На открытой площадке цеха товаров народного потребления параллельно друг другу стояли два грузовика марки «解放».
Ло Тьецзюнь держал в руках картонный планшет с зажимом и красным с синим концом карандашом с усердием ставил галочки в таблице.
В кузовах глухо стучали деревянные ящики, сталкиваясь друг с другом.
Рабочие упаковочного цеха затаскивали в кузов только что окованные стальной лентой ящики, а пот струился ручьями по их спинам, прокладывая грязные дорожки сквозь пыль.
Чэнь Ли стоял у борта грузовика и протянул руку, чтобы хлопнуть по крайнему ящику. Доски оказались грубоватыми, а сверху черной типографской краской была отпечатана английская надпись «RED RIDGE».
─ Помощник Чэнь, это первая партия из последующих поставок, всё полностью погружено.
Ло Тьецзюнь повернулся, вытер со лба пот и протянул планшет Чэнь Ли: ─ После отправки первой сотни на склад за рубежом цех в эти дни ни на минуту не останавливался. Эту первую дополнительную партию сегодня же доставят на железнодорожную товарную станцию для передачи. Как только за этот груз поступят деньги, у нас появятся средства на материалы для следующего месяца.
Чэнь Ли взял планшет и бегло взглянул на него.
В этот момент в только что восстановленной городской телефонной сети офиса цеха товаров народного потребления пронзительно зазвонил аппарат.
Дежурный молодой служащий тут же снял трубку и, узнав собеседника, торопливо бросил звонившему:
─ Пожалуйста, подождите.
Он положил трубку на стол, бегом выскочил из цеха, отыскал Чэнь Ли среди грохочущих грузовиков на запыленной площадке и громко крикнул:
─ Помощник Чэнь, звонят из планового отдела управления, требуют лично вас!
Лицо Чэнь Ли неуловимо изменилось. Он сделал жест Ло Тьецзюню, мгновенно развернулся и быстрым шагом направился через проходы цеха, а служащий в испуге семенил следом.
Чэнь Ли стремительно вошел в кабинет и резко схватил трубку:
─ Я Чэнь Ли с завода № 764.
─ Товарищ Чэнь Ли, вас беспокоит плановый отдел Юго-Западного управления военной промышленности.
Голос на том конце провода звучал сурово и казенно. ─ Управление уведомляет: вам и директору Чжао Голяну необходимо сегодня до двух часов дня прибыть в конференц-зал на третьем этаже управления для участия в совещании по координации производства.
Брови Чэнь Ли слегка дрогнули:
─ Какова главная тема этого совещания?
─ Относительно планового распределения последующих экспортных поставок скороварок марки «Хунлин».
Договорив, собеседник повесил трубку, не дожидаясь расспросов.
Прислушиваясь к мерным гудкам в трубке, Чэнь Ли медленно вернул ее на бакелитовую подставку.
Плановое распределение.
В системе государственной промышленности это словосочетание неизменно предвещало передел благ и заказов.
В этот момент дверь отворилась, и вошел Чжао Голян, держа в руках только что вскрытую пачку сигарет «Чуньчэн».
Заметив выражение лица Чэнь Ли, он бросил пачку на стол и нахмурился: ─ Из управления звонили?
─ Из планового отдела. Велели к двум часам дня быть у них на совещании.
Чэнь Ли посмотрел на Чжао Голяна: ─ Говорят, будут «распределять» дальнейшие заказы на скороварки.
Лицо Чжао Голяна мгновенно помрачнело.
Проработав директором больше десятка лет, он прекрасно знал все эти закулисные интриги.
─ Распределять? Первая сотня только что сдана, экспортная выручка едва забрезжила на горизонте, а они уже собрались делить добычу?
Чжао Голян со злости хлопнул ладонью по столу так, что крышка чайника подскочила и загремела. ─ Этот заказ весь завод кровью и потом добывал, с какой стати им делиться?
─ Директор, не спешите.
