Солнце висело точно в зените уже очень давно.
Сначала Лиор думал, что просто день выдался длинным. Телега Ригана мерно покачивалась на ухабах, колёса поскрипывали, лошади фыркали. Лес по обе стороны дороги был редким, светлым, почти приветливым. Вейнара сидела рядом, слегка привалившись к борту, и смотрела вперёд. Рана на её боку уже почти не беспокоила — по крайней мере, так она сказала.
— Хорошая погодка сегодня, — произнёс Риган, не оборачиваясь. — До Геранстрей доберёмся без проблем.
Лиор кивнул. Тень от большого дуба на обочине лежала ровно. Не двигалась.
Через час он заметил, что тень всё ещё лежит точно так же. Ни на миллиметр не сдвинулась.
— Странно, — пробормотал он себе под нос.
Вейнара повернула голову.
— Что?
— Ничего. Просто… солнце.
Они продолжили ехать.
«День» тянулся. Они ели сухари и вяленое мясо, пили воду из фляги, иногда перекидывались короткими фразами. Солнце не двигалось. Тень не двигалась. Риган снова сказал, точно теми же словами:
— Хорошая погодка сегодня. До Геранстрей доберёмся без проблем.
Лиор почувствовал лёгкий холодок в груди.
Второй «день» начался точно так же.
Они проснулись в телеге. Солнце всё так же стояло в зените. Та же тень от того же дуба. Та же дорога. Те же деревья. Риган щёлкнул вожжами и произнёс:
— Хорошая погодка сегодня. До Геранстрей доберёмся без проблем.
Вейнара резко села.
— Лиор… ты тоже это замечаешь?
Он кивнул. Внутри уже начало закипать раздражение, но злость не хотела цепляться. Она вспыхивала и тут же гасла в той самой пустоте, которая теперь жила в нём постоянно.
— Это не может быть просто долгим днём, — сказал он. — Мы уже должны были проехать гораздо дальше.
Третий «день» стал настоящей пыткой.
Они снова ели. Снова пили. Снова пытались спать. Солнце висело. Тень лежала. Риган снова и снова повторял одну и ту же фразу, будто заело пластинку. Дорога казалась знакомой до тошноты — те же камни, те же повороты, те же сломанные ветки на обочине.
Вейнара вдруг схватилась за грудь.
— Связь… она странная. Как будто зациклилась. Я чувствую тебя слишком чётко, но всё время одно и то же. Будто мы топчемся на месте.
Лиор попытался разозлиться по-настоящему. На дорогу. На Ригана. На самого себя. Но пустота быстро съела вспышку, оставив только тупое, ноющее раздражение.
— Что за хуйня здесь творится? — процедил он.
Вейнара посмотрела на него. В её глазах впервые за долгое время мелькнуло настоящее беспокойство.
— Это из-за твоей новой силы, — тихо сказала она. — Той искажённой дряни, которую тебе всучил Йозеф. Она ломает реальность вокруг нас.
Лиор резко повернулся к ней.
— А может, это из-за тебя и твоей долбаной Связи? Может, ты сама нас сюда затянула, потому что не можешь нормально заживить свою рану без моих приказов?!
Слова вырвались жёстче, чем он хотел. Вейнара отшатнулась, будто он её ударил. В её глазах мелькнула боль — настоящая, не от раны.
— Ты серьёзно? — прошептала она. — Я сражаюсь за тебя с самого начала, а ты…
Они замолчали. Оба понимали, что говорят ерунду, но остановиться уже не могли.
Риган снова повернул голову и улыбнулся той же самой улыбкой.
— Хорошая погодка сегодня. До Геранстрей доберёмся без проблем.
Четвёртый «день» окончательно сломал их.
Разговоры повторялись. Те же обвинения. Те же фразы. Те же взгляды. Риган уже не выглядел человеком — его лицо начало слегка оплывать, как будто воск на солнце. Глаза иногда смотрели в разные стороны. Голос звучал с лёгким эхом.
Лиор сидел, сжав кулаки, и смотрел на неподвижное солнце.
— Это не настоящий мир, — сказал он наконец. Голос был хриплым. — Это… спектакль. И мы в нём главные актёры.
Вейнара посмотрела на него.
— Что ты имеешь в виду?
— Йозеф. Его улыбка. Его слова про то, что он будет наблюдать. Его иллюзии, которые «слишком реальные для человека». Это всё он. Он нас запер. И петля держится не на мире. Она держится на мне.
Он встал в телеге. Мир вокруг был идеально ровным. Слишком правильным. Слишком театральным.
— Если это не настоящий мир… значит и я могу быть не настоящим.
Вейнара побледнела.
— Лиор, нет. Не делай этого.
Но он уже сосредоточился.
Создал кинжал. Иллюзорный. Сначала тот выглядел фальшивым — слишком ровным, слишком лёгким. Тогда Лиор заставил себя поверить. По-настоящему поверить. Что это настоящий клинок. Что он острый. Что он может резать плоть. Что он настоящий.
Он приставил кинжал к своему боку, чуть ниже рёбер.
Вейнара рванулась к нему.
— Лиор! Не надо!
Он не остановился.
Вонзил.
Боль пришла настоящая. Жгучая, рвущая, невыносимая. Кровь потекла по пальцам — тёплая, липкая, настоящая. Мир вокруг дёрнулся. Звук разорвался, как старая ткань. Цвета пошли трещинами. Дорога начала крошиться, будто стекло под ударом. Риган замер с открытым ртом — его лицо начало оплывать ещё быстрее.
Внутри Лиора что-то хрустнуло. Не тело. Что-то глубже. Будто тонкая духовная сетка, которая держала его целым, начала рваться и переписываться заново. Боль была не только физической. Она была экзистенциальной.
Вейнара закричала. Настоящим, человеческим криком.
А потом всё схлопнулось.
Мир рухнул внутрь себя с отвратительным, рвущимся звуком.
Они снова сидели в телеге.
Но теперь был настоящий вечер. Солнце висело низко, почти касаясь горизонта. Тени стали длинными и правильными. Дорога была другой — с новыми поворотами, новыми деревьями, новыми камнями.
Лиор сидел, прижимая руку к боку. Крови не было. Только лёгкая, пульсирующая боль и странное тепло, которое быстро сменялось холодом. В голове мелькали обрывки. Он пытался вспомнить, как звали его первую девушку в детстве… и не смог. Имя просто исчезло. Осталось только смутное ощущение тепла и смеха.
Вейнара смотрела на него широко раскрытыми глазами. В них был настоящий страх.
— Ты не должен был это делать… — тихо сказала она дрожащим голосом. — Ты сломал себя. Я почувствовала. Что-то внутри тебя… переписалось. Навсегда.
Лиор медленно выдохнул. Он чувствовал силу. Новую. Более острую. Более послушную. Но вместе с ней пришли лёгкие галлюцинации по краям зрения. Тени двигались не так, как должны. Иногда ему казалось, что дорога слегка изгибается, хотя была прямой. А в груди то становилось невыносимо тепло, то резко холодно.
Риган, настоящий Риган, обернулся и спокойно сказал:
— Привал скоро. Хорошая погодка сегодня.
Лиор не ответил. Он просто смотрел вперёд.
Где-то очень далеко, в тени придорожных деревьев, кто-то в широкополой шляпе тихо рассмеялся.
«Хм… даже быстрее, чем я думал.
Теперь ты действительно интересный.»