Класс жил своей жизнью.
Смех, разговоры, скрип стульев, шуршание рюкзаков — всё это сливалось в один сплошной гул, который Адам давно научился не замечать. Он сидел у окна, подперев голову рукой. Светло-каштановые волосы падали на глаза, почти закрывая лоб. Школьная рубашка была наполовину заправлена, галстук расслаблен, верхняя пуговица расстегнута. Адам смотрел на улицу. Точнее, сквозь неё. Его взгляд был пустым, расфокусированным, словно он находился где-то далеко отсюда.
«Меня зовут Адам. Обычный парень. Ни друзей, ни врагов. Никто не замечает, есть я в классе или нет. Наверное, так и должно быть. Одиночество безопасно...»
Мысль была старой, затёртой, как монета, которую годами крутишь в кармане. Адам не жаловался. Ему действительно так было проще. Люди приносят проблемы. Люди предают. Люди уходят. Лучше вообще не впускать их в свою жизнь.
— Адам.
Голос учителя выдернул его из размышлений. Адам медленно повернул голову. Учитель стоял у двери, держа в руках стопку картонных коробок.
— Поможешь донести? Они тяжёлые, а мне ещё журнал заполнять.
Адам молча поднялся. Одноклассники даже не посмотрели в его сторону — кто-то уткнулся в телефон, кто-то продолжал болтать. Это было привычно.
В коридоре учитель шагал чуть впереди, Адам — за ним, придерживая коробки.
— Спасибо, Адам, — сказал учитель, не оборачиваясь. — Ты всегда такой тихий. Хоть бы друзей завёл.
Адам не ответил. Зачем? Объяснять, что друзья — это лишняя боль, бессмысленно. Учитель всё равно не поймёт.
«Друзья... Это для тех, кому есть что терять. А я просто хочу, чтобы меня не трогали».
После уроков Адам вышел из школы. Школьный пиджак он перекинул через плечо — было душно. Рубашка небрежно заправлена, галстук болтался. В ушах — наушники. Волосы трепал ветер. Он шёл по тротуару, сунув руки в карманы брюк, и смотрел под ноги.
Он шёл домой.
Улица, поворот, ещё улица. Всё по привычному маршруту. Адам уже почти поравнялся с тёмным переулком, когда сквозь музыку пробился странный звук. Приглушённый. Похожий на... крик?
Адам замедлил шаг.
«Не моё дело. Иди домой. Ты же сам решил — ни во что не лезть».
Он сделал ещё шаг. И снова крик. Теперь громче. Отчаяннее. Женский.
Адам остановился.
«Блять... Если я уйду, тот, кто кричит, может пострадать. И это будет на моей совести».
Он вытащил наушники. Тишина ударила по ушам, и сразу стало слышно то, что происходило в переулке.
— Отпусти, ублюдок! — голос девушки дрожал от страха и злости.
— Не сопротивляйся, — ответил грубый мужской голос. — Тебе же больнее будет.
Адам осторожно подошёл к углу и заглянул за него.
Картина была отвратительной. Девушка прижата к стене. Светлые волосы растрепались и прилипли к мокрому от слёз лицу. Дорогая куртка была разорвана, ворот блузки сбит. Она выглядела так, будто её вырвали из другой жизни — ухоженной, дорогой, безопасной. Здоровенный мужик держал её одной рукой, а второй доставал нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете фонаря.
— Но сначала немного развлечёмся, — произнёс мужик, и в его голосе послышалась мерзкая ухмылка.
Он приставил нож к горлу девушки. Та замерла, боясь пошевелиться. Мужик начал срывать с неё верхнюю одежду.
Адам почувствовал, как внутри что-то оборвалось.
— Эй! — крикнул он, выходя из-за угла. — Ты что творишь?!
Мужик обернулся. Его лицо было тяжёлым, с грубыми чертами, а глаза — пустыми, как у человека, который уже давно перешёл черту.
— Парень, советую свалить по-хорошему, — процедил он. — Не видишь, люди заняты?
