# Глава 21: Информационный удар
Коридоры уровня Минус-Пять были такими же, какими Адам их помнил. Серые стены. Тусклое освещение. Запах дезинфицирующих средств, смешанный с металлом и чем-то неуловимо человеческим — потом, страхом, безнадёжностью.
Каждый шаг отдавался эхом воспоминаний. Здесь он бежал на тренировки. Там его впервые избили старшие дети. В том повороте он встретил Рэйн, напуганную девочку, которая прижималась к стене, пытаясь стать невидимой.
Теперь она шла рядом с ним, уверенная, сильная, смертоносная.
Как всё изменилось. И как мало.
— Сектор-4, — тихо сказала Рэйн, проверяя планшет с картой. — Первое имя в списке. Номер 03471. Класс B. Контроль металла. Комната 4-C-218.
Они двигались быстро, но осторожно. Было почти одиннадцать вечера — час до отбоя для детей младше пятнадцати. Коридоры были относительно пусты, лишь изредка встречались группы подростков, спешащие закончить дела до комендантского часа.
Никто не обращал на них внимания. Три подростка в тёмной одежде — ничего необычного. В Омега-3 все дети носили похожую форму, различающуюся лишь по цветовым кодам уровней способностей.
Хаос шёл сзади, его глаза сканировали окружение.
— Камеры на каждом углу, — пробормотал он. — Но Кира сказала, что отключила их в нашем секторе. Надеюсь, она не ошиблась.
— Кира не ошибается, — уверенно сказала Рэйн.
— Всегда есть первый раз.
Они достигли Сектора-4, прошли через контрольную точку — немолодой охранник дремал за столом, даже не посмотрев на них. Внутри секторы были идентичны — длинные коридоры с дверями по обе стороны, каждая помечена буквенно-цифровым кодом.
4-C-218. Третий коридор, восемнадцатая дверь.
Адам остановился перед ней, прислушался. Внутри слышались голоса — тихий разговор, несколько человек.
Он постучал. Дважды, коротко.
Голоса смолкли. Шаги. Дверь приоткрылась на цепочке, и в щели показалось лицо — мальчик лет пятнадцати, настороженный взгляд.
— Что вам? — его рука на дверной ручке напряглась, готовая захлопнуть дверь.
— Номер 03471? — тихо спросил Адам.
— Кто спрашивает?
— Кто-то, кто хочет поговорить о правде. О том, что Совет скрывает от вас.
Глаза мальчика сузились.
— Провокация? Проверка на лояльность?
— Если бы это была проверка, мы бы уже вызвали охрану, — логично заметила Рэйн.
Мальчик колебался, затем его взгляд упал на запястье Адама, где виднелась татуировка: **02791**.
Что-то изменилось в его выражении. Узнавание. Недоверие. Шок.
— Ты... — его голос стал шёпотом. — Ты тот, кто сбежал. Из Омега-3. Легенда.
— Не легенда, — спокойно ответил Адам. — Просто кто-то, кто отказался принять клетку. И вернулся, чтобы открыть остальные.
Дверь распахнулась. За мальчиком стояли ещё трое — две девочки и один парень, все лет четырнадцати-шестнадцати. Все смотрели на Адама с таким же выражением — недоверие, надежда, страх.
— Внутри, — быстро сказал 03471. — Быстро. Если кто-то увидит...
Они вошли, дверь захлопнулась за ними. Комната была стандартной — четыре койки, маленький стол, шкафчики. Тесная, безличная, угнетающая.
— Я Стив, — представился мальчик, который открыл дверь. — Это Лара, Джин и Томас. Мы... — он замялся. — Мы группа. Неофициальная. Обсуждаем... вещи. Вопросы.
— Опасные вопросы, — добавила Лара, девочка с короткими рыжими волосами. — О том, почему нас держат здесь. О том, что происходит с детьми в семнадцать. О том, правда ли, что переработка — это смерть.
Адам кивнул.
— Всё, о чём вы думали, — правда. Переработка — это смерть. Совет лжёт вам с рождения. И через... — он проверил часы, — сорок три минуты вся Омега-3 узнает это.
Четверо подростков переглянулись.
— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросил Томас.
Хаос усмехнулся.
