Глава 1. Рай на Земле или филиал ада?
Сасаки Рё стоял с двумя огромными чемоданами посреди университетского кампуса и чувствовал, как его душа потихоньку покидает тело через пятки.
В официальной брошюре «Академия Вечного Цунами» выглядела иначе. Там были студенты с чистыми лицами, которые сидели под цветущей сакурой и читали книги. В реальности сакура оказалась пальмами, под которыми сидел бомжеватого вида дед и лузгал семечки, периодически сплевывая шелуху в сторону статуи основателя.Шелуха прилипала к бронзовому лицу основателя, создавая впечатление, что у того борода из подсолнуха. Рё показалось, что статуя смотрит на него с укором: «Сынок, беги, пока можешь».
— Всё, — пробормотал Рё, доставая телефон. — Сейчас найду хостел, куплю обратный билет и скажу маме, что я поступал на заочное. Или что меня похитили инопланетяне. Это звучит убедительнее.
В этот момент сзади раздался звук, похожий на падение товарного поезда в пропасть.Звук, который издаёт ваш будильник, когда вы скидываете его с тумбочки, только громче и намного ближе.
— ООООО!!! НОВЕНЬКИЙ!!!
Рё обернулся. На него неслось нечто. Парень. Размером с шкаф-купе. Рюкзак на его спине выглядел так, будто внутри хранилось ядерное оружие или запас лапши на апокалипсис. Он бежал так, будто за ним гнались дикие пчелы, но при этом улыбался так, будто эти пчелы были его лучшими друзьями и он просто забыл их покормить.
Рё попытался уйти с траектории. Не успел.
Парень врезался в него, обнял, поднял в воздух и покружил.В голове Рё промелькнула мысль: «Наверное, так и погибают динозавры. Просто не видят, откуда прилетает астероид».
— Братан! Ты тоже новенький? Я Танака Кэнта! С Хоккайдо! А ты откуда? Токио? Круто! У нас в Токио троюродный дядя был, он работал на стройке, его сбросили, потому что он уснул в бытовке, но это неважно! Ты где будешь жить? В общежитии? Я в «Блоке Смерти»! А ты?
— Поставь... меня... — прохрипел Рё, чувствуя, как его позвоночник издает звуки, несвойственные человеческому организму. Звук, с которым ломаются дешевые китайские наушники при первой же попытке их распутать.
Кэнта поставил его, но продолжал держать за плечи, сверкая глазами. Глазами, полными такой чистой, неистовой энергии, что ей можно было бы заряжать электромобили.
— Слушай, а ты чего в толстовке? Жарко же! У нас на Хоккайдо в такой только медведей пугают, и то летом снимают. Ты медведей боишься? Здесь же нет медведей? — Он испуганно оглянулся по сторонам, будто ожидал, что из-за куста сейчас выпрыгнет медведь с табличкой «Добро пожаловать».
— Каких медведей, идиот? Здесь тропики! — Рё наконец отдышался и поправил очки, которые чудом уцелели. — Слушай, отвали. Мне нужно в деканат.
— И я в деканат! Пошли вместе! — Кэнта подхватил один из чемоданов Рё одной рукой, будто тот был пустым. — Тяжелый! У тебя что там, кирпичи?
— Книги, — буркнул Рё. — Манга.
— МАНГА?! — заорал Кэнта так, что дед под пальмой вздрогнул и поперхнулся семечками. Крик такой силы, что с пальмы упал кокос, чудом не приземлившись деду на голову. Дед воспринял это как знак свыше и пересел под другую пальму.
— Ты мангу читаешь? Я тоже! Я «Крутого Байкера» читал! Там, где он на мотоцикле и с бензопилой! Правда, я только первый том прочитал, потому что в нашей деревенской библиотеке больше не было, а покупать дорого. А у тебя сколько томов?
— Много, — Рё попытался вырвать чемодан обратно, но понял, что это бесполезно. Руки Кэнты были похожи на гидравлические захваты.
— Ого! Мы теперь лучшие друзья! — объявил Кэнта. — Будешь давать мне читать, а я буду носить твои чемоданы и защищать тебя от здешних крабов! Тут, говорят, крабы огромные! Воруют еду прямо из тарелок!
— Какие крабы? — Рё устало потер переносицу.
— Обычные! С клешнями! — Кэнта совершенно серьезно показал руками, как краб ворует еду. Он изобразил целую пантомиму: краб подкрадывается, хватает онигири и убегает боком. Это было неловко, но почему-то очень наглядно. — Мне сосед по купе в поезде рассказывал. Он с этого острова. Сказал, что здесь у студентов три главных врага: профессор по математике, комендантша и крабы-бандиты.
— Ты серьезно? — Рё закатил глаза так сильно, что чуть не увидел собственный мозг.
— Не знаю такого. Я Кэнта!
Они дошли до деканата. В коридоре стояла очередь из таких же потерянных первокурсников. Кто-то плакал. Кто-то звонил маме. Кто-то просто сидел на полу и смотрел в одну точку.Парень в углу, судя по позе, либо медитировал, чтобы принять неизбежное, либо его разум уже сбежал обратно в родной город без него.
— Бодрит, да? — восхищенно прошептал Кэнта, рассматривая плачущую девушку. — Атмосфера! Прямо как в «Крутом Байкере», когда главный герой пришел в новую школу и там все боялись якудза, а он один не боялся, потому что у него была бензопила!