— Вижу, — Адам старался, чтобы голос не дрожал. — Вижу, как ты пытаешься изнасиловать девушку.
— У него нож! — крикнула девушка. — Беги!
— Заткнись, сука! — рыкнул мужик, а потом снова посмотрел на Адама. — А ты, парень, слишком много видел.
Он оттолкнул девушку и направился к Адаму. Нож в его руке смотрелся угрожающе. Обычный человек повернулся бы и убежал.
Адам не побежал.
Вместо этого он быстро оглянулся. Рядом валялась стеклянная бутылка. Адам схватил её и, не раздумывая, швырнул в мужика.
Бутылка разлетелась вдребезги, ударившись о голову противника. Осколки и кровь брызнули на асфальт.
Мужик не упал. Он лишь мотнул головой, словно отгоняя назойливую муху, и снова двинулся вперёд.
«Тяжёлый... Слишком тяжёлый. У меня начинают дрожать колени».
Адам понял: разница в силе слишком огромна. Но бежать было поздно.
Мужик бросился на него. Адам инстинктивно закрылся руками. Первый удар пришёлся по предплечью — обожгло болью. Второй — по плечу. Лезвие вспарывало кожу, рубашка быстро пропитывалась кровью.
«Больно! Хочу убежать! Но если я побегу — он догонит. Или, хуже того, вернётся к ней».
Сквозь боль Адам заставил себя смотреть. Мужик снова замахнулся. Адам уловил момент — и уклонился. Кулак со свистом рассёк воздух там, где только что была его голова.
Адам ударил.
Кулак врезался противнику в челюсть. Голова мужика дёрнулась в сторону. Он пошатнулся, но устоял.
— Ах ты щенок! — взревел мужик и снова атаковал.
Нож мелькал перед лицом. Адам уворачивался, чувствуя, как воздух рассекается в миллиметрах от кожи. Один удар, второй, третий — он уклонялся, отступал, а потом снова бил. В челюсть. Ещё раз. Мужик зашатался сильнее.
Адам сделал подсечку.
Мужик поскользнулся и с грохотом рухнул на землю.
«Он не встанет. Но если встанет...»
Мужик попытался приподняться. Адам не дал. Он бросился на него сверху и начал бить. Снова и снова. Удары сыпались градом. Костяшки горели огнём, но Адам не останавливался. Он уже не контролировал себя. Кулаки врезались в лицо, в кровь, в месиво.
— Стой! — раздался крик. — Пожалуйста, стой! Он уже не двигается!
Голос девушки пробился сквозь красную пелену. Адам замер.
Его руки были в крови. Чужой крови. Он медленно опустил взгляд. Лицо мужика превратилось в кровавую кашу. Грудь противника едва заметно вздымалась — он был жив.
Адам перевёл взгляд на девушку. Та вжалась в стену, прикрывая разорванную одежду. Светлые волосы падали на лицо. Её глаза были расширены от ужаса. Она смотрела не на мужика — на Адама.
— Он... он жив? — прошептала она.
Адам не ответил. Он слез с мужика и выпрямился.
«Это я... Это я сделал? Почему... Почему мне не страшно? Почему я чувствую... облегчение?»
— Ты в порядке? — спросил он, стараясь дышать ровно.
— Д-да... вроде, — девушка всё ещё дрожала. — А ты?
— Тоже. Вызови полицию.
— Да, конечно...
Девушка достала телефон, но руки тряслись так, что она едва могла набрать номер. Адам стоял рядом, глядя на неподвижное тело.
Полиция и скорая приехали быстро. Адаму забинтовали порезанные руки. Он стоял, пиджак висел на плече, рубашка в крови. Медик что-то говорил про швы и больницу, но Адам не слушал. Он смотрел, как мужика грузят на носилки.
К нему подошёл полицейский с блокнотом.
— Парень, ты в порядке?
— Нет... То есть да. Я в порядке, — ответил Адам.
