Глава 217
“….”
У 5-й принцессы Нео ушло немало времени, чтобы прочитать все записи Мирабель.
Дело было не в том, что Нео читала медленно. Просто она, не в силах поверить в написанное, раз за разом перечитывала одни и те же строки.
Она не могла в это поверить.
То, что человек может всю жизнь жертвовать собой ради общего блага, а потом продолжать жить как ни в чем не бывало.
Нео даже представить не могла, насколько это тяжело, поэтому еще долго не могла прийти в себя от потрясения.
«Глава „Баланса“, Зекиэль».
Он не мог потребовать от императорской семьи никакой награды. Ведь записи о его заслугах были полностью стерты.
Разве можно просить вознаграждение за подвиги, которых официально не существует? Это невозможно. Его жизнь была подобна винтику, который некоторое время использовали для работы огромного механизма империи, а затем выбросили.
Более того, он даже сейчас не свободен.
Разве он не заперт в императорском дворце, обучая принцесс только потому, что обладает выдающимися способностями? Даже если он получает плату, в ней нет смысла. Тратить её всё равно негде.
Нео не знала, как теперь смотреть Зекиэлю в глаза. В памяти всплывали их прошлые разговоры.
— Расскажи мне какую-нибудь историю из прошлого.
— Истории о вас, учитель, очень интересные.
— Как вы жили, что делали…
Нео действительно спрашивала его об этом.
Она задавала эти вопросы легко, но для него они наверняка звучали совсем иначе. Как же, должно быть, сжималось его сердце каждый раз, когда он слышал подобные расспросы?
Нео отчетливо помнила и ответы Зекиэля.
— Ничего интересного.
— Да и не помню я толком ничего.
Он был вынужден отвечать именно так.
Это была правда, которую нельзя было раскрыть, даже если бы он захотел, и даже если бы он рассказал кому-то, никто не смог бы его понять.
Каково это — жить, неся в себе прошлое, которое никто не признает и никто не разделит? Это известно лишь самому Зекиэлю.
— Капитан Зекиэль…
Мирабель прервала затянувшееся молчание. В её голосе слышалось глубокое сожаление.
— Пусть он был суров в словах и выражениях, но в душе он был очень добр. Он всегда старался в одиночку брать на себя самые опасные задания и изо всех сил пытался не показывать слабости.
Именно поэтому он смог удержать пост главы и управлять такой выдающейся организацией. Нео не могла вымолвить ни слова, лишь тихонько всхлипывала.
Она чувствовала огромное чувство вины. Теперь она жалела о тех словах, что иногда бросала Зекиэлю, не задумываясь.
Мирабель продолжала:
— Однажды другой агент получил серьезное ранение. Вокруг были враги, и самым разумным решением было бы оставить его и отступить, но он всю ночь сражался, защищая его. Наш капитан всегда был таким.
— …Он был хорошим лидером.
Это было единственное, что могла сказать Нео.
Мирабель медленно кивнула. В голосе женщины, терзаемой раскаянием, задрожали слезы.
— Конечно. Даже когда ему самому ничего не доставалось, он каким-то образом умудрялся выбивать награды для своих подчиненных… Но мы оказались слишком никчемными.
В конце концов, из глаз Мирабель покатились слезы.
Мирабель всегда была женщиной, которая светилась дружелюбием и ярко улыбалась. Но, видимо, дела, связанные с организацией, которой она так дорожила, вызывали у неё слезы.
“….”
Нео не могла смотреть на плачущую Мирабель и лишь теребила в руках записи.
Самые подробные сведения о деятельности «Баланса» и его агентах сейчас находились в руках принцессы.
— Если бы мы были так же хороши, как наш капитан, и все остались бы живы, он бы не стал таким печальным, как сейчас… Всё из-за нашей нерешительности…
Слезы Мирабель лились ручьем.
— Он мог бы просто покончить с собой, так зачем же он продолжает обучать принцесс? Капитан надеется, что однажды сможет хотя бы заговорить об этом с императором. Попросить его сделать хоть что-то для своих людей… Хлюп…
— …А.
От этих слов у Нео закружилась голова.
Это было вполне логично. Жить жизнью, не приносящей никакой выгоды, можно лишь в том случае, если у тебя есть заветная цель.
Может быть, он думает, что если будет послушно подчиняться и оставаться при императорском дворе, то однажды сможет подать прошение, касающееся его людей?
Но это невозможно.
Нео хорошо знала императора империи, Берда.
