И вот, наконец, долгие приключения, продолжавшиеся больше месяца, подошли к концу: корабль причалил к берегам Сингена, и Энджой впервые вступил на родную землю. В тот же миг его встретили родители, которые никак не могли отпустить сына — их объятия были полны любви и волнения, ведь Энджой отправлялся в такое долгое и опасное путешествие впервые, и в одиночку.
— Эндли, как же мы по тебе соскучились, сынок! Мы столько слышали о событиях со Святейшим на острове Победителей и беспорядках в Новом Фениксе, мы так переживали за тебя! — с слезами на глазах обнимала и целовала мать.
— Да, мы очень волновались, но ты в порядке и даже стал здоровее! — добавил отец, хваля Энджоя.
Клейна плакала, обнимая смущённого Энджоя, а Альбен насмехался и расхваливал его достижения.
Я тоже очень скучал по вам... Мне так стыдно, что вы так волновались обо мне... Хотя маме, кажется, стало лучше, и она поправляется, — думал Энджой, улыбаясь.
Множество людей радостно встречало всех прибывших, но вскоре огромную толпу раздвинула местная полиция, чтобы провести заключённого — Грейярда. Тем временем через толпу нервно пробегал разъярённый Грейхард, крича:
— Что вы творите!? Грейярд!? Отпустите его! Это мой сын!
Он начал расталкивать полицию, но те пытались его удержать и уверяли, что действуют по прямому приказу Эндсмана и подчиняются только ему. Однако Грейхард никак не мог успокоиться.
Грейярд слышал, как отец с криками пытался прорваться к нему, но игнорировал это и медленно следовал за полицией.
У разъярённого Грейхарда не оставалось сил — он достал меч и с предупреждениями потребовал пропустить его, но кто-то помешал.
— Ты чего творишь, придурок? — сзади схватил за руку Альбен Джоерс, отец Энджоя.
— Альбен!? Да как ты посмел... — у Грейхарда не было слов ответить.
Между ними возник серьёзный конфликт, который, сами того не осознавая, излучал легкий страх, пронизывавший окружающих. Обстановка накалилась, когда их прервал "Изумрудный" Золд:
— Может, объясните, что тут происходит? — строгим тоном спросил он.
Все вокруг пребывали в замешательстве, весь порт был охвачен смятением.
В это время к Энджою подошёл Дрейфуль с застывшим лицом — он чувствовал исходящий от них страх лучше всех и задал Энджою вопрос:
— Эй, Ураган, это... твой отец?
— Да... У меня странная семья... — ответил Энджой, почесывая затылок.
Посреди порта, среди множества людей, разгорелась стычка между тремя старыми знакомыми, бывшими кандидатами на Лендсмана из позапрошлого поколения.
Отец Энджоя — Альбен Джоерс, 27 лет назад был одним из четырёх кандидатов на Лендсмана и считался одним из самых известных мечников того времени, но по каким-то причинам утратил репутацию и популярность, в отличие от Грейхарда и Золда.
— Ты че тут устроил, Грейхард? Ты хоть понимаешь, что натворил твой сын? — продолжил Золд, вступая в конфликт с Грейхардом.
Грейхард не хотел их слушать и продолжил прорываться через полицию, расталкивая её. Он подошёл к сыну и начал расспрашивать, что произошло.
— Уйди, ты мне не отец, — ответил Грейярд.
Грейхард не мог поверить услышанному и замер на месте, пока Грейярд медленно не продолжил идти за полицией.
Мучез подошёл к Золду и Альбену, спросив, не вызвать ли Молнина, чтобы тот во всём разбирался, но те уверяли его, что всё под контролем.
— Да как ты смеешь, щенок!? — кричал Грейхард, полностью вынимая меч и замахиваясь на Грейярда.
Грейхард попытался нанести удар, но его заблокировал неожиданно появившийся Дамб. Хоть он и недавно восстановился, но Грейхард был опытным мечником, и их бой оказался напряжённым, причём Дамб почти едва удерживал их скрещивание.
