Глава 18. Хэллоуин или ночь, когда даже Ногами нарядилась нормально
До Хэллоуина оставалась неделя, когда Ито ворвался в комнату 203 с криком:
— ПОДЪЁМ! У нас великая миссия!
Рё, который мирно читал мангу, даже не вздрогнул — привык.
— Опять война с блоком D? — лениво спросил он.
— Нет! Хэллоуин! В университете будет костюмированная вечеринка! Лучший костюм получит приз — годовой запас рамен!
Кэнта, который спал на верхней полке, мгновенно проснулся.
— РАМЕН? Я ИДУ!
— Но нужны костюмы, — добавил Ито. — Настоящие, страшные, смешные, чтобы всех порвать!
— Я буду варваром! — заявил Кэнта. — Как в игре! У меня уже есть топор!
— У тебя нет топора, — напомнил Рё.
— Будет! Я из швабры сделаю!
— Геннадия? — ужаснулся Рё. — Ты хочешь убить Геннадия?
— Он не умрёт, он переродится в топор. Это карма.
Хината, которая опять пришла за солью (она всегда приходила за солью в самый неподходящий момент), задумалась.
— А я, наверное, буду рыцарем, — сказала она. — Как в игре. У меня есть картон, сделаю щит.
— А ты? — Ито посмотрел на Рё.
Рё задумался. Вариантов было много, но вспомнив виртуальное платье, он твёрдо сказал:
— Я буду вампиром. Нормальным. В чёрном плаще.
— Скучно, — скривился Ито.
— Зато не розовое.
Вечером они собрались в комнате Ногами, чтобы обсудить детали. Ногами сидела за столом, на котором стояли колбы с разноцветными жидкостями.
— Я буду безумным учёным, — объявила она. — Это естественно.
— А где безумие? — спросил Кэнта.
— В реактивах. Я сделаю конфеты, которые светятся в темноте. И maybe слегка галлюциногенные.
— Слегка?
— Ну, если съесть одну — будет весело. Если две — увидишь своего умершего дедушку. Если три — дедушка начнёт танцевать.
— А если четыре?
— Не пробовала. Хочешь стать подопытным? Ногами улыбнулась той самой улыбкой, от которой у Нобуо в клетке начинали трястись усы.
Кэнта задумался.
— А дедушка будет в хорошем настроении? — спросил он.
— Обычно да.
— Тогда я подумаю.
Сакураба пришла с камерой и объявила, что будет "зомби-блогером".
— У меня уже есть грим, — сказала она, показывая лицо, разрисованное зелёным. — И камера всегда со мной. Сниму всё!
— Ты и так всё снимаешь, — заметил Рё.
— Но теперь буду страшно снимать!
Ито решил быть пиратом. Он где-то раздобыл треуголку, повязку на глаз и даже игрушечного попугая.
— Попугай будет говорить "пиастры"? — спросил Кэнта.
— Он будет говорить "кар", как настоящий.
— А настоящий у деда без штанов.
— Того я не рискнул брать. Он кусается.
Настал вечер Хэллоуина. Университетский холл превратился в царство тьмы: паутина, тыквы с горящими глазами, искусственные скелеты и музыка, от которой закладывало уши. Студенты в самых невероятных костюмах толпились у столов с пуншем и закусками.
Наша компания ввалилась внутрь, производя фурор.
Кэнта был варваром. Его костюм состоял из набедренной повязки (старые джинсы, обрезанные и обмотанные верёвкой), парика из пакли и топора, сделанного из швабры Геннадия. На груди он нарисовал красной краской надпись: "Я ВАРВАР".
— Ты похож на первобытного человека, который потерял одежду, — оценил Рё.
— Я похож на воина! — обиделся Кэнта. — Который пришёл за раменом!
Хината была рыцарем. Её доспехи из картона были тщательно раскрашены серебрянкой, щит украшал нарисованный дракон, а шлем (из ведра) сидел чуть криво, но держался.
— Ты прекрасна, — сказал Рё, и Хината покраснела даже под картоном.
Рё был вампиром. Чёрный плащ (старая простыня), накладные клыки (из пластиковой вилки) и бледный грим. Он старался выглядеть мрачно, но получалось скорее жалобно.
— Ты похож на графа Дракулу, который простудился, — заметил Ито.