«Странно. Я должен быть в шоке. Но я думаю только о том, выжил ли он. Не потому что боюсь. А потому что... хочу, чтобы он выжил и понял, что проиграл».
Полицейский что-то записывал.
— Хорошо. Мы свяжемся. Ты уверен, что не знаешь эту девушку?
Адам посмотрел на девушку. Она стояла у машины скорой, укутанная в плед. Светлые волосы были всё ещё растрёпаны. Их взгляды встретились. Девушка быстро отвела глаза.
— Впервые увидел, — сказал Адам.
Полицейский хмуро кивнул:
— Понятно...
Адам не стал ждать больше. Он сунул забинтованные руки в карманы и пошёл прочь.
— Тот парень... — услышал он голос девушки за спиной. — Он где?
— Ушёл. Сказал, что ему нужно идти.
Адам не оборачивался. Он шёл вперёд, чувствуя на себе её взгляд. Взгляд, в котором были благодарность, страх и... вина.
«Я даже имени его не успела спросить... Но я его запомню».
Город снова шумел. Всё как обычно. Машины, прохожие, свет фонарей.
Адам шёл домой, игнорируя боль в забинтованных руках.
«Сказал, что свяжутся. Но не спросил мой номер... Забыл? Или...»
Он остановился.
В кармане завибрировал телефон. Адам достал его. На экране — пропущенный звонок с неизвестного номера. И сообщение.
«Ты сделал то, что не должен был. Ты теперь соучастник».
Адам поднял голову.
На другой стороне улицы стоял человек в капюшоне. Он не двигался. Просто смотрел.
«Откуда он знает? Мы были в переулке одни...»
Человек медленно поднял руку и приложил палец к губам: «Молчи».
Телефон снова завибрировал.
«Если расскажешь — она умрёт первой».
Адам сжал телефон. Он хотел закричать, спросить, кто этот незнакомец. Но когда он поднял взгляд, улица была пуста.
Только ветер и тишина.
Ночь. Тишина.
Адам лежал на кровати, не раздеваясь. Школьная рубашка была расстегнута и помята. Галстук снят и брошен на пол. Брюки измяты. Пиджак висел на спине стула. Забинтованные руки он положил на грудь и смотрел в потолок. Телефон лежал рядом. Экран давно погас, но он всё ещё видел перед глазами эти сообщения.
«Ты сделал то, что не должен был. Ты теперь соучастник».
«Если расскажешь — она умрёт первой».
Сон не шёл. Мысли крутились в голове, как заезженная пластинка.
«Что это всё значит? Из-за того, что я спас ту девушку, я стал чьей-то целью? Нет... Так дело не пойдёт. Нужно проветриться».
Он сел на кровати. В комнате было темно и душно. Забинтованные предплечья глухо ныли.
Адам встал с кровати. Снял школьную рубашку и бросил её на стул. Надел тёмную толстовку, чёрные джинсы, старые кеды. Накинул капюшон. Из-под рукавов выглядывали бинты. Он вышел на улицу.
Ночной город встретил его пустотой.
Фонари лили тусклый жёлтый свет. Адам шёл по тротуару, сунув руки в карманы, и слушал, как ветер шуршит сухими листьями. В голове было одно:
«Откуда они узнали мой номер? И кто вообще эта девушка?»
Он дошёл до детской площадки. Пустые качели. Редкие фонари. Ни души.
Адам сел. Цепи тихо скрипнули.
«Ноги сами привели меня сюда. Когда-то я часто сидел на этих качелях. Ещё до того, как понял, что одиночество безопаснее людей».
«Почему я вообще влез? Мог бы пройти мимо. Сделать вид, что не слышал... Но тогда бы я не смог жить дальше. А теперь — не могу спать».
Он откинулся назад и закрыл глаза.
Шорох.
Адам открыл глаза и повернул голову.
К площадке приближалась фигура. Девушка. Та самая.
Теперь она выглядела иначе. Не напуганная жертва в разорванной одежде, а собранная, уверенная девушка. Светлые волосы были аккуратно убраны назад. Дорогая куртка сидела идеально. На лице — ни следа вчерашнего ужаса. Только под глазами залегли лёгкие тени.