Порт постепенно стал покрываться зелёной материей, похожей на изумруд — это был Золд, предупреждающий Грейхарда прекратить беспредел.
— Угомонись уже! — строго прокричал Золд, излучая изумрудные осколки.
Грейхард тут же успокоился, отступил от Дамба и остальных, спрятал меч за пояс и развернулся.
— Да что это с ним!? — возмущённо спросил Альбен.
— Альбен, тебе тоже пора бы уже идти к семье... — попытался успокоить его Золд, а затем подошёл к Энджою. — А ты молодец, я думал, ты умер после той стычки с Зереном, — похлопал он Энджоя по плечу.
Сам "Изумрудный" меня поблагодарил!? Вот это да... — Энджой буквально летал от счастья.
— Да, извините нас, — смущённо сказала Клейна.
Альбен ответил, что не стоит извиняться перед Золдом, и посоветовал им всем отправиться домой отпраздновать.
Они давно готовились к встрече Энджоя после долгого путешествия, поэтому дома их ждал накрытый стол с вкусной едой. Прошло несколько часов, на улице уже стемнело, и все готовились ко сну, как вдруг в дверь позвонили.
Энджой, одетый в пижаму, открыл дверь и увидел знакомые лица — это были Скед и Сина, которым, похоже, было некуда идти.
— Что вы тут делаете!? — удивился он.
— Прости, но у нас совсем нет денег! — ответили девушки.
Родители Энджоя услышали разговор и вышли познакомиться с двумя сестрами.
— Ого, Энджой, ты что, обзавёлся подружками? — поддразнил отец.
— Они сами ко мне пристали и заодно потратили все мои деньги, которые я выиграл в Колизее! — пожурил их сын.
Родители разрешили девушкам переночевать, но на следующий день дали им немного денег на оплату проживания и попрощались. Энджоя же уговорили отдавать большую часть своих доходов с заработков мечника в общую семью.
Тем же утром, когда Энджой проводил девочек, и только отступил с порога, в дверь снова постучали. Он подумал, что это вернулись Скед и Сина, но на пороге стоял большой наряд полиции, который пришёл доставить Энджоя к «круглому столу» для допроса по поводу происшествия в Новом Фениксе.
Энджой неподвижно сидел на неудобном качающемся стуле в том самом углу главного зала, где его судили после смерти Хромина. Затем его пригласили занять место за столом для допроса.
За столом сидели две Старейшины, король Северных островов, Молнин и другие влиятельные лица, чтобы выслушать всё, что Энджой знает о случившемся.
После долгого допроса он рассказал всё, что знал, но о красном телефоне и секретах Грейярда ничего не сообщил, оставив эту информацию при себе.
— Если не верите, можете позвать короля Червей, мы с ним близкие друзья! — сказал Энджой, имея в виду Фальгена.
— Он не будет допущен до заседаний Круглого стола ещё как минимум год, так как получил этот титул совсем недавно, — ответил Старейшина Гефестр.
Все вокруг шептались и обсуждали между собой, хотя Молнин сидел, закинув ноги на стол, и почти засыпал. Но как только его спросили, что он думает о рассказе Энджоя, он проснулся.
— Думаю, малой не станет врать, так что ему здесь нечего делать, — сказал он и направился к выходу из зала. Уже у двери он подозвал Энджоя к себе: — Жду тебя в своём кабинете.
Энджой сразу понял, что Молнин имеет в виду именно его, и последовал за ним.
Пройдя в кабинет Эндсмана, Энджой сел за стол перед Молнином, но совсем не понимал, что происходит.
— Ладно, а теперь рассказывай, как всё было на самом деле, — серьёзно сказал Молнин, — ведь история Дрейфуля совсем другая.
Слова Молнина прозвучали так серьёзно, что Энджой сильно испугался и решил наконец выдать всю правду полностью.