В тот день приборы Халдеи сошли с ума. Система «Судьба», предназначенная для призыва Героических Душ, начала издавать звуки, похожие на скрежет разрываемого металла.
— Мастер! Это не Слуги! — кричала Да Винчи, пытаясь удержать искрящуюся панель управления. — Сигнал идет не из истории человечества. Он идет из... пустого места! Из другой Вселенной!
Я стоял перед кругом призыва. Вместо привычного синего сияния из него повалил густой, осязаемый мрак, пахнущий озоном и первобытным лесом. Из этого хаоса начали соткаться силуэты.
Первым проявился Люциус. Его доспех не был похож на земной — он казался отлитым из застывшего солнечного света. Он оглядел стерильные стены Халдеи с таким презрением, будто попал в сточную канаву. — Значит, это и есть «вершина» местной цивилизации? — его голос вибрировал, заставляя стекла дрожать. — Примитивно. Мастер, если ты тот, кто вытянул нас из нашего покоя, надейся, что у тебя есть веская причина. Иначе я осужу этот мир прежде, чем ты успеешь извиниться.
Следом материализовались двое: один — холодный, как космический вакуум (Рюносукэ), другой — порывистый, как ураган (Райдзин). Они даже не смотрели на меня, они изучали пространство, словно хищники в новой клетке. — Воздух здесь слишком... густой, — процедил Рюносукэ, и пол под его ногами покрылся трещинами от мгновенной заморозки. — А мне нравится! — Райдзин оскалился, и фиолетовые искры спрыгнули с его пальцев на ближайший кабель. — Здесь много энергии. Будет что крушить, когда нам станет скучно.
Кадзуха вышла последней, опираясь на посох, который казался живым существом. Она вдохнула воздух Халдеи и поморщилась: — Никакой жизни. Только мертвый металл и фальшивый свет. Мастер... ты пахнешь страхом. Это хорошо. Страх — отличная почва для моих семян.
Но всё затихло, когда из центра круга медленно вышел Акадзума. Он не был похож на воина или мага. Он был похож на дыру в реальности. Его присутствие давило на психику, вызывая инстинктивное желание бежать. Он подошел ко мне вплотную. Его взгляд не был человеческим — это был взгляд Бездны, смотрящей на искру. — Мы не из вашего «Трона», — его голос был тихим, но заполнял всю комнату. — Мы — те, кто завершает циклы в мирах, о которых ваши боги даже не слышали. Ты призвал нас... но готов ли ты платить цену за наше присутствие? Мы не Слуги. Мы — Пять Бедствий. И наше присутствие здесь — это уже начало конца.
Да Винчи застыла, не смея нажать ни одну кнопку. Халдея только что открыла дверь в иное измерение, и те, кто вошел, явно не собирались подчиняться приказам.