Она шла медленно, оглядываясь по сторонам. Потом заметила его и остановилась.
— Эй... — прищурилась она. — Ты же тот парень?
Адам молчал.
Девушка подошла ближе.
— Ну точно. Это ты.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он.
— Я? Ищу тебя.
— Зачем?
— Во-первых, чтобы поблагодарить. Во-вторых, кое-что рассказать.
— Во-первых, мне ничего не нужно, — Адам отвёл взгляд. — Во-вторых, кто ты вообще такая? Уж точно не обычная девушка.
Она усмехнулась. Усмешка вышла невесёлой.
— А ты прав. Я не обычная. Меня зовут Мия. И за мной охотятся. Много людей. Одного из них ты сегодня отправил в неотложку. — Она помолчала. — Но он был не один.
— Я в курсе, — тихо ответил Адам.
Мия резко повернулась к нему.
— В смысле?
Адам прикусил язык.
«Стоп. А стоит ли ей говорить? В сообщении было сказано: если проболтаюсь — она умрёт».
— Да так. Догадываюсь. — Он перевёл разговор. — И всё же... как ты узнала, что я здесь?
— Случайно наткнулась. Кстати, Адам, а ты что тут делаешь?
Адам замер.
— Стоп. Откуда ты знаешь моё имя? Я его не называл.
Мия пожала плечами.
— Узнала. Это не так уж сложно.
— Узнала? Как?
— Полицейский, который с тобой разговаривал. Он назвал тебя по имени. Я слышала.
Адам прищурился.
— И ты запомнила?
— Ты спас мне жизнь. Конечно, запомнила.
«Чёрт. Точно. Полицейский... Кажется, он действительно называл меня. Но всё равно... Она слишком спокойна. И слишком наблюдательна».
— Ладно. Допустим. Но больше так не делай.
— Как? Не узнавать о тебе? — В уголках её губ мелькнула слабая улыбка.
— Не притворяйся, что мы знакомы.
— А мы разве не знакомы?
Адам отвёл взгляд.
— Нет. Мы чужие.
— Пока что, — тихо сказала она.
«Слишком наглая. И слишком... уверенная. Она точно не обычная девушка».
«Случайно наткнулась? В три часа ночи? На пустой площадке? Не похоже на случайность».
Некоторое время они сидели молча. Ветер шевелил листья.
— Так что ты хотела рассказать? — спросил Адам.
— Мой отец... владелец крупной компании. У него много связей. И много врагов.
— И поэтому на тебя напали?
— Да. Возможно.
— Возможно?
— Я не знаю наверняка. Но это было не просто нападение. Это было предупреждение. Мне. Или ему.
Адам откинулся на качелях.
— И что теперь? За тобой будут охотиться?
— И за тобой тоже. Ты вмешался. Ты избил их человека. Они этого не оставят.
Адам усмехнулся.
— Я просто хотел помочь.
— Знаю. Поэтому я здесь. Чтобы предупредить.
Мия встала с качелей.
— Адам, будь осторожен. За тобой могут следить. Я уже видела машину возле переулка. Чёрную. Она поехала за тобой, когда ты ушёл.
Адам напрягся.
— Ты уверена?
— Да.
«Чёрная машина. Я не заметил. Чёрт».
— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросил он. — Могла бы просто сделать вид, что не знаешь меня.
— Потому что ты спас меня. И потому что теперь мы в одном дерьме.
Она посмотрела ему в глаза.
— Адам, я знаю, ты не просил втягиваться. Но теперь мы оба в этой игре. И если мы хотим выжить, нам нужно действовать вместе.
— Вместе?.. — медленно повторил он.
— Да.
Он не ответил. Просто смотрел в темноту.
Где-то вдалеке, за деревьями, мелькнули фары. Машина проехала медленно, словно высматривая кого-то.
— Они уже здесь, — прошептала Мия.