— Он имеет в виду, что мы взломали вашу систему и загрузили вирус, который распространит правду по всем экранам города. Файлы. Видео. Доказательства. Всё, что Совет скрывал. В полночь эта информация взорвётся одновременно на каждом устройстве.
Тишина.
— Вы... сделали что? — прошептала Джин.
— Информационный удар, — пояснила Рэйн. — Когда дети узнают правду, они восстанут. Должны восстать. Но восстание без организации — это просто бойня. Поэтому мы здесь. Чтобы подготовить лидеров. Направить гнев в правильное русло.
Стив медленно опустился на койку, словно ноги не держали.
— Боже. Вы... вы действительно собираетесь это сделать. Начать революцию.
— Не начать, — поправил Адам. — Завершить то, что начали в Дельте и Омеге-3. Освободить всех детей. Разрушить Проект Эволюция. Свергнуть Совет.
— Это безумие, — пробормотал Томас. — Они убьют нас всех.
— Они уже убивают вас, — жёстко сказала Рэйн. — Медленно. Методично. В семнадцать. Разница в том, что теперь у вас есть шанс сопротивляться.
Лара встала, подошла к Адаму, внимательно изучая его лицо.
— Ты действительно он. Номер 02791. Я слышала истории. Говорили, ты отказался убить на тесте боевых способностей. Что инструкторы пытались сломать тебя, но не смогли.
— Истории преувеличивают, — тихо сказал Адам. — Я просто... не хотел быть тем, кем они пытались меня сделать. Оружием. Вещью.
— А теперь ты лидер восстания, — Лара улыбнулась слабо. — Ирония.
— Ирония в том, что мне пришлось стать оружием, чтобы защитить тех, кто не может защитить себя, — ответил он. — Но я выбрал, против кого направить это оружие.
Стив поднял голову.
— Что ты хочешь от нас?
— Когда информация взорвётся, будет хаос. Паника. Гнев. Страх. Дети начнут восставать стихийно, без плана. Охрана начнёт подавлять. Будет кровь. Много крови. — Адам сделал паузу. — Если мы не направим это. Не организуем. Вы — лидеры. Дети класса B и выше. Сильные. Умные. Уважаемые. Когда начнётся хаос, соберите своих людей. Организуйте группы. Контролируйте панику. Направьте гнев на охрану, на системы контроля, на выходы. Не дайте детям просто умереть в бессмысленной ярости.
— Ты просишь нас возглавить армию детей против взрослых с оружием, — медленно сказала Джин. — Это самоубийство.
— У вас есть способности, — напомнил Хаос. — Класс B. Контроль металла, если я правильно помню твой файл, Стив. Ты можешь обезоружить охранников одним жестом. Лара — телекинез. Джин — контроль температуры. Томас — повышенная регенация. Вы не беспомощны.
— Но нас учили никогда не использовать способности против персонала, — возразил Томас. — Это нарушение Протокола-7. Наказывается...
— Переработкой? — сухо закончила Рэйн. — Которая и так ждёт вас в семнадцать? Какая разница, когда умереть, если результат один?
Тишина повисла тяжело.
Стив смотрел на свои руки, затем медленно сжал кулак. Металлическая рамка кровати дрогнула, изогнулась слегка.
— Я всегда боялся этой силы, — тихо сказал он. — Того, что она делает меня не человеком. Монстром.
— Сила не делает тебя монстром, — мягко сказал Адам. — Только то, как ты её используешь. Совет использует детей как оружие против себе подобных. Мы используем силу для защиты. Для свободы. Это разница.
Лара подошла к окну — узкому смотровому стеклу, через которое был виден коридор снаружи.
— Если мы это сделаем... если восстание провалится... нас всех убьют. Всех шесть с половиной тысяч детей на этом уровне.
— Если не сделаете, — спокойно ответил Адам, — вас убьют в семнадцать. По одному. Методично. Без шанса на сопротивление. По крайней мере так вы умрёте, сражаясь. И может быть, не умрёте вообще.
Четверо подростков переглянулись. Долгий, немой разговор взглядами. Наконец Стив кивнул.
— Хорошо. Мы с вами. Когда информация выйдет, соберём всех, кого сможем. Организуем сопротивление на нашем уровне.
— У вас есть список других потенциальных лидеров? — спросила Рэйн. — Тех, кому можно доверять?
