Когда-то я уже говорил: навыки 8-го тира — это первый шаг к настоящей специализации.
А 7-й тир выше него — уже порог профессиональной деятельности. Да, ты ещё новичок, но вполне можешь назвать себя специалистом.
Например, для боевой магии 7-й тир — это стихийные заклинания.
Маг учится проекции, усилению и контролю собственной стихии.
В поддерживающей магии на 7-м тире можно получить [Предельное усиление] — заклинание, которым пользуются даже в самой поздней игре.
Короче говоря, 7-й тир часто означает ещё и выбор профессии.
И что же представляет собой [Сияющий кондитер], в которого развился [Магический кондитер]?
[Сияющий кондитер]
[7T]
[Позволяет создавать магические сладости, в которые напрямую нисходит благословение Богини сладостей.]
[Вы счастливы♡счастливы♡ уже от одной мысли о сладостях! Теперь вы сможете их приготовить! Чем шире счастливая улыбка того, кто попробует сладость, тем ярче сияет моё сердце! Сияйте! Наши чувства, вложенные в сия-я-яющие сладости!]
— И это вы называете моей профессией?
Совсем с ума сошли?
***
Нет.
Так нельзя.
Моя профессия — магазин у дома.
И моё будущее, разумеется, тоже связано с магазином.
Скажу честно.
После окончания четвёртого курса в следующем году Вольфрам фон Лоэнгрин может вернуться во дворец.
А может заработать капитал и открыть магазинчик где-нибудь в провинции.
Или вообще остаться в Зефрине и продолжить управлять нынешним магазином.
У меня полно вариантов.
Но среди них точно нет «сияй, наше сердце, вложенное в сия-я-яющие сладости»!
— Неужели это всегда был навык такого типа?
В игре действительно встречались навыки с подобными описаниями.
Если присмотреться, верхняя строка вполне нормальная.
[Сияющий кондитер] не так уж сильно отличается от [Магического кондитера].
Он просто позволяет печь сладости.
А значит, особенно объяснять нечего.
Вот система и выдаёт в первой строке нормальное описание, а ниже…
Хотя и эта сахарная каша, наверное, что-то означает.
— Серьёзный удар по психике.
Фух.
Но даже если навык достиг 7-го тира, это ещё не значит, что я обязан становиться мастером-кондитером.
Наоборот, слишком узкая специализация мне даже мешает.
— Надо расширять ассортимент. Пора поднять передачу у всего магазина.
Представим, что я дальше качаю только [Сияющего кондитера].
Мастерство становится высшим, реакции — ещё ярче.
«Говорят, там делают потрясающие сладости!»
«Съешь — и станешь счастлив♡счастлив♡!»
«Вау! Сия-я-яю! Мой мир светится! Я счастлива, будто во сне!»
Вот такое будут говорить покупатели.
— Если меня обвинят, что я подмешиваю в сладости наркотики, мне даже возразить будет нечем.
Значит, меняем сам подход.
Если весь магазин будет потрясающим, никто не станет придираться к тому, что после одного десерта человек реагирует так, будто чем-то упоролся.
Логично же?
Так что будем делать всякие потрясающие вещи.
— Хм. Что бы добавить?
Я оглядел магазин.
Сладости и аксессуары — это база. По заказу я ещё выдаю блюда почти как маленький ресторан.
В принципе, место уже можно назвать магазином с уклоном в десерты.
Что дальше? Бесконечно качать [Кулинарию], чтобы научиться готовить еду, от которой люди становятся «счастлив♡счастлив♡»?
…Так меня точно арестуют.
Что ещё должно быть в магазине у дома…
Я записывал идеи в блокнот и постукивал по нему ручкой.
Сосредоточился на звуке — и меня вдруг осенило.
— А. Точно. Вот же оно.
***
В оригинале во втором акте в Зефрине случался один инцидент.
«Инцидент с уничтожением механических карандашей» во время промежуточных экзаменов второго акта.
Вечная вторая по успеваемости на четвёртом курсе магического факультета, Мильпию, с воплем вроде: «Да исчезнут эти экзамены!» — накладывала концептуальное искажение на все ручки и карандаши у четверокурсников магического корпуса.
Из-за этого буквально все «пишущие принадлежности» внутри здания рассыпались, и студентам приходилось срочно завозить снаружи вещи, которыми можно писать, но которые концептуально не считаются ручками.
Самое смешное, что первокурсница Мильфёй и четверокурсница Мильпию — вообще разные люди.
