Глава 17. Ночные посиделки или эксперимент от Ногами
После возвращения из торгового центра настроение было отличное. Кэнта светился не хуже своей новой ракушки, Рё всё ещё переживал из-за виртуального платья, а Хината просто радовалась жизни.
Вечером в комнату 203 набилась почти вся компания. Ито притащил две бутылки "ананасового сока", Сакураба — камеру (конечно), Хината — печенье, чтобы было чем закусывать. Ногами пришла последней — с рюкзаком, из которого торчали какие-то пробирки.Пробирки зловеще поблёскивали в свете лампы, и Рё показалось, что одна из них слегка светится в темноте.
— Отмечаем сдачу зачётов! — провозгласил Ито. — Даже если у вас тройки, это победа!
— У меня пять, — скромно напомнила Хината.
— Ты вообще молодец. Но мы пьём за троечников!
— Ура! — заорал Кэнта.
Первый час пили "сок". Разговаривали. Смеялись. Кэнта рассказывал про дракона. Рё жаловался на виртуальное платье. Сакураба снимала всё подряд, комментируя:
— Запись ведётся. Герои вечера — студенты, которые чудом не вылетели из университета. Атмосфера накаляется.
— Не накаляется, а расслабляется, — поправил Ито.
— Для зрителя — накаляется.
К концу второго часа "сок" кончился.
— Всё? — расстроился Кэнта. — А я только разогрелся!
Ногами молча открыла рюкзак и достала трёхлитровую банку с мутной жидкостью. На банке была этикетка, написанная от руки: "ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ ЭЛИКСИР № 7. НЕ ПИТЬ В ОДИНОЧКУ". Буквы были выведены каллиграфическим почерком, но от этого становилось только страшнее.
— Что это? — спросил Рё с подозрением.
— Моя новая разработка, — спокойно ответила Ногами. — На основе местных трав, спирта и кое-каких реактивов.
— Реактивов? — переспросила Хината.
— Безвредных. Почти.
— Почти?
— Ну, если выпить слишком много, можно ослепнуть. Но временно. Дня на три.
— А если выпить нормально?
— Тогда просто будет весело.
Все уставились на банку.
— И ты предлагаешь это пить? — уточнил Ито.
— Я предлагаю провести эксперимент. Вы будете подопытными. Я — наблюдателем.
— Почему мы, а не ты?
— Потому что я должна фиксировать результаты. Если я выпью, кто будет записывать?
— А если мы умрём?
— Не умрёте. Я рассчитала дозу.
— На ком?
— На компьютере. В симуляции.
— А в реальности?
— Посмотрим.
Кэнта уже тянулся к банке.
— Я готов! — заявил он. — Ради науки!
— Ты ради выпивки готов, — поправил Рё.
— Одно другому не мешает.
Ногами разлила эликсир по стаканам. Жидкость была мутно-зелёного цвета и слегка светилась в темноте.
— Почему она светится? — спросила Сакураба, наводя камеру.
— Флуоресценция. Безвредно. Просто красиво.
— А на вкус?
— Узнаете.
Все взяли стаканы, но пить никто не решался.
— А может, ты первая? — предложил Ито, глядя на Ногами. — Чтобы мы убедились.
Ногами замерла. На её лице мелькнуло странное выражение — смесь удивления и... ухмылки? Но все подумали, что показалось. Никто не заметил, как её рука на секунду дрогнула, потянувшись к карману, где лежала маленькая пробирка с противоядием.
— Хорошо, — сказала она. — Я выпью первой. Чтобы вы не боялись.
Она поднесла стакан к губам и сделала небольшой глоток. Все следили за ней, затаив дыхание.
Ногами постояла секунду, прислушиваясь к ощущениям. Потом кивнула.
— Вкусно, — сказала она. — Немного жжёт, но терпимо.
— И как? — спросил Кэнта. — Голова не кружится?
— Пока нет. Пейте.
Они выпили.
Эликсир оказался крепче, чем "ананасовый сок". По телу разлилось тепло, в голове зашумело, а комната начала слегка покачиваться. Рё показалось, что стены стали мягкими и пульсирующими, как живой организм.
— Ого, — сказал Ито. — Хорошо пошло.
— Я чувствую себя драконом, — заявил Кэнта. — Сейчас полечу.
— Ты не полетишь, — остановил Рё. — Ты упадёшь.
— Я упаду, но красиво.
Ногами сидела в углу с блокнотом и записывала:
— Объект номер один — Кэнта. Проявляет признаки эйфории. Склонность к полётам. Прогноз: падение через пять минут.
— Ты записываешь? — удивилась Хината.
— Эксперимент есть эксперимент.
Выпили ещё. Разговор стал громче, смех — чаще. Ногами исправно записывала, но постепенно даже её почерк стал менее разборчивым.
— А давайте в игры! — предложила Сакураба. — В правду или действие, но на желания!
— Какие желания? — спросила Хината.
— Любые. Кто проиграл — выполняет.
— А кто судья?
— Ногами. У неё блокнот.
Начали играть. Первым проиграл Ито.