Что бы ни сделал Зекиэль, император никогда не выполнит его просьбу.
— Ваше Высочество.
Когда Нео погрузилась в глубокие раздумья, Мирабель тихо позвала 5-ю принцессу.
Слезы всё еще текли по её лицу. Нео осторожно посмотрела на неё.
— На самом деле, мои способности настолько ничтожны… что я до сих пор не знаю, что делать с этими записями. Я их записала, но как ими распорядиться…
Мирабель смотрела на записи в руках Нео, как на родное дитя. И это было неудивительно: ведь это было самое ценное, что она создала за всю свою жизнь.
— Я мечтала поведать об этом всему миру, но так и не придумала, как это сделать… Пожалуйста, хотя бы сохраните их, Ваше Высочество. Умоляю вас.
После этих слов по лицу Мирабель снова хлынули слезы. Было отчетливо видно, какая глубокая печаль отражается на её лице.
— О, простите меня, капитан. Простите меня, ребята… Почему последней осталась именно я, такая бестолковая… Я, которая не знает ни единого способа… Хнык…! У-у…!
На этом их разговор закончился.
Мирабель, которая всегда показывала лишь свою яркую улыбку, в свой последний час лишь долго плакала.
Пока проклятие не усилилось и она окончательно не потеряла рассудок.
“….”
Когда Мирабель перестала узнавать даже лицо Нео, принцесса с тяжелым сердцем покинула палату.
На душе у неё лежал тяжелый камень.
.
.
.
.
.
Прошла неделя.
Всю эту неделю Нео ни разу не выходила из своей спальни. Она была слишком потрясена случившимся и просто не знала, что делать.
Тук-тук.
Тем временем уже неделю кто-то стучался в её дверь.
— Нео, сегодня пора на урок.
Голос Зекиэля. Но Нео не могла вымолвить ни слова в ответ.
У неё не было смелости встретиться с ним взглядом. Она не знала, как себя вести, если они увидятся.
Из-за двери послышался тяжелый вздох.
— Император наверняка спросит с тебя за это.
В обычное время она бы тут же выскочила, дрожа от одного упоминания императора, и побежала на урок. Но сейчас всё было иначе.
Даже император казался ей чем-то незначительным. Настолько велико было потрясение от другого события.
В голове Нео была лишь мысль о задании, оставленном Мирабель. Как же эффективно использовать эти записи?
Снова послышался вздох из-за двери.
Затем последовал голос, звучащий так, будто он пытался пойти на компромисс:
— Ладно. Сегодня вместо урока давай займемся свободными исследованиями, которые ты так любишь. Ты ведь говорила, что хочешь создать барьер? Давай займемся этим. Пропускать занятия нельзя.
И в этот самый момент.
Нео осенило. Словно в темной комнате зажглась лампочка.
Из уст Нео, которая целую неделю не вылезала из-под одеяла, вырвался голос:
— …Барьер.
Завеса демонов.
Это была её цель и хобби.
Она начала изучать магию и свитки, одновременно пытаясь создать барьер.
…А что, если использовать это?
В глазах Нео постепенно возвращался блеск.
На самом деле Мирабель просила её лишь сохранить записи, но Нео не хотела, чтобы они просто пылились без дела.
И теперь она наконец нашла ответ, что с ними делать.
— Нео. Прямо сейчас…
Распах! —
Зекиэль, который собирался сказать что-то серьезное, не успел закончить фразу. Нео распахнула дверь спальни и вышла наружу.
— …Нео?
Зекиэль нахмурился, произнося её имя.
За неделю вид Нео стал довольно неопрятным. Он забеспокоился, не заболела ли она.
Мужчина с опозданием кивнул:
— …Если ты больна, это другое дело. Почему служанки не доложили о твоем состоянии? Если нужно отдохнуть — отдыхай.
— Нет.
Как только Зекиэль закончил говорить, Нео решительно покачала головой. Девочка уже приняла решение.
— Завеса демонов… я хочу её создать.
— Так вот в чем дело? Ну ты даешь.
Да, в глазах Зекиэля она выглядела как девочка, которая избегала уроков, но выскочила, услышав о свободном исследовании.
Это было вполне ожидаемо. Ситуация выглядела именно так.
Но Нео уже быстро выстраивала план в своей голове. Очень четко.
«По одной записи в каждый фрагмент, я помещу их все туда».
Если это удастся?
…Цель Мирабель обязательно будет достигнута.
Нео молча последовала за Зекиэлем.
Это был первый шаг к осуществлению грандиозного плана.