Глава 213
Беды всегда случаются внезапно, словно стихийные бедствия.
Они масштабны и не дают времени на то, чтобы хоть как-то отреагировать. Прямо как заявление императора, прозвучавшее перед Завесой демонов.
Однако Зекиэль собирался сделать всё возможное. Наполнив тело маной, он помчался вперед с безумной скоростью.
Пунктом назначения, разумеется, было место, где находились Пятая принцесса и император.
Столица империи.
Ш-ш-ш-шух!
Сколько он так промчался, используя ману? Он пришел в себя лишь тогда, когда уши заложило от сильного свиста ветра.
Постепенно начали показываться очертания имперской столицы.
Почему она казалась такой зловещей сегодня, хотя выглядела как обычно? Должно быть, из-за шокирующего известия о том, что Пятую принцессу казнят.
Отбросив все потрясения, Зекиэль прибавил скорости.
Одна из женщин, сопровождавших его, спустя долгое время нарушила молчание.
— Публичная казнь… Я с таким еще не сталкивалась.
Это была старейшина Синей башни, Сеина.
— А были ли в империи прецеденты публичных казней?
— Они случались, но, по крайней мере, не на нашей памяти. Слышала, это было в далеком прошлом.
Ответила Анес, мчавшаяся рядом с Сеиной. Зекиэль, опережавший обеих женщин, был полностью сосредоточен на беге.
— …А прецеденты, когда на эшафот отправляли принцессу?
— Разумеется, нет.
В голосах обеих женщин сквозил шок. Зекиэль чувствовал то же самое. Кто бы мог подумать, что он увидит Пятую принцессу на эшафоте.
— Конечно, за государственную измену полагается казнь, но…
Анес не закончила фразу, украдкой поглядывая на Зекиэля, который мчался впереди.
И, как и ожидалось, вскоре последовал ответ Зекиэля:
— Пятая принцесса не должна быть казнена. Ни в коем случае.
Секретарь Анес молча кивнула.
Она была той, кто невольно созерцал всё прошлое Зекиэля. Благодаря этому она могла смутно догадаться обо всём и без лишних объяснений.
Почему Пятая принцесса спрятала такое устройство у Завесы демонов, что происходит сейчас… обо всём этом.
Поэтому она просто молча следовала за Зекиэлем, но в глубине души беспокоилась за Сеину. Не слишком ли велик хаос?
— Учитель.
Однако, вопреки ожиданиям, Сеина заговорила первой.
— Я не всё понимаю, но вы ведь хотите сказать, что казнь Пятой принцессы нужно во что бы то ни стало предотвратить?
— Да.
— Поняла.
Сеина без лишних вопросов охотно кивнула. Это было проявление безграничного доверия к учителю.
— Мне тоже многое в этой ситуации казалось подозрительным. Не может быть, чтобы то, что вы делаете, было ошибкой, и, прежде всего, мне хочется узнать правду.
— Пятую принцессу хотят убить, чтобы заставить её замолчать.
Зекиэль высказал правду предельно просто.
Конечно, простота слов не означала, что их легко принять. То, с чем Зекиэль столкнулся сейчас, было шокирующей истиной.
— Ты сказала, что хочешь узнать правду? Я тоже.
Сказал Зекиэль с серьезным выражением лица.
— Это возможно, только если Пятая принцесса останется в живых. У мертвых ведь ничего не спросишь.
Слова, которые Зекиэль произносил одно за другим, словно компас, четко указывали направление.
По крайней мере, не в ту сторону, куда смотрел император.
Скорее, в прямо противоположную. Зекиэль и раньше предчувствовал, что день столкновения с императором приближается, но теперь он понял: этот день настал.
Так они мчались еще долгое время.
Анес осторожно подала голос:
— Но ведь Пятая принцесса сейчас в статусе приговоренной к смерти, не знаю, удастся ли нам встретиться. Это возможно?
— Я не рассматриваю никаких вариантов.
— Вы хотите сказать, что у вас есть план?
— Нет, я хочу сказать, что не думаю о последствиях.
Как раз в этот момент им нужно было повернуть направо. В профиле мужчины, резко свернувшего в сторону, промелькнуло нечто важное.
В его голубых глазах читалась твердая решимость.
— Обычными методами это невозможно, а с того момента, как я принял решение, я фактически пошел против императора.
Последовало резкое утверждение Зекиэля.
— Предатель не Пятая принцесса, а я. И вы, по возможности, не вмешивайтесь в мои дела. Чуть что — погибнете.
Анес хотела что-то сказать, но в итоге не смогла вымолвить ни слова и плотно сжала губы.
Ей хотелось немедленно остановить его.
Для простого инспектора вмешиваться в такое — верх дерзости, да и идти против императора — поступок слишком безрассудный. Поэтому ей хотелось посоветовать ему не делать глупостей.