— Желание! — объявила Сакураба. — Спой песню про любовь.
Ито встал, принял пафосную позу и запел:
— О, любовь, ты как сок ананасовый,
Обжигаешь внутри, делаешь нас прекрасными!
Но если выпьешь слишком много — будет плохо,
Как сегодня утром у меня было очень плохо!
— Это не песня, это рэп, — заметил Рё.
— Это искусство!
Все засмеялись.
Следующим проиграл Кэнта.
— Желание! — Сакураба задумалась. — Сделай десять отжиманий, но с криком "Я варвар!".
Кэнта рухнул на пол и начал отжиматься.
— РАЗ! Я ВАРВАР! ДВА! Я ВАРВАР! ТРИ! Я ВАРВАР!
На четвёртом он упал лицом в пол.
— Я варвар... — простонал он. — Но слабый.
— Ты пьяный, — утешила Хината.
— Одно другому не мешает.
Следующей проиграла Хината.
— Желание! — Сакураба хитро прищурилась. — Поцелуй Рё.
Все замерли.
— В щёчку, — быстро добавила Сакураба. — Не драматизируйте.
Хината подошла к Рё и чмокнула его в щёку. Быстро, но заметно.
— О-о-о, — загудела компания.
— Это игра, — сказала Хината, садясь на место.
— Конечно, — кивнул Рё, красный как рак.
Ногами записала в блокноте: "Объект номер два — Рё. Зафиксировано покраснение. Объект номер три — Хината. Аналогично".
Следующим проиграл Рё.
— Желание! — Сакураба задумалась. — Надень платье.
— Какое платье?
— Которое в игре. Ты же был девушкой.
— У меня нет платья!
— У Хинаты есть халат. Надевай.
Хината сняла с вешалки свой халат — розовый, с цветочками.
— Нет, — сказал Рё.
— Да, — сказала вся компания хором.
Рё вздохнул и надел халат. Розовый, с цветочками. Ему шло.
— Красавица, — восхитился Кэнта.
— Заткнись.
— Я как друг говорю. Тебе идёт розовый.
— Я убью тебя завтра.
— Договорились.
Ногами записала: "Объект номер два в розовом. Эстетически приемлемо".
Следующей проиграла Сакураба.
— Сама себе желание придумай, — сказал Ито.
— Тогда я станцую танец маленьких утят.
Она встала и начала танцевать. Пьяная, с камерой в руке. Ногами снимала на телефон параллельно — для науки.
— Объект номер четыре, — бормотала она. — Танцевальные способности ниже среднего. Энтузиазм выше среднего.
Следующим проиграл Кэнта снова.
— Желание! — объявила Сакураба. — Признайся в любви Ногами.
Кэнта подполз к Ногами, посмотрел на неё честными пьяными глазами и сказал:
— Ногами, ты гений. Ты поишь нас всякой дрянью, но нам хорошо. Я тебя люблю. Как друга. Или как сестру. Или как... ну, просто люблю.
Ногами даже не подняла глаз от блокнота.
— Зафиксировано, — сказала она. — Чувства взаимны. В смысле, я тоже вас люблю. В рамках эксперимента.
— Какая ты тёплая, — умилился Кэнта.
— Это эликсир греет.
— Нет, это ты.
Ногами наконец подняла глаза и посмотрела на него. В её взгляде мелькнуло что-то странное. Но все списали на алкоголь.
Игра продолжалась до двух ночи. Кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то пытался научить Ногами петь. Она отказывалась, но записывала.
Наконец все попадали кто где. Кэнта заснул на полу, обнимая банку с эликсиром. Ито — на стуле с открытым ртом. Хината — на кровати Рё (сам Рё спал в углу в розовом халате). Сакураба — с камерой в руках, которая продолжала снимать.
Ногами сидела в позе лотоса, с блокнотом на коленях, и смотрела на спящих.
— Эксперимент завершён, — сказала она тихо. — Все объекты живы. Можно выдохнуть.
Она дописала последнюю строчку, закрыла блокнот и... улыбнулась. Странной, довольной улыбкой.
Потом легла на пол и заснула.
Утро наступило неожиданно и больно.
Рё открыл глаза и понял, что лежит лицом в полу. Голова раскалывалась, во рту было сухо, как в пустыне Сахара.
— А-а-а, — простонал он.
— А-а-а, — ответил ему Кэнта из-под стола.
— Ты жив?
— Не уверен.
Рё попытался встать. Получилось с третьей попытки. Он оглядел комнату.
Картина была маслом: Ито спал на стуле с открытым ртом, из которого текла слюна. Сакураба лежала на полу, обнимая камеру, которая всё ещё мигала красным — снимала. Хината спала на его кровати, свернувшись калачиком. Ногами сидела в углу в позе лотоса, с блокнотом на коленях, и выглядела... абсолютно нормально.
— Воды, — прохрипел Кэнта, выползая из-под стола. — Хочу воды.
— Я тоже.
Они поплелись к кухне. Бутылки с водой были пусты.
— Нет воды, — простонал Рё.
— Умрём, — констатировал Кэнта.
Они вышли в коридор. Там сидела комендантша и пила чай.