Чэнь Ли выдвинул ящик письменного стола и принялся складывать в сумку бумаги: ─ Поедем – возьмем с собой абсолютно все материалы, на любой удар найдем ответ.
Глядя на хладнокровные движения Чэнь Ли, Чжао Голян с досадой выдохнул и сунул пачку сигарет в карман:
─ Ладно, пусть будет по-твоему. Я сам хочу посмотреть, кто это вздумал кусок изо рта у нас вырывать.
…
Без десяти два дня служебный джип «Пекин-212» остановился перед зданием Юго-Западного управления военной промышленности.
Чэнь Ли и Чжао Голян быстрыми шагами поднялись на третий этаж.
Дверь конференц-зала была приоткрыта, внутри уже сидели люди.
Фан Цзинъяо сидел во главе длинного стола, держа в руке перьевую ручку и углубившись в чтение какого-то документа.
По левую руку от него устроились двое работников планового отдела, а по правую – мужчина средних лет в сером френче.
Чэнь Ли узнал его: это был заместитель директора завода силового машиностроения № 768, отвечающий за производство.
Завод № 768 и завод № 764 находились в одной промышленной зоне Линьцзяня, но жили куда зажиточнее.
Их водяные насосы и небольшие дизельные двигатели пользовались огромным спросом в провинции, и зарплату рабочим там выдавали день в день.
─ Старый Чжао, Чэнь Ли, присаживайтесь.
Фан Цзинъяо поднял голову и указал на свободные места напротив, жестом приглашая их сесть.
Чжао Голян отодвинул деревянный стул и сел, лицо его по-прежнему оставалось напряженным.
Чэнь Ли устроился рядом с ним, извлек из сумки аккуратно сброшюрованные материалы и разложил их перед собой на столе.
Молодой сотрудник планового отдела кашлянул, раскрыл лежащую перед ним папку и взял слово первыми:
─ Мы собрали вас сегодня главным образом для того, чтобы обсудить поставку последующих экспортных партий скороварок «Хунлин». На данный момент внешнеторговая компания «Хуаюань» переслала в управление официальный контракт на четыреста единиц и дополнительный частный заказ из Карачи на двести штук. Этот заказ напрямую затрагивает государственные валютные поступления и внешнеторговый престиж, руководство управления придает ему исключительное значение.
Он бросил взгляд на Чжао Голяна и продолжил:
─ Тем не менее, реальное положение дел на заводе № 764 в управлении отлично понимают. На балансе вашего предприятия висит почти три миллиона старых долгов, выдача зарплаты рабочим хронически задерживалась, и хотя вы только что выплатили базовый оклад за один месяц, долговой кризис вовсе не исчерпан.
И что еще важнее, оборудование вашего завода значилось в списках на перераспределение, пусть исполнение и было временно отложено.
Если возникнут сбои в производстве или задержки сроков поставки, пострадает не отдельный завод, а внешнеторговый авторитет государства.
Услышав это, Чжао Голян не выдержал, подался вперед и выпалил:
─ Разве первую сотню мы не сдали вовремя? Все железнодорожные квитанции здесь! Рабочие только вернулись в цеха, люди только успокоились, что вы такое несете? Уж не хотите ли отнять наши заказы?
─ Старый Чжао, следите за тоном.
Фан Цзинъяо постучал колпачком ручки по столу, голос его звучал негромко, но сквозь него проступало непреклонное давление. ─ Сегодня у нас совещание по координации производства, а не митинг обиженных. Управлению необходимо думать о надежности выполнения обязательств в масштабе всей системы. Условия завода № 768 по оборудованию и финансам куда стабильнее ваших, поэтому руководство полагает целесообразным разделить еще не выпущенные по контракту партии: завод № 764 продолжает выпуск части объема, а завод № 768 берет на себя остальное. Возникнет страховка двух предприятий, так будет надежнее всего.
Заместитель директора завода № 768 сидел молча, лишь приподнял пиалу с чаем и сделал глоток, а на лице его застыло неопределенное выражение.
В конференц-зале воцарилась тишина.