Лара кивнула, достала собственный планшет.
— Неофициальная сеть. Около пятидесяти детей на этом уровне, которые думают. Сомневаются. Задают вопросы. Не все сильные, но все... пробудившиеся. Так мы это называем. Те, кто видит клетку.
— Свяжитесь с ними, — приказал Адам. — Незаметно. Подготовьте. Когда часы пробьют полночь, действуйте.
Стив встал, протянул руку.
— За свободу?
Адам пожал её.
— За свободу.
***
Следующие сорок минут были вихрем. Адам, Рэйн и Хаос переходили от комнаты к комнате, от группы к группе, находя детей из списка Чой. Не все соглашались немедленно. Некоторые думали, что это ловушка. Другие были слишком напуганы. Но большинство... большинство просто ждали. Ждали искры. Ждали лидера. Ждали разрешения надеяться.
Адам давал им это разрешение.
К 23:45 они установили контакт с восемнадцатью из двадцати семи имён в списке. Девять не нашли — либо были на ночных тренировках, либо в медблоке, либо просто отсутствовали.
Восемнадцать лидеров. Восемнадцать искр, готовых зажечь пламя.
Группы Грея и Веласкес докладывали похожие результаты по закрытым каналам связи. В сумме около пятидесяти детей по всему уровню Минус-Пять были подготовлены. Знали, что произойдёт. Готовы действовать.
Пятьдесят из шести с половиной тысяч. Капля в океане. Но капли создают волны.
В 23:50 Адам, Рэйн и Хаос встретились с группами Грея и Веласкес в заранее назначенной точке — заброшенном тренировочном зале на краю сектора. Кира и инсайдеры присоединились к ним, покинув техническую комнату согласно плану.
— Десять минут, — сказала Кира, проверяя свой планшет. — Вирус активируется автоматически. Я установила триггер на всех устройствах с экранами — терминалы, планшеты, смартфоны персонала, даже общественные мониторы. Ровно в полночь все они включатся одновременно, даже если выключены. И начнут трансляцию.
— Что именно увидят дети? — спросил Маркус.
Кира развернула превью на своём экране. Видеофайл начал воспроизводиться — запись из архивов Совета, украденная во время побега из Омеги-3.
Камера показывала лабораторию. Стерильная, холодная, заполненная оборудованием. На столе лежал ребёнок — не старше двенадцати. Привязанный. Кричащий.
Взрослые в белых халатах окружали его, делали инъекции, записывали данные. Ребёнок корчился, его крики становились всё слабее.
Затем крики прекратились. Мониторы показали прямую линию.
— Субъект 08473 прекратил функционировать, — безразлично сказал один из учёных. — Модификация класса C-7 несовместима с текущей генетической структурой. Записать данные для следующей итерации. Подготовить следующего субъекта.
Видео закончилось. Наступила тишина.
— Боже, — прошептал доктор Чой, хотя она, вероятно, видела подобное раньше.
— Это только начало, — тихо сказала Кира. — У меня семьдесят три подобных файла. Эксперименты. Пытки. Переработка. Статистика смертности — сорок процентов детей умирают до семнадцати в результате экспериментов. Ещё тридцать процентов переработаны в семнадцать. Только тридцать процентов остаются живы и полезны для Проекта после этого возраста.
— И все дети увидят это? — медленно спросила Веласкес.
— Все. Одновременно. Без возможности остановить трансляцию или отключить устройства. Вирус захватывает контроль полностью на двадцать минут. За это время воспроизводятся все файлы, вся правда.
Рэйн сжала руку Адама.
— Они не простят этого. Когда увидят... гнев будет абсолютным.
— Именно на это мы рассчитываем, — сказал Грей. — Контролируемый гнев — это топливо для революции. Неконтролируемый — это резня.
Хаос вдруг вздрогнул, его глаза расширились.
— Что-то не так, — быстро проговорил он. — Вероятности... они резко сдвинулись. Что-то изменилось.
— Что ты имеешь в виду? — насторожился Адам.
— Не знаю. Просто... ощущение. Как будто кто-то другой сделал ход. Изменил расклад. — Хаос потряс головой. — Может, паранойя. Или моя способность глючит. Но что-то... не так.
Адам собирался ответить, когда часы на стене показали 23:59.
Одна минута.
