Первая миссия в Сингулярности «Искаженный Олимп» должна была стать проверкой координации. Но Совет Пяти Бедствий не понимает слова «координация». Для них война — это не тактика, это манифестация их сути.
Как только мы материализовались в Греции, на нас обрушились легионы механических солдат. Арбалетные болты, заряженные божественной маной, летели тучей.
— Мастер, разреши мне «упорядочить» этот хаос, — Люциус даже не достал оружия. Он просто шел вперед, и каждый солдат, попадавший в его золотое сияние, мгновенно превращался в слиток чистого металла. — Слишком много шума от этих консервных банок.
Райдзин не стал ждать. Он превратился в фиолетовую молнию и прошил гору насквозь. Грохот был такой, что в Халдее, должно быть, зашкалили сейсмографы. — Смотри, Мастер! Я нашел их склад энергии! — прокричал он, и через секунду вершина Олимпа взлетела на воздух в гигантском грибе плазменного взрыва.
Но настоящий ужас начался, когда из недр храма вышел Истинный Механический Бог. Он занес молот, способный расколоть тектоническую плиту. Я приготовился отдать приказ к отступлению, но Акадзума просто положил руку мне на плечо. Его пальцы были ледяными и тяжелыми.
— Слишком много усилий для такой мелкой цели, — тихо произнес он. — Мастер, ты хочешь, чтобы эта преграда исчезла? — Да, но... — я не успел договорить.
Акадзума сделал шаг вперед. Мир вокруг него начал «лагать». Пространство под его ногами не просто трескалось — оно переставало существовать.
— Causality Collapse: Absolute Void.
Произошло нечто, чего не видела ни одна запись Халдеи. Не было взрыва. Не было звука. Просто в ту секунду, когда Акадзума закрыл глаза, Механический Бог, Храм и половина горы Олимп просто исчезли. На их месте осталась идеально круглая воронка, дно которой уходило в саму пустоту планеты. Вместе с врагом исчезла вся история региона, все записи и даже воздух в радиусе километра.
Я стоял в тишине, глядя на этот кошмар. — Что ты наделал?! — вырвалось у меня. — Мы здесь, чтобы спасти историю, а не стереть её! Да Винчи сейчас в обмороке, у нас в отчетах теперь «дыра» вместо Сингулярности!
Акадзума обернулся. В его взгляде не было вины — только искреннее непонимание. — Ты просил убрать преграду. Её больше нет. Зачем цепляться за камни, которые всё равно обратятся в прах?
— Это не просто камни! — я сорвался на крик. — Это мир, который я защищаю. Рюносукэ, Кадзуха, Люциус... все вы! Живо вернули всё на место! Я не сдвинусь с этой точки, пока Олимп не будет стоять там, где он был!
Драконы замерли. Впервые «муравей» приказывал стихиям исправить содеянное. Рюносукэ сузил глаза: — Ты предлагаешь нам тратить силы на созидание примитивных форм? Мастер, это... дерзко. — Мне плевать, — я скрестил руки на груди. — Восстанавливайте. Иначе можете возвращаться в свою Пустоту прямо сейчас.
Они работали весь вечер. Это было странное зрелище: Люциус ткал каркас горы из золотого света, Кадзуха заполняла пустоты корнями и почвой, Райдзин сплавлял камни молниями, а Рюносукэ фиксировал структуру льдом, чтобы она не рухнула.
Когда они закончили, Олимп вернулся. Он был другим — сияющим, живым, пугающе величественным «Олимпом 2.0». Но я всё еще был в ярости. Я молча развернулся и ушел в портал рейшифта.