запрещали, а ты всё равно добилась результата. Упрямая. Живи как хочешь». Но если честно, Вольфрам, без тебя этого бы не случилось.
— Нет. Ты достигла этого сама. Расправь плечи.
— …Ну правда. Даже когда пытаешься дать тебе заслугу, ты такой…
Сильфия несколько раз рассмеялась и действительно расправила плечи.
В её голосе появилась лёгкость.
— Теперь мои дела в Зефрине закончены. Я победила лучшую ученицу курса. Получила право действовать как роял-гард госпожи Ив. Благодаря тебе увидела лучшее поле боя, какое только могла пожелать.
— Выглядишь довольной.
— Ещё бы. Теперь до выпуска мне нужно готовиться к настоящей жизни. Какие карты я смогу использовать? Какой выбор лучше для госпожи Ив? Как роял-гарду вести политику? Придётся всему учиться.
Я промолчал.
— Поэтому, думаю, я больше не смогу действовать как полноценный член твоей группы. Останусь почётным участником. Выпускницей Зефрина и первым, памятным «выпускником» группы Вольфрама.
Сейчас середина октября, Фестиваль мифов только начался.
Выпуск Сильфии Эвергрин Гроув — в феврале следующего года.
— Поэтому я хочу отказаться от места внештатного участника.
Я промолчал.
Не уходи.
А мой плюс один к Здоровью?
Моя великая мечта!
Но вслух такое не скажешь.
— Понимаю. Нельзя держать старшую, которая отправляется в новое путешествие, только ради прежних младших.
— …Я знала, что ты поймёшь.
Поначалу она односторонне ненавидела меня.
Я злился в ответ, делал назло, иногда давил и ругал.
И всё же Сильфия… в отличие от остальных, по-своему стала одним из тех друзей в Зефрине, с которыми мне действительно легко.
Она посмотрела на меня, глубоко вдохнула и продолжила:
— И напоследок. Я понимаю, что друзья обычно такого не делают, и знаю, что у тебя есть невеста. Но можно попросить об одной вещи?
— Конечно.
Сильфия раскрыла руки и посмотрела на меня.
Вот оно что.
Такая просьба?
Взрослая девушка, а предлагает подобное. Срамота.
— …Спасибо, Вольфрам.
Но…
Чтобы проводить человека в путь, трудно придумать более ясное прощание.