— Зато не в розовом. Рё поправил плащ и попытался изобразить зловещую ухмылку, но из-за криво приклеенных клыков получилось нелепо.
Ногами была безумным учёным. Белый халат, взлохмаченные волосы, пробирки в карманах и страшная улыбка. Она раздавала всем желающим светящиеся конфеты с предупреждением:
— Ешьте осторожно. Если начнёт казаться, что стены движутся — значит, работает.
— А если не начнёт?
— Значит, вы умерли. Но это вряд ли.
Сакураба в образе зомби-блогера ходила с камерой и комментировала:
— Мы на месте! Вокруг монстры, вампиры, варвары! Особо выделяется субъект с топором из швабры. Похоже, он уже выпил экспериментального пунша.
Ито-пират гордо вышагивал с попугаем на плече. Попугай молчал, потому что был игрушечным, но Ито периодически подносил его к уху и кивал, делая вид, что тот что-то шепчет.
— Попугай говорит, что сегодня будет буря, — объявил он.
— В смысле?
— В смысле, конкурс костюмов скоро.
В холле было много народу. Рё заметил знакомые лица с других блоков. Блок D тоже был здесь: их лидер, девушка с короткой стрижкой, была одета в костюм ведьмы — зелёное лицо, остроконечная шляпа и метла.
— О, наши любимые соседи, — усмехнулась она, подходя. — А вы сегодня не голые?
— Мы в костюмах, — гордо ответил Кэнта. — Я варвар!
— Вижу. А почему топор из швабры?
— Это экологично.
Ведьма хмыкнула и отошла.
Начался конкурс. Ведущий — толстый парень в костюме скелета — объявил:
— Уважаемые монстры! Сейчас мы выберем лучший костюм! Проходите на сцену, покажите себя!
Кэнта рванул первым. Он встал в позу, замахал топором и заорал:
— Я ВАРВАР! Я ХОЧУ РАМЕН!
Зал засмеялся. Кто-то крикнул: "Топор из швабры — огонь!".
Хината вышла скромно, показала щит и даже сделала реверанс, от которого шлем свалился на глаза.
— Милый рыцарь, — сказал ведущий. — Броня из картона — оригинально. Хината покраснела и попыталась надеть шлем обратно, но он снова упал.
Рё вышел, попытался изобразить вампирский оскал, но клыки выпали прямо на сцену.
— Классика, — прокомментировала Сакураба из зала. — Вампир без клыков — как рамен без бульона.
Ногами вышла с колбой, в которой что-то шипело и дымилось.
— Я безумный учёный, — объявила она. — Хотите попробовать?
— А это не взорвётся? — спросил ведущий.
— Если только чуть-чуть.
Зал восхищённо загудел.
Сакураба вышла с камерой и начала снимать ведущего в упор.
— Что вы чувствуете? — спросила она. — Страх? Ужас? Желание убежать?
— Я чувствую, что меня снимают, — ответил ведущий.
— Отлично! Это войдёт в нарезку! Сакураба сделала круг вокруг ведущего, документируя его растерянность со всех ракурсов.
Ито вышел с попугаем и попытался изобразить пиратскую походку, но споткнулся о собственную шпагу и упал. Попугай отлетел в зал и приземлился на голову ведьме из блока D.
— Кар! — сказал игрушечный попугай. (Или показалось?)
Зал ржал.
Конкурс выиграла... Ногами. Её шипящая колба и безумный взгляд покорили жюри.
— Приз — годовой запас рамен! — объявил ведущий.
— Поделимся, — сказала Ногами, глядя на Кэнту. — Ты же варвар, тебе нужно много есть.
— Ура! — заорал Кэнта. Он бросился обнимать её, но Ногами ловко увернулась, и Кэнта обнял вместо неё колбу с дымящейся жидкостью.
После конкурса началась дискотека. Музыка гремела, тыквы светились, студенты плясали кто во что горазд. Кэнта танцевал с топором, задевая прохожих. Хината и Рё стояли в углу, стесняясь.
— Потанцуем? — предложила Хината.
— Я не умею, — признался Рё.
— Я тоже. Но можем просто покачаться.
Они покачивались под музыку. Это было мило. Рё старался не наступать Хинате на ноги, но один раз всё-таки наступил, и она пискнула, но сделала вид, что не заметила.