Рё молчал. Он думал о том, как быстро можно продать мангу и купить билет на паром обратно. «Продам душу и коллекционное издание «Блич» за билет до Токио. Дорого. Торг уместен».
— Слышь, новенькие! — гаркнула женщина в окошке. Вид у нее был такой, будто она лично топила «Титаник». — Ключи от комнат получили? Нет? А че стоите? Давайте быстро, у меня обед через 10 минут!
Кэнта рванул к окошку так быстро, что снес по пути чью-то гитару и врезался головой в стекло.
— Здравствуйте, красивая женщина! — заорал он, потирая ушиб. На лбу у него уже наливалась шишка, но улыбка сияла ярче прежнего. Черепно-мозговая травма? Не, не слышал.
— Я Танака Кэнта, мне ключи!
Женщина посмотрела на него с выражением лица человека, который только что увидел говорящего таракана.Причем таракан этот еще и требовал у неё ключи от квартиры, где хранятся запасы сладостей.
— Танака... Танака... — Она покопалась в ящике. — Ага, комната 203. Блок «С». И... Сасаки? Сасаки Рё?
Рё подошел, стараясь держаться как можно дальше от Кэнты.
— Комната 203. Блок «С», — сказала женщина и зловеще ухмыльнулась. — Соседями будете.
Рё похолодел.Температура его тела упала до температуры жидкого азота. На лбу выступила капля холодного пота
— В смысле соседями? Я просил одноместное!
— В смысле, денег доплати, — отрезала женщина. — Нету денег? Терпи. Следующий! Щелк — окошко захлопнулось перед их лицами, отрезав все пути к отступлению.
Кэнта же сиял ярче солнца. Его аура радости была настолько плотной, что начала материализоваться в виде маленьких, летающих вокруг него цветочков.
— СОСЕДИ! — Он снова схватил Рё в охапку. — Это судьба! Мы теперь как Наруто и Саскe! Только ты будешь Саске, потому что ты молчаливый и в черном, а я буду Наруто, потому что я громкий и ем много!
— Я не буду Саске, — прошипел Рё, пытаясь освободиться. — Иди ты нафиг со своим Наруто. Я скорее буду Какаши, который просто читает свои книжки и делает вид, что всё это его не касается.
— Не стесняйся, друг! — Кэнта хлопнул его по спине. Удар был такой силы, что у Рё, кажется, прочистились все чакры, включая те, о существовании которых он даже не подозревал.
— Пошли обживать комнату! Я привез с Хоккайдо банку солений! Бабушка дала. Правда, банка разбилась в поезде, и теперь у меня все трусы в рассоле, но соленые огурцы я собрал в пакет! Будешь?
Рё остановился. Он посмотрел на этого нелепого парня с рюкзаком, воняющим соленьями, на его дурацкую улыбку, на чемодан, который он так и не отдал. Он смотрел на живое, ходячее, говорящее стихийное бедствие по имени Кэнта, которое только что ворвалось в его жизнь.
— Ты серьезно собрал огурцы с трусов в пакет и предлагаешь мне это есть? — медленно переспросил он. В его голове это предложение не укладывалось ни в какие логические рамки, даже рамки самого безумного сёнэн-аниме.
— А чё такого? — искренне удивился Кэнта. — Я ж их помыл! В туалете поезда! Правда, вода там была холодная и мыло кончилось, но огурцы же в рассоле, они сами себя дезинфицируют! Рассол — это же природный антисептик! Бабушка говорила!
Рё открыл рот. Закрыл. Открыл снова.
— Знаешь что, Танака, — сказал он наконец. — У меня к тебе только одна просьба.
— Любая, бро! — Кэнта вытянулся по стойке смирно.
— Никогда, слышишь, никогда не корми меня ничем, что побывало в твоих трусах. Даже если наступит зомби-апокалипсис и это будет последняя еда на земле. Я лучше съем того краба-бандита. Сырым.
Кэнта расхохотался так, что у стоящей рядом девушки снова началась истерика.
— Договорились! — заорал он. — А теперь пошли смотреть нашу новую берлогу! Слышал, в блоке «С» призрак живет! Говорят, это студент, который не сдал экзамен по высшей математике и теперь бродит по коридорам и бормочет интегралы!
— Это самый страшный призрак, которого я могу представить, — вздохнул Рё, понимая, что его жизнь только что превратилась в комедию абсурда, и выхода из этого цирка нет.
Они вышли из деканата. Навстречу им прошел тот самый дед с семечками, теперь уже без штанов (видимо, была стирка), но зато с попугаем на плече. Попугай крикнул: «Крабы идут!» и заржал.
— Я люблю это место, — мечтательно сказал Кэнта.
— Я ненавижу это место, — машинально ответил Рё.
— Мы отлично сработаемся! — Кэнта подмигнул и поволок чемодан к общежитию, где их уже ждали легендарные крабы-бандиты, злая комендантша и четыре года абсолютного безумия.
Рё посмотрел на небо. Пальмы качались. Чайки орали как резаные. Где-то вдалеке дед без штанов пытался залезть на дерево за попугаем.
«Мама, — подумал Рё. — Забери меня отсюда. Я обещаю учиться на юриста».
Конец первой главы.