Сотрудник планового отдела уставился на Чэнь Ли, словно выжидая реакции молодого человека.
Фан Цзинъяо также перевел взгляд на Чэнь Ли:
─ Чэнь Ли, вы начальник офиса перевода военной продукции на гражданскую, а также непосредственный руководитель этого проекта. Что скажете?
Чэнь Ли поднял глаза, посмотрел на Фан Цзинъяо, а затем на чиновника планового отдела и замдиректора завода № 768.
Он протянул руку и чуть сдвинул стопку таблиц вперед.
─ Товарищ директор Фан, уважаемые руководители. Передать часть заказов заводе № 768 – это не просто сменить адрес отправки, заводу № 768 придется заново проходить весь производственный цикл.
Голос Чэнь Ли звучал спокойно и отчетливо, разносясь по всему помещению.
Указав на верхний лист ведомости складских активов, Чэнь Ли продолжил: ─ Скороварки «Хунлин» смогли уйти на экспорт по пятьдесят долларов за штуку исключительно потому, что на складе завода № 764 уже имелось двенадцать тысяч готовых изделий.
Наша подготовка к экспорту строилась на этой готовой базе: потребовалось лишь провести сортировку, модернизацию комплектующих, упаковку и проверку.
У завода № 768 нет этих двенадцати тысяч единиц готовой продукции.
Если они возьмутся за заказ, им придется заново закупать сталь, изготавливать новые штампы, заново запускать вытяжку и штамповку. Смогут ли они осилить выпуск по цене пять долларов за штуку? Если смогут, то какова себестоимость? Насколько затянутся сроки? В управлении это пересчитывали?
Сотрудник планового отдела опешил, опустил глаза в бумаги и поинтересовался:
─ Но ведь завод № 768 является базовым предприятием с мощной производственной базой, неужели они не смогут за счет технической модернизации снизить издержки?
─ Модернизация требует времени, а времени-то как раз у нас и нет.
Чэнь Ли поднял второй палец. ─ Это подводит ко второму пункту – подготовке к непрерывному производству.
Завод № 764 ради выполнения последующих заказов задействовал все мощности цеха товаров народного потребления, инструментального цеха, упаковочной бригады и испытательной лаборатории, сформировав устойчивый ритм отгрузок.
Как вы все только что могли убедиться, очередная партия сегодня в полдня уже передана железнодорожникам, третья – на конвейере, а для четвертой уже полностью готова оснастка. Если сейчас насильственно отрезать невыпущенную часть заказов, это равносильно тому, чтобы переломить хребет только что запустившейся линии завода № 764. Это не повысит надежность выполнения обязательств, а лишь породит новую путаницу.
Он повернулся к замдиректора завода № 768. Тот вцепился в пиалу с чаем чуть сильнее.
─ Завод № 768 – наше опорное предприятие в Линьцзяне, сильное в производстве водяных насосов и малых дизелей. Насколько мне известно, гражданская линия завода сейчас находится в разгар осеннего сезона поставок, рабочие и оборудование загружены до отказа.
Посмотрев на него, Чэнь Ли продолжил мягким, но твердым тоном: ─ У завода № 768 нет ни готовой оснастки для скороварок, ни кадровых рабочих, знакомых с толстостенной взрывобезопасной и герметичной проверкой. Если браться за этот заказ, придется ли вам останавливать собственную доходную линию насосов, чтобы заново монтировать линию скороварок? Сколько времени уйдет на новые заявки по стальным лимитам? Сколько времени займет обучение людей?
Замдиректора завода № 768 тяжело вздохнул, поставил пиалу на стол и посмотрел на Фан Цзинъяо:
─ Товарищ директор Фан, помощник Чэнь говорит чистую правду. Заказы на наши насосы расписаны до конца года, в цехах работа идет в три смены.
Если управление заставит нас браться за скороварки, у нас нет ни готовой оснастки, ни готовых запасов – придется заново обивать пороги провинциального металлургического комбината ради фондов на металл.