Адам поднялся.
— Иди домой. И не оборачивайся.
— Адам...
— Уходи. Я отвлеку их.
— А ты?
— Справлюсь. Беги.
Мия колебалась. Потом кивнула.
— Будь осторожен.
Она скрылась в темноте.
Адам остался один.
Ветер качал качели. Где-то рядом тихо урчал двигатель.
К площадке подъехала чёрная машина. Фары ударили в глаза. Адам прищурился.
Из машины вышли трое. Высокие, в тёмных пальто. Один шагнул вперёд.
— Мистер Кроу.
— Вы кто такие?
— Люди, которые не любят, когда кто-то вмешивается в их дела.
«Чёрт. Он знает, кто я. Но... они не нападают. Значит, им нужно что-то другое».
— И что вам нужно?
— Где мисс Кросс?
Адам напрягся.
— Какая ещё мисс Кросс?
— Не притворяйтесь. Вы были с ней. Здесь. Несколько минут назад.
«Кросс? Это её фамилия? Значит, Мия Кросс. Они знают её. Следят за нами. Чёрт...»
— Я не знаю, о ком вы.
Человек сделал шаг вперёд.
— Мистер Кроу, не играйте с нами. Скажите, где мисс Кросс, — и можете идти. Мы не тронем вас.
— А если не скажу?
— Тогда вы знаете, что будет.
Пауза.
«Если я сдам её — они заберут её. Если не сдам — заберут меня. Нужно выбираться».
Адам медленно поднял руки.
— Ладно. Хорошо. Она побежала в ту сторону.
Он указал в противоположную от того места, куда убежала Мия, сторону.
Человек усмехнулся.
— Думаешь, мы идиоты? Ты бы не сдал её так быстро. Взять его.
«Плохо. Они не купились».
— ПОЛИЦИЯ! СЮДА! — заорал Адам.
Люди в пальто вздрогнули. Обернулись.
Адам рванул с места.
— За ним! — донеслось сзади.
Он бежал, не оглядываясь.
Сердце колотилось где-то в горле. Лёгкие горели. Ветки хлестали по лицу.
Адам сворачивал в переулки, стараясь запутать след. Раз. Ещё раз. Ещё.
Тупик.
Он резко остановился. Впереди — глухая стена. Позади — топот.
Адам развернулся.
Из темноты вышли трое. Те самые. В руках блеснули ножи.
— Парни, может, договоримся? — выдохнул он.
Они молчали. Приближались.
«Они не наёмники. Слишком тупо ведутся. Обычные шестёрки. Но ножи у них настоящие... Чёрт. Ну всё. Мне пиздец».
«Руки болят. Швы разойдутся. Но если я не ударю, меня просто зарежут».
Он прижался спиной к стене.
И вдруг — движение.
Из тени, прямо за спинами преследователей, появилась тёмная фигура. В капюшоне. Без лица.
Она двигалась быстро. Молчаливо.
Удар — первый преследователь рухнул. Второй обернулся — и получил удар в горло. Третий замахнулся ножом, но фигура перехватила его руку и резко вывернула.
Хруст. Крик. Тишина.
Трое лежали на земле.
Адам стоял, прижавшись к стене. Тяжело дышал.
Тёмная фигура выпрямилась. Посмотрела на него.
— Кто... кто ты такой? — спросил Адам.
Фигура молчала.
Потом медленно подняла руку и приложила палец к губам: «Молчи».
В кармане завибрировал телефон.
Адам достал его.
«Мы присматриваем за тобой, Адам Кроу».
Он поднял взгляд.
Фигуры уже не было.
Только ветер и пустая улица.
«Почему он ждал? Почему не вмешался сразу?.. Он наблюдал? Или... проверял меня?»
«Мия... Надеюсь, она успела уйти. Но проверять сейчас — значит выдать себя. Если она попалась, я уже не помогу. Нужно домой. Завтра... будет новый день».
«Кто вы такие?.. И почему вы меня спасли?»
Ответа не было.