Глава 209
Похоже, Пятая принцесса поддерживала жизнь Мирабель и её дочери.
«Зачем?»
Голова Зекиэля наполнилась вопросами.
Пятая принцесса, желающая разрушения Завесы демонов, и мать с дочерью, стремящиеся её починить. Они — полные противоположности, и по логике вещей должны быть врагами. Не может быть, чтобы они сотрудничали.
«Это определённо поддержка Пятой принцессы».
Зекиэль, как никто другой, не мог в этом ошибиться. Это значило, что поддержку мог оказывать только кто-то один — Пятая принцесса.
А это значит…
«Может, у Пятой принцессы есть какой-то другой замысел?»
На данный момент ничего иного на ум не приходило.
Он покачал головой, отгоняя лишние мысли. Сейчас правильнее было сосредоточиться исключительно на починке Завесы демонов.
— Почему вы молчите? Не о чем беспокоиться.
Девочка заговорила именно в этот момент. Похоже, она неверно истолковала молчаливые раздумья Зекиэля.
— С тех пор как я была младенцем, тележка наполнялась сама собой. Я тоже иногда задавалась вопросом, кто это делает, но вскоре перестала обращать внимание. Всё равно узнать это было невозможно.
Девочка сказала это, открывая банку консервов.
— Никто не ругает, если берёшь без спроса. И живот от них не болит. Так что можете спокойно пользоваться.
Зекиэль молча принял это к сведению.
С самого рождения девочки эта тележка регулярно наполнялась. Она ещё совсем ребёнок, и раз жила с этим явлением всю жизнь, то вполне естественно, что считает это нормой.
Сначала нужно было обсудить дела, касающиеся Завесы демонов.
— Ты назвала Завесу демонов подарком. Что это значит?
— Это и есть подарок. И к тому же заветное желание моей мамы.
Девочка пожала плечами.
— Она всегда говорила, что её мечта — завершить Завесу демонов. Говорила, что обязательно должна кому-то её подарить.
Значит, Мирабель мечтала починить Завесу демонов.
Однако одна фраза постоянно цепляла слух Зекиэля.
— Слушая тебя, я замечаю, что ты не говоришь «починить». Ты называешь это «завершить».
— Так говорила моя мама. Она считала, что Завеса демонов не разрушается, а просто остаётся незавершённой.
— …Незавершённой?
— Я бы хотела объяснить подробнее, но, честно говоря, сама не знаю причин. Моя мама сошла с ума, постоянно повторяя лишь то, что её мечта — завершить Завесу демонов.
Несмотря на то, что это была очень болезненная тема, девочка рассказывала об этом довольно спокойно. Как будто это было в порядке вещей.
Возможно, из-за суровой реальности, в которой она оказалась, она повзрослела не по годам.
— Кажется, у мамы не было выдающихся магических способностей. На самом деле, она ведь сама прекрасно понимала, что своими силами ей этого не завершить?
Девочка продолжила, пережёвывая мясо из консервной банки.
— И как и ожидалось, она не справилась с завершением Завесы и сошла с ума. А я, будучи в здравом уме, просто стараюсь изо дня в день исполнить мамину мечту.
— Был ли какой-то прогресс?
— Был. Записи мамы очень помогли.
Девочка кивнула.
— Поскольку у мамы был низкий уровень магии, она записывала всё, что видела и чувствовала телом, максимально подробно. Чтобы кто-то другой, пусть даже спустя время, мог продолжить работу.
Вскоре она принесла из угла комнаты книгу.
Интересно, как именно эти записи помогли в починке Завесы? Зекиэль тут же открыл её.
— Светящаяся сфера расцветает на ладони. Размер должен быть в точности как у яйца, а цвет не должен быть темнее синевы ручья. Сконцентрировав ману…
Прочитав это, он невольно нахмурился.
— Что это…
— В каждом фрагменте Завесы демонов есть магические формулы в виде задач, верно? Это попытки выразить ответы на них.
Да, это Зекиэль и сам прекрасно понимал.
Но проблема была не в этом.
«Обычные маги ни за что не разберут, что здесь написано».
Простой пример: то, что мы называем «ударом ногой».
Мирабель не знала слова «удар ногой». Поэтому…
— Зафиксировав одну ногу на земле, взмахните другой по горизонтали. Важно задействовать силу поясницы.
Она описала это именно так. Подобные записи могут понять только маги высокого уровня, такие как Зекиэль, для остальных же это лишь набор непонятных слов.
Это значит, что записи не были предназначены для облегчения понимания.
Зекиэль спросил девочку:
— Ты работала, опираясь на это?
— Да. Сначала я вообще ничего не понимала, но, пробуя использовать ману то так, то эдак, я кое-что осознала.
Девочка мельком взглянула на место, которое читал Зекиэль, и на её крошечной ладони возникла сфера маны.
Зекиэль был немало удивлён. Магия девочки была довольно искусной, и это определённо был правильный ответ.
— Ты знаешь, что за магию только что применила?
— Нет? Не знаю.
Девочка невозмутимо покачала головой.
«Она — полная противоположность Мирабель».
Если Мирабель не знала названий ответов и старалась оставить как можно больше записей, то девочка, наоборот, не знала никаких процессов, а знала только сами ответы.
Это значит, что она умеет делать удар ногой, двигая телом, но понятия не имеет, что этот приём называется «удар ногой».