К тому же мы действительно не имеем опыта выпуска подобных тяжелых скороварок. Если возьмем, то не сможем ручаться перед управлением за сроки. Все, что мы можем сделать – это оказывать заводе № 764 вспомогательную поддержку: например, помогать починить грузовики, поддерживать в строю силовой парк или выделить часть транспорта для доставки грузов на станцию. Но браться за само производство мы не посмеем.
Лицо чиновника из планового отдела слегка вытянулось. Он посмотрел на Чэнь Ли и с нажимом переспросил:
─ Ну а если поручить заводу № 768 изготавливать лишь часть комплектующих, а окончательную сборку и маркировку оставить за заводом № 764? Это и вам снизит нагрузку, и нагрузку распределит.
─ Вот об этом мои пункты три и четыре.
Лицо Чэнь Ли стало совсем суровым. ─ Если детали делает завод № 768, а ярлыки ставит завод № 764, то в случае малейшей претензии к качеству или назначению за рубежом – чья это вина? Изготовителя или маркировщика? Начнется взаимное перекладывание ответственности, и кто ответит за государственный ущерб во внешней торговле и дипломатии?
Стоило прозвучать фразе «цепочка ответственности», как записывающие чиновники замерли с поднятыми кончиками ручек и синхронно уставились на Чэнь Ли.
Веки Фан Цзинъяо едва заметно дрогнули.
Чэнь Ли не сбавил темп: ─ Наконец, спасение завода № 764 и выполнение государственных обязательств в корне друг другу не противоречат. Оставить весь заказ целиком на заводе № 764 – значит задействовать имеющиеся складские запасы и уже поднятую производительность, выполнив государственную задачу по валютной выручке с минимальными издержками.
Если же заказы раздербанить, двенадцать тысяч готовых единиц завода № 764 снова превратятся в металлолом, две с лишним тысячи рабочих снова останутся без средств к существованию, а завод вновь сорвется в пропасть ликвидации;
при этом завод № 768 будет втянут в чуждую ему производственную сферу, что подорвет их стабильную прибыль от гражданской продукции. Это не планирование, это создание двух проблемных предприятий одновременно.
Закончив, Чэнь Ли сцепил руки на столе и спокойно посмотрел на Фан Цзинъяо.
У Чжао Голяна от напряжения ладони взмокли; он то глядел на Чэнь Ли, то переводя взгляд на Фан Цзинъяо, затаив дыхание.
Оба сотрудника планового отдела растерянно переглядывались.
Они заготовили горы цифр о финансовых рисках завода № 764, но перед лицом неопровержимых фактов, изложенных Чэнь Ли, эти цифры рассыпались в прах.
Первым слово взял заместитель директора завода № 768:
─ Товарищ директор Фан, я остаюсь при своем мнении. Оставшиеся несколько сотен штук пусть завод № 764 делает сам.
Фан Цзинъяо не ответил сразу.
Он извлек из кармана пачку «Дацяньмэнь», вытащил сигарету и чиркнул спичкой. В полумраке совещательной комнаты вспыхнул огонек, и вверх потянулась сизая струйка дыма.
Все ждали его решения.
Спустя долгое время Фан Цзинъяо затушил окурок в пепельнице и, подняв глаза на чиновника планового отдела, произнес:
─ Проверка по поводу двенадцати тысяч единиц на складе завода № 764 проводилась?
─ Проводилась.
Фан Цзинъяо полистал бумаги, перевел взгляд на сидевших напротив Чжао Голяна и Чэнь Ли и размеренно проговорил:
─ Раз у завода № 764 есть готовые складские запасы, мобилизованные рабочие, отлаженные каналы транспортировки и приемки, то отнимать у них заказ означало бы ставить с ног на голову здравый смысл.
Он придавил ладонью лежащие на столе документы и вынес вердикт:
─ Официальный контракт на последующие четыреста единиц и частный заказ на двести штук полностью оставить за заводом № 764.
Чжао Голян шумно и облегченно выдохнул.