Ногами раздавала конфеты. Один парень съел две и начал разговаривать с тыквой.
— Она отвечает! — кричал он. — Тыква говорит, что завтра будет дождь!
— Это галлюцинация, — спокойно сказала Ногами. Она посмотрела на прогноз погоды в телефоне и кивнула: действительно, дождь обещали. — Но тыква права.
Ито пытался флиртовать с девушкой в костюме кошки, но его попугай постоянно падал и мешал.
— Это не я, это он! — оправдывался Ито.
— У тебя попугай пьяный? — удивилась кошка.
— Он просто устал.
Сакураба снимала всё подряд, особенно Кэнту, который умудрился воткнуть топор из швабры в потолочную плитку и теперь висел на нём, пытаясь достать.
— Помогите! — орал он. — Я варвар, а не акробат!
— Ты идиот, — поправил Рё, но пошёл помогать.
Вместе с Хинатой они стащили Кэнту вниз. Топор остался висеть в потолке.
— Геннадий теперь на небесах, — грустно сказал Кэнта.
— Геннадий — швабра. Он будет жить вечно, — утешил Рё. Он похлопал Кэнту по плечу, и они оба посмотрели на торчащий из потолка топор, как на надгробный памятник.
Ведьма из блока D подошла к ним.
— Слушайте, — сказала она. — А вы ничего, весёлые. Давайте прекратим войну?
— А что взамен? — спросил Ито.
— Дружбу? — предложила она.
— Дружбу можно, — кивнул Ито. — Но если вы опять начнёте, мы напоим вас снотворным и привяжем к пальме.
— Договорились.
Они чокнулись пуншем. Пунш оказался с добавками Ногами, потому что через пять минут ведьма начала принюхиваться к своей метле.
— Она пахнет сиренью, — удивлялась она. — А должна деревом.
— Это глюки, — успокоила Ногами. — Пройдёт к утру.
К полуночи вечеринка начала затихать. Студенты расходились, кто-то уже спал в углах, кто-то танцевал в одиночестве.
Наша компания собралась у выхода.
— Ну что, — сказал Ито. — Хэллоуин удался?
— Я потерял Геннадия, — вздохнул Кэнта.
— Геннадий теперь часть интерьера университета. Можно брать деньги за экскурсии.
— А мне понравилось, — улыбнулась Хината.
— Мне тоже, — признался Рё. — Даже без клыков.
— Твои клыки у меня, — сказала Сакураба, доставая из кармана вилку. — Я сохраню на память.
— Зачем?
— Для истории.
Ногами записывала в блокнот:
— Эксперимент удался. Конфеты работают. Количество галлюцинаций — 7. Из них 3 — с разговорами с тыквами. Можно улучшать. Она задумчиво посмотрела на ведьму из блока D, которая всё ещё нюхала метлу в углу.
Они вышли на улицу. Ночь была тёмная, но звёздная. Где-то вдалеке орали чайки (они никогда не спали), а дед без штанов гонялся за попугаем с криком:
— Верни шляпу! Она мне дорога как память!
— У него сегодня тоже Хэллоуин, — заметил Кэнта.
— У него каждый день Хэллоуин.
Они пошли в общагу. Кэнта всю дорогу ныл о потерянном Геннадии, но Ногами пообещала сделать ему новый топор из старых пробирок.
— Будет светиться в темноте, — сказала она.
— И взрываться?
— Если захочешь.
— Хочу!
В холле их встретила комендантша. Она была в костюме... себя самой.
— А вы где шляетесь? — рявкнула она. — Уже первый час!
— Мы на Хэллоуине были, — объяснил Ито.
— И что, повеселились?
— Ага. Кэнта топор в потолок воткнул.
— В университете?
— Ага.
— Завтра уборка.
— Мы так и знали.
— Неделю.
— Не справедливо.
Они поднялись в комнату. Кэнта рухнул на кровать и мгновенно заснул. Рё сидел на своей кровати и смотрел в потолок.
— Хороший день, — сказал он.
— Ага, — отозвалась Хината из коридора. — Спокойной ночи.
— Спокойной.
Он лёг и закрыл глаза. Завтра была уборка, но это завтра. А сегодня был Хэллоуин, который они запомнят надолго.
Особенно топор Геннадия, оставшийся висеть в потолке университета как памятник их безумству.
Конец восемнадцатой главы.