«Мильфёй-первокурсница» вылетает из академии во время промежуточных экзаменов.
«Мильпию-четверокурсница» устраивает катастрофу на своих экзаменах и тоже вылетает.
Может, разработчикам просто было лень придумывать имя второстепенному персонажу.
— Значит, разработчики точно ленивые.
…Или их способность придумывать женские имена была настолько разрушительной, что вариаций просто не хватило.
Ладно, бессмысленная тема.
Но теперь, когда я подумал… на прошлых промежуточных экзаменах инцидента с карандашами не было.
И я даже догадываюсь почему.
«Четверокурсница Мильпию» должна была писать экзамен по предмету [Маг и поле боя II].
А преподаватель там — Лантика Грейс.
Да.
Тот самый преподаватель нашего аспиранта Джольфа, которого сейчас проверяет дворец по подозрению в эксплуатации аспирантов.
Из-за личных обстоятельств преподавателя у третьего курса промежуточный экзамен отменили и заменили заданием.
А уж продвинутый предмет четвёртого курса тем более остался без экзамена.
Так в магическом корпусе Зефрина и сохранился мир механических карандашей.
Но зато я получил идею.
— А шариковую ручку сделать можно, не так ли?
Мне захотелось изготовить письменную принадлежность.
Обычную шариковую ручку.
— Хм. Сделать-то можно… но хотелось бы собрать мнения.
Канцелярия сильно зависит от студенческой моды.
Надо узнать, какие цвета им нравятся, какой дизайн, сколько готовы платить.
Настоящее исследование рынка.
***
— Письменные принадлежности? Я обычно пользуюсь тем, что выдают в академии.
— Выдают?
— Да. Я принцесса, но поддержка от королевского дома у меня очень маленькая. Покупать личные принадлежности мне не по средствам. Пользуюсь тем же, чем большинство студентов.
На следующий день Эмили пришла учиться готовить, и мы разговорились.
В основном — о канцелярии в Зефрине.
— Дом Хаймелоди настолько мало тебе даёт?
— Да. Они вычисляют строго среднюю сумму, а потом ещё удерживают из неё налог.
— Даже налог берут?
— Обещают увеличить поддержку, если я спокойно пойду по пути магии. Но мой путь — кулинария.
Эмили произнесла это, продолжая встряхивать вок с совершенно бесстрастным лицом.
Хм.
Значит, хороший образец покупателя.
— Эмили. Если я сделаю личные письменные принадлежности, сколько ты была бы готова заплатить?
— …Хм. Их обязательно покупать? Мне хватает выданных академией.
— Тогда…
— Нет. Если учитель скажет купить, я возьму в долг, но куплю.
Вот эта холодная и безусловная преданность пугает.
Не говори такие вещи с совершенно ледяным лицом.
— …
— Если я иду рядом с учителем, мне не нужно сомневаться. Что бы ни ждало впереди, я не боюсь.
Отмена.
Для исследования рынка она не годится.
***
Позже пришёл следующий испытуемый.
Нефти, которая решила записаться на курс для Императорской гвардии.
Она взяла мою шариковую ручку, покрутила между пальцами и наклонила голову.
— Так вы правда сделали новую ручку? В последнее время создаёте всё более странные вещи.
— Это магазин у дома. Если какая-то вещь делает жизнь удобнее, я должен её изготовить и продавать.
— …Магазин у дома. А-а, точно. Это ведь такое место. Верно.
Нефти.
Возможно, именно я буду писать тебе рекомендацию.
Не кажется ли тебе, что отношение к моему магазину немного проблемное?
— Тогда что ты думала об этом месте?
— Ну… пункт подработок на день, ресторан, место с вкусными сладостями, место встреч со старшими и младшими, напитки без ограничений, и ещё здесь старший… Хм-м?
— И?
— А что это вообще за место? Но весёлое — точно.
— …
Нефти наклонила голову.
Ладно.
Что с тебя взять.
Перейдём к делу.
— Итак. Новую шариковую ручку купишь?
— Нет.
— …
Обязательно отвечать мгновенно?
— Это прототип. Просто попробуй.
— Выглядит как-то дорого.
— Молча попробуй.
Нефти взяла ручку и провела несколько строк по бумаге.
— О-о. Потрясающе. Правда здорово. Вещь отличная.
— Верно?
Я скопировал корейскую классику — шариковую ручку Manami 154.
В школьные годы я постоянно такой пользовался.
— …Ого. Правда хорошая. Очень хорошая ручка.