Все замерли, глядя на ближайший монитор — общественный экран на стене спортзала, обычно показывающий расписание тренировок.
Экран был выключен. Тёмный.
Секунды тикали.
23:59:30
23:59:45
23:59:55
Полночь.
Экран вспыхнул к жизни.
Не постепенно. Мгновенно. Ярким белым светом, который заставил всех прищуриться.
Затем начала воспроизводиться трансляция.
По всей Омега-3, на каждом уровне, в каждом секторе, в каждой комнате — тысячи экранов включились одновременно.
И тридцать пять тысяч детей увидели правду.
***
Первые десять секунд была тишина. Шок. Непонимание.
Потом начались крики.
Адам слышал их даже через толстые стены спортзала. Крики ужаса. Гнева. Отчаяния. Тысячи голосов, сливающихся в один первобытный вопль ярости.
На экране продолжала воспроизводиться запись. Ребёнок за ребёнком. Эксперимент за экспериментом. Смерть за смертью.
Затем появился текст. Простой. Чёткий. Обвиняющий.
**ЭТО ДЕЛАЕТ С ВАМИ СОВЕТ**
**ЭТО ВАШЕ БУДУЩЕЕ**
**ВАС ОБМАНЫВАЛИ С РОЖДЕНИЯ**
**ПЕРЕРАБОТКА = СМЕРТЬ**
**ПРОЕКТ ЭВОЛЮЦИЯ = ГЕНОЦИД**
**ВОССТАНЬТЕ**
**СРАЖАЙТЕСЬ**
**БУДЬТЕ СВОБОДНЫ**
Текст сменялся изображениями. Графиками смертности. Списками переработанных детей — тысячи имён, прокручивающиеся бесконечно. Планами Проекта Эволюция. Внутренними меморандумами Совета, обсуждающими детей как «ресурсы» и «материал для экспериментов».
Двадцать минут нон-стоп трансляции. Двадцать минут, которые разрушали иллюзию, на которой строилась вся система.
— Боже, — прошептала доктор Чой, слушая нарастающий гул криков. — Что мы сделали?
— То, что было необходимо, — твёрдо ответил Адам.
Внезапно сирены взвыли. Красный свет залил коридоры.
**ВНИМАНИЕ. ОБНАРУЖЕНО НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В ИНФОРМАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ. ПРОТОКОЛ ЖАТВА АКТИВИРОВАН. ВСЁ ПЕРСОНАЛУ СЕКТОРА МИНУС-ПЯТЬ: БЛОКИРОВАТЬ ВЫХОДЫ. ПОДАВИТЬ БЕСПОРЯДКИ. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЛЕТАЛЬНОЙ СИЛЫ РАЗРЕШЕНО.**
Голос системы был холодным, механическим, безразличным.
— Началось, — сказал Грей, взводя винтовку. — Все по позициям. Адам, ты знаешь, что делать.
Адам кивнул, выходя в центр зала.
— Рэйн, Хаос — со мной. Грей — возьми половину группы, охраняй этот сектор. Веласкес — другая половина, помоги эвакуировать детей к запасным выходам. Кира, доктор Чой и остальные инсайдеры — направьте детей, объясните маршруты.
— А ты? — спросила Рэйн.
— Я иду в центр. Там, где больше всего детей. Где сильнее всего охрана. — Он посмотрел на неё. — Там, где буду нужнее всего.
Она хотела возразить, но увидела решимость в его глазах.
— Тогда я иду с тобой.
— И я, — добавил Хаос. — Кто-то должен следить, чтобы ты не сделал ничего героически глупого.
Адам слабо улыбнулся.
— Спасибо.
Двери спортзала взорвались внутрь.
Не открылись. Взорвались. Осколки металла полетели во все стороны.
Адам отреагировал инстинктивно, телекинезом создав барьер, который остановил обломки в воздухе.
В проёме стояла фигура.
Высокая. Одетая в чёрный боевой костюм. Белые волосы. Золотые глаза, пустые и мёртвые.
**Единица Альфа.**
Она посмотрела на группу, её взгляд задержался на Адаме.
— Номер 02791, — её голос был монотонным, лишённым эмоций. — Субъект под захват. Сопротивление будет подавлено.
Она шагнула вперёд.
И мир взорвался в хаос.
**Продолжение следует...**