…Однако теперь, зная его прошлое, она не могла этого сделать.
Анес теперь всё хорошо понимала.
Зекиэль прошел через множество трагедий, пробиваясь сквозь них. Но даже так, он потерял гораздо больше, чем приобрел.
В мире много тех, кто старается, но вряд ли найдется кто-то, кто получил бы так мало вознаграждения за свои усилия, как Зекиэль.
Может, поэтому…
На самом деле, когда образ Пятой принцессы появился у Завесы демонов, Анес надеялась, что всё наконец прояснится.
— ….
В конце концов, сейчас ей оставалось лишь поддерживать его, зная, что путь этот смертельно опасен. Она лишь надеялась, что произойдет чудо. Что то, к чему стремится Зекиэль, осуществится.
— Это моя вина.
На бегу Зекиэль внезапно пробормотал это.
В его тоне не чувствовалось никаких эмоций.
Анес и Сеина молча смотрели на спину Зекиэля. Вмешаться было совершенно невозможно.
— Если бы мои записи были полностью стерты или если бы я не возвращался в императорский дворец… если бы я хоть что-то сделал иначе.
Может, тогда всё не зашло бы так далеко? Зекиэль внезапно ощутил раскаяние.
С другой стороны, после этих слов его что-то зацепило.
«Откуда Пятая принцесса так подробно знает о моем прошлом?»
Он был настолько поглощен мыслью о том, что нужно предотвратить казнь Пятой принцессы, что упустил это из виду, но теперь понял, что здесь кроется нечто очень странное.
Судя по возрасту Акне, которую во время войны с Демоническим миром бросили еще младенцем, все принцессы в то время были очень юны.
Нет, даже это было мягко сказано.
«Подождите, кажется, Пятая принцесса тогда еще даже не родилась».
Откуда Пятая принцесса узнала подробности его жизни и как ей пришло в голову провернуть такое?
Решив, что нужно встретиться и спросить её лично, Зекиэль еще больше прибавил скорости.
Сколько прошло времени?
— Вон там.
Тихо пробормотала Анес.
Зекиэль тоже своими глазами увидел место, куда направлялся.
Наконец показалась подземная тюрьма императорского дворца.
Императорский дворец — место, которое в любой момент должно сохранять достоинство и покой.
Бах!
В таком месте раздался звук, которого там быть не должно. Одна из стен, ведущих в Подземный лабиринт, рухнула целиком.
— Господин инспектор, если вы пройдете дальше…!
Стражник застыл с выражением ужаса на лице. Он не умрет. Зекиэль принял меры, чтобы через час тот оттаял без последствий.
— Остановите его! Никому не позволено входить!
Стражник, пробормотавший это, тоже застыл, словно ледяная статуя.
Шух!
Фигура мужчины лишь молниеносно промелькнула мимо. Его путь лежал в самые глубины подземной тюрьмы.
Вернее, можно ли назвать это проникновением?
Скорость мужчины сейчас была такой, что глаз не мог за ней уследить. Словно холод, стремительно распространяющийся в пространстве, он проникал вглубь тюрьмы.
Бах!
И наконец он достиг самого нижнего уровня.
Нижний ярус подземной тюрьмы императорского дворца.
Огромное пространство, где весь этаж служил тюрьмой. Зекиэль слышал об этом месте: его использовали только для содержания самых особых заключенных.
Пятую принцессу пока не было видно целиком.
Это было место, куда не проникал ни один луч света. Лишь свет, пробившийся через пролом в потолке, освещал кругом ноги принцессы.
На ней были кандалы.
— Нео.
Ответа не последовало.
Однако дыхание было отчетливо слышно. Пятая принцесса Нео была еще жива.
— Ха-а…
Зекиэль лишь тогда тяжело выдохнул и провел рукой по лицу. Прежде всего, он убедился, что она жива.
— Нео, это я. Зекиэль.
И в этот раз ответа не последовало.
Может, она жива, но её состояние критическое? В сердце Зекиэля зародилась тревога.
И тут.
Тук-тук-тук…
Потрескавшийся потолок обрушился еще сильнее.
Благодаря этому нижний ярус тюрьмы внезапно озарился светом.
Теперь Пятая принцесса была видна полностью.
Несмотря на страшный шум и пролом в потолке, Пятая принцесса, казалось, не обращала на Зекиэля никакого внимания.
Хотя её шея и ноги были скованы цепями, руки оставались свободными. Может, поэтому она продолжала перечитывать то, что держала в руках.
«Это…»
Предмет, который был очень хорошо знаком Зекиэлю.
Это было письмо с предложением руки и сердца, которое он написал сам.
Пятая принцесса читала его снова и снова.
— Здравствуй, учитель.
Произнесла она короткое приветствие.