— О, живые, — сказала она без эмоций. — Выглядите как те, кого я вчера из вытрезвителя забирала.
— Воды, — попросил Рё.
— В кране есть.
— Мы хотим бутилированной.
— Дорогие стали.
— У нас деньги есть.
— Тогда идите в автомат.
Они поплелись к автомату. Купили две бутылки воды. Выпили залпом. Стало легче. Немного.
Вернулись в комнату. Там уже просыпались остальные.
— А-а-а, — простонал Ито.
— А-а-а, — ответила Сакураба.
— А-а-а, — поддержала Хината.
Ногами сидела в углу, спокойная и свежая, как огурчик.
— Вы как? — спросила она.
— Мы умираем, — ответил Рё. — А ты почему нормальная?
— Да, — поддержал Кэнта. — Ты пила с нами! Ты должна страдать!
Ногами загадочно улыбнулась.
— Помните, я выпила первой? — спросила она.
— Помним. И что?
— А вы не заметили, чтоб я пила из другой ёмкости?
Все замерли.
— В смысле? — переспросил Ито.
— У меня был свой стакан. С антидотом.
— АНТИДОТОМ?!
— Ну да. Я же не идиот — пить экспериментальный эликсир без подготовки. Я приняла противоядие на вечеринке.
— То есть... — медленно начал Рё. — Ты знала, что эликсир... того?
— Знала. Он очень крепкий. И да, слегка токсичный. Но не смертельно. Просто похмелье будет знатное.
— И ты нас напоила этой дрянью, а сама выпила антидот?!
— Эксперимент, — пожала плечами Ногами. — Я должна была проверить реакцию на живых организмах. Вы подошли идеально.
— Мы — подопытные?!
— Вы — добровольцы. Никто не заставлял вас пить.
— Ты сказала, что выпьешь первой!
— Я и выпила. Антидот.
— Ты нас обманула!
— Я провела научное исследование. Это разные вещи. Ногами говорила с таким спокойствием, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся.
Повисла пауза. Все смотрели на Ногами с ужасом и восхищением.
— Ты — чудовище, — сказал Ито.
— Я — учёный, — поправила Ногами.
— Одно другому не мешает.
Кэнта вдруг засмеялся.
— Гениально, — сказал он. — Она нас поила отравой, а сама была трезвая. И всё записывала.
— Я записывала, — подтвердила Ногами, показывая блокнот. — Тут всё: ваши реакции, поведение, признания в любви.
— Признания в любви? — переспросила Хината, краснея.
— Ага. Особенно интересным был момент с Кэнтой.
— Что я говорил?
— Что любишь меня.
Кэнта замер. Рё замер. Все замерли.
— Я... говорил? — переспросил Кэнта.
— Да. Ползал на коленях и говорил, что я тёплая и что ты меня любишь.
— Я был пьян!
— Это не отменяет фактов.
Кэнта посмотрел на Ногами. Ногами смотрела на Кэнта. В её глазах мелькнула та же странная ухмылка, что и вчера.
— Так, — сказал Рё, нарушая тишину. — Давайте вернёмся к главному. Мы все в ужасном состоянии, а Ногами — в порядке. Что будем делать?
— Страдать, — предложил Ито. — И пить воду.
— И больше никогда не пить то, что даёт Ногами, — добавила Сакураба.
— Это вряд ли, — усмехнулась Ногами. — Вы же любопытные.
— Мы не любопытные, мы доверчивые.
— Одно другому не мешает.
Они сидели в разгромленной комнате, пили воду и смотрели на Ногами, которая спокойно записывала что-то в блокнот.
— Знаете, — сказал Рё. — А это был лучший вечер в моей жизни.
— Правда? — удивилась Хината.
— Правда. Потому что даже после такого кошмара мы все живы. И даже смеёмся.
— Ты смеёшься?
— Внутри.
— А, ну тогда ладно.
Кэнта подполз к Ногами.
— Слушай, — сказал он. — А что я ещё говорил?
— Всё в блокноте, — ответила Ногами. — Могу дать почитать. Когда протрезвеешь.
— А это правда было?
— Что именно?
— Ну... про любовь.
Ногами посмотрела на него долгим взглядом.
— Правда, — сказала она. — Но ты был пьян. Так что не бери в голову.
— И приходи через неделю. Проверим.
Кэнта задумался.
— Это приглашение? — спросил он.
— Это эксперимент, — ответила Ногами, но в уголках её губ мелькнула улыбка.
— Какая разница?
— Никакой. Для науки.
За окном орали чайки. Где-то вдалеке дед без штанов гонялся за попугаем. А в комнате 203 блока С шестеро (ну, ладно, пятеро) студентов пытались прийти в себя после экспериментального эликсира.
Ногами записывала последние наблюдения.
— Выводы, — бормотала она. — Эликсир номер семь эффективен. Вызывает эйфорию, раскрепощение и неожиданные признания. Побочные эффекты — сильное похмелье. Рекомендуется принимать с антидотом.
Кто-то в углу простонал. Кажется, это был Ито.
Конец семнадцатой главы.