— Я не разбираюсь в принципах, просто находила в маминых записях то, что, как мне казалось, я смогу сделать, и пробовала одно за другим. Так я дошла до сегодняшнего дня.
Девочка расшифровала около восьмидесяти процентов фрагментов Завесы демонов.
Сколько же усилий потребовалось, чтобы найти ответы на восемьдесят процентов фрагментов и соответствующие им участки земли, не зная при этом никаких принципов?
Поскольку она не знала принципов, ей приходилось проверять всё на собственном теле. Должно быть, она занималась этим целыми днями.
Это так же медленно и трудно, как маленькие капли воды, разбивающиеся о скалу и точащие её. Нет, пожалуй, точить скалу каплями воды легче, чем то, чем занималась эта девочка.
Зекиэлю стало любопытно:
— Почему ты этим занимаешься?
— Мне не нравится, что мамина мечта остаётся в виде чего-то невозможного. Если я добьюсь успеха, то мечта сама по себе будет исполнена. Вот с такими мыслями я и делаю это.
Зекиэль посмотрел на стены дома.
Правильные ответы для фрагментов, расположение соответствующих участков земли.
Всё это было результатом того, что девочка пробивалась через всё на собственном опыте. Это вызывало не просто жалость, а тяжёлое чувство в груди. Маленькая девочка вынуждена жить, занимаясь подобными вещами.
Если сравнить с жизнью её сверстниц, разница была огромной. Будь она из знатной семьи, уже начала бы учиться в академии, проживая свою бурную молодость.
Девочка же не желала ничего подобного. Она просто хотела исполнить мечту, которую мама оставила незавершённой.
— И всё же, почему ты пришла к таким мыслям?
Этот вопрос он задал скорее из-за чувства досады, чем из любопытства.
— Ты не знаешь принципов магии, не знаешь названий. Возможно, тебе придётся посвятить всю жизнь тому, чтобы найти оставшиеся ответы. Не пожалеешь ли ты о такой жизни?
— Моя мама тоже не жалела.
Девочка ответила спокойно.
— Если о чём она и жалела, так это о том, что не увидела завершения Завесы демонов своими глазами. Но она ни разу не пожалела о том, что жила именно так.
Зекиэль не мог даже представить, сколько боли и испытаний скрывалось за этим серьёзным голосом.
— Мама была для меня самым дорогим и единственным человеком. Почему она так стремилась к этому, даже перед тем как сойти с ума… Мне было любопытно, и я хочу это узнать.
Вскоре взгляд девочки встретился со взглядом Зекиэля.
— Я слышала, что качество мага — исследовать и раскрывать то, чего не знаешь. Разве я тогда не маг?
Бесконечно печальная история.
Что бы ни случилось, жизнь Мирабель, которая в конце концов сошла с ума, была жалкой, и её дочь тоже обрекла себя на эту жалкую жизнь, продолжая её дело.
Но в то же время он понимал чувства девочки.
С другой стороны, девочка не выглядела подавленной. Скорее, в ней даже проскальзывало некое воодушевление.
— Но всё же я рада!
— Почему?
— На самом деле, я даже не знала, что делать с оставшимися ответами, но теперь такой мастер, как вы, помогает мне завершить Завесу демонов. Конечно, я рада!
Сказав это, она предложила Зекиэлю банку мясных консервов. С очень уверенным видом.
— Попробуйте, вам точно понравится! Это очень вкусно.
На самом деле, Зекиэлю это было знакомо.
Он часто ел их вместе с Пятой принцессой во время занятий. Почувствовав аромат копчёного мяса, он вновь вспомнил прошлое.
.
.
.
.
.
Рассвет.
— …!
— …!
Зекиэль проснулся от какого-то шума.
Это был звук снаружи, кто-то кричал хриплым голосом. Это была Мирабель.
— Есть донесение…!
— Задание ещё не выполнено…!
Было больно смотреть, как она кричит в пустоту посреди ночи. Как только Зекиэль собрался выйти, чтобы остановить её…
— Не ходите.
Маленькая ручка ухватилась за рукав Зекиэля. Девочка остановила мужчину.
Когда их взгляды встретились, девочка сказала:
— Хотя внешне кажется, что она просто сошла с ума, я, как дочь, знаю. Это время, которое мама любит больше всего.
— …Любит больше всего?
— Да. Время, когда она разговаривает с командиром.
Зекиэль снова посмотрел в окно. Мирабель просто кричала в пустоту.
— Даже если попытаться её остановить, это невозможно. В это время она не реагирует, даже если кто-то рядом с ней заговорит. Но, кажется, мама считает время, когда она так себя ведёт, самым важным. Я чувствую её искренность.
— ….
Время, когда она разговаривает с командиром, значит.
— Мирабель…!
— Приказ об отставке ещё не получен…!
Может быть, она до сих пор иногда ошибочно полагает, что разговаривает с Зекиэлем?
Девочка принесла консервы вместо неё.
— Если вы проснулись, не хотите перекусить? Я теперь просто принимаю это как должное. В такие моменты я просто ем консервы и жду, когда мама закончит кричать.
— ….
Странное поведение Пятой принцессы.
Трагическая жизнь матери и дочери.
Пережёвывая мясо из консервной банки, Зекиэль твёрдо пообещал себе.
Что закончит починку Завесы демонов как можно скорее.
В тот рассвет Зекиэль не спал, а перечитал все записи, оставленные Мирабель.
И наконец, он всё понял.
Починка Завесы демонов вступила в финальную стадию.