─ Но, старый Чжао, Чэнь Ли…
Голос Фан Цзинъяо опустился до тяжелого баритона, когда он в упор посмотрел на обоих. ─ Заказы вам оставлены, но предупреждаю сразу: если возникнут малейшие задержки, бракоделство или попытки самовольного изменения назначения продукции, управление немедленно возобновит процесс перераспределения оборудования и кадровой разверстки. Вы меня поняли?
─ Есть! Товарищ директор Фан, можете не сомневаться, мы сдадим всё вовремя и с гарантией качества!
Громко отрапортовал Чжао Голян.
Фан Цзинъяо извлек из-под папки бумагу с алой печатью и протянул ее Чэнь Ли.
─ Это утвержденный управлением приказ о твоем назначении.
Посмотрев на Чэнь Ли, Фан Цзинъяо чуть прищурился. ─ Твое личное дело мы изучили от и до. Управление утвердило кандидатуру завода № 764, официально назначив тебя помощником директора завода и одновременно начальником офиса конверсии.
Услышав это, Чжао Голян расплылся в улыбке: ─ Товарищ директор Фан, выходит, этот парень Чэнь Ли больше не «исполняющий обязанности»?
─ Официальное утверждение.
Фан Цзинъяо глянул на Чэнь Ли со строгой строгостью. ─ Полномочия тебе даны, и если со скороварками что-то пойдет не так, спрошу в первую очередь с тебя.
Чэнь Ли обеими руками принял тяжеловатый лист бумаги и всмотрелся в ярко-красную печать:
─ Я принимаю назначение.
…
По окончании совещания сотрудники планового отдела и заместитель директора завода № 768 один за другим покинули зал.
Чжао Голян уже собирался подняться на ноги, как Фан Цзинъяо остановил его:
─ Старый Чжао, вы с Чэнь Ли останьтесь.
Произнес он суховато.
Деревянная дверь конференц-зала тихо затворилась.
Фан Цзинъяо достал из портфеля аккуратно сложенный лист бумаги, положил его на столешницу и медленно подвинул к Чэнь Ли и Чжао Голяну.
Чэнь Ли опустил взгляд.
Перед ним лежала вырезка из газеты, отпечатанная на лучшем ротаторе управления.
На фотографии красовалась наполовину обрушенная каменная крепость, а в углу среди щебня и рваных мешков с песком отчетливо виднелся вывернутый наружу обломок железо-серого металла, на котором угадывалась половина английской литеры «R».
Рядом шел машинописный перевод на китайский язык:
«Дорога снабжения на Нанькоу вновь открыта, в долину Белого Камня прибыла гуманитарная помощь – лагерное кухонное оборудование доставлено в долину, послевоенная расчистка развалин каменной крепости завершена».
У Чжао Голяна судорожно дернулось веко, он уже собирался было оправдаться, но жест руки Фан Цзинъяо оборвал его на полуслове.
Фан Цзинъяо пристально смотрел на Чэнь Ли:
─ «Хуаюань» может черпать информацию из зарубежных каталогов, но у управления естественным образом имеются свои каналы внешнеполитической разведки. Напомню вам: завод № 764 – предприятие оборонной отрасли, дисциплина и границы дозволенного не должны теряться ни при каких обстоятельствах.
Он накрыл ладонью эту копию так, что побелели суставы пальцев:
─ Начиная с сегодняшнего дня управление требует, чтобы партии всех экспортных скороварок завода № 764, контрагенты, публичное назначение и отчеты о движении продукции проходили обязательное оформление в «Хуаюане» и управлении. Изготовитель не имеет права вступать в частные контакты ни с какими покупателями в зонах боевых действий и оказывать непредусмотренные контрактом технические услуги. Вы поняли?
Чэнь Ли со спокойным выражением лица разглядывал снимок.
Он понимал, что Фан Цзинъяо чертит для завода № 764 защитную красную линию. Это и надзор, и защита одновременно.
─ Понятно, мы будем строго соблюдать режим отчетности и вести точный учет партий и направлений, – глухим голосом ответил Чэнь Ли.
……