— Крепкая, редко ломается. Чернила почти не заедают.
Я ещё немного перечислял достоинства.
Нефти всё выслушала, улыбнулась и спросила:
— И кто ради этой ручки попрётся покупать её сюда?
— …
Всё.
Тебя тоже больше не беру в выборку.
Негодяйка.
***
Последний участник исследования оказался настоящим, настоящим хорошим ребёнком.
— Вау… Потрясающе, старший.
— Хм.
Мильфёй смотрела на мои ручки и несколько раз хлопнула в ладоши.
Вот.
Вот такую реакцию я и хотел.
Не «возьму кредит, если скажете», и не «а кому это вообще нужно»!
— Чёрная ручка тоже хорошая, но эти пятнадцать цветов особенно красивые.
— У тебя есть вкус.
— Хе-хе… спасибо, старший.
После ухода Нефти я разозлился настолько, что пошёл дальше обычной 154-й и сделал сразу пятнадцать ручек разных цветов.
И в этих ручках тоже была небольшая личная история.
История школьных лет Ли Ёнджина.
Тогда почти у всех в пеналах валялись несколько шариковых ручек и маркеров для бланков.
Среди них существовали ручки Tech Hi.
Я почему-то увлёкся их коллекционированием.
И собрал много. Работал после школы и покупал одну за другой. Дурацкий японский хлам, у которого наконечник ломался, стоило ручке неудачно коснуться пола, но тогда я сам не понимал, почему так сильно хотел их иметь.
А во втором классе старшей школы меня внезапно осенило.
«Я ведь после выпуска всё равно сразу уйду в армию, а потом буду вкалывать на стройках. Зачем мне вообще эти ручки?»
В итоге раздал коллекцию друзьям, которые собирались поступать в университет, и вернулся к Manami 154.
Но если совсем честно…
Меня это ужасно бесило.
Лучше бы не отдавал.
Лучше бы проглотил их и унёс с собой хотя бы так.
Почему юный Ли Ёнджин решил, что отказаться от мечты и жить спустя рукава — это невероятно крутой нигилистический модернизм современного подростка?
— Как думаешь, такое будут покупать?
— Да. Я бы купила.
Какой хороший ребёнок.
Эта «первокурсница Мильфёй» хочет покупать мои разноцветные ручки.
Что? «Мильпию из второго акта»? Какая ещё четверокурсница? Я её уже вычеркнул из памяти.
— Вы всё лучше печёте, а теперь ещё эти ручки… Пятнадцать цветов, верно?
— Хм.
— Ого… И магическая еда, и поезд, и столько других вещей. Вы действительно очень многое создаёте.
— Ничего особенного.
Да.
Вот оно.
Похвала. Признание!
Именно этого я хотел.
— Я-я тоже очень стараюсь, чтобы однажды догнать свой идеал!.. Хотя получается не очень хорошо.
Опять.
Опять поворот в сторону самоунижения.
Я уверен, что Мильфёй способна добиться гораздо большего, если будет стараться.
А её постоянно тянет назад низкая самооценка.
— Но ты ведь не собираешься сдаваться?
— …Нет!
Вот и хорошо.
— Мильфёй. Это прототип. Возьми и потом расскажи, как он показал себя в использовании.
— Мне?
— Не сдавайся.
Не будь как Ли Ёнджин.
Не сдавайся.
Мильфёй посмотрела на меня твёрдым взглядом и кивнула.
— Да. Я не сдамся.
Вот.
Теперь другое дело.
***
На следующий день. Кабинет студсовета.
Мильфёй стояла перед Ив фон Лоэнгрин.
Между ними лежал один лист бумаги.
Ив видела спокойное лицо Мильфёй и жар в её глазах.
— Похоже, вы решились.
— Да. Старшая председатель студсовета Ив фон Лоэнгрин. Я пришла, приняв решение.
— Я тоже рада. Если место слишком долго остаётся пустым, это мешает управлению. Я правильно догадалась о причине визита?
— Да.
Мильфёй положила правую руку на грудь и глубоко вдохнула.
Потом ещё раз.
В кармане она ощущала пятнадцатицветный талисман, который подарил старший.
— Мильфёй фон Сабре, первый курс общего факультета.
Мне мало просто получать поддержку, ободрение и знать, что каждый раз, когда я прихожу, меня примут.
Я хочу стоять рядом с ним на равных.
— Я подаю заявку на испытание за вакантное место лучшего студента первого курса.
Больше я не дрогну.
Так говорили её глаза.