Адам вернулся домой. Он потихоньку, на цыпочках, пытался пройти к своей комнате.
Вдруг позади раздалось показательное покашливание.
— Кхм-кхм.
Адам замер.
Это была мама.
— Адам, ты ничего не хочешь объяснить?!
— Что именно?
— Где ты вчера весь день был?! И даже не пришёл домой! Почему не перезвонил?!
— Прости. Я вчера у друга остался, нужно было доделать один проект. А после мы пошли в школу. А не перезвонил, потому что телефон сел.
Мать вздохнула.
— Я же волнуюсь за тебя. Ты в последнее время очень странно себя ведёшь. Приходишь раненым или только через день. Ладно, иди в комнату.
Адам ушёл в свою комнату и лёг на кровать.
Дверь открылась. Зашла Алиса.
— Привет, Адам. А где ты вчера был?
— Привет, Алиса. У друга остался.
— Ты опять перевязанный. Ты с кем-то дрался?
— Да... — выдохнул Адам.
— А зачем ты дерёшься? Ведь драться — это плохо.
— Да, драться — это плохо. Но не всегда. Я дерусь, потому что это необходимо, чтобы защитить близких мне людей. Если я не буду этого делать, мои близкие могут пострадать.
— Ооо, тогда ясно. Тогда, когда я вырасту, я буду как ты. Тоже буду защищать близких мне людей.
— Ха-ха. Сначала вырасти. А потом посмотрим. А теперь иди спать, уже поздно.
Адам погладил Алису по голове.
Алиса подошла к двери.
— Я не хочу, чтобы ты пострадал. Не хочу тебя терять. Я надеюсь, что мы сможем жить как раньше.
— Я... тоже надеюсь. Не волнуйся, я не пострадаю. Так что можешь не волноваться.
— Спокойной ночи, братик.
— Спокойной ночи, Алиса.
Алиса вышла из комнаты.
Адам посмотрел ей вслед, а после перевёл взгляд на свои руки. Они были перебинтованы, но уже виднелись небольшие шрамы.
«Надеюсь, мы сможем жить как раньше. Возможно, Алиса. Возможно».
Адам ещё долго лежал и смотрел в потолок. В комнате было тихо. Только из-за стены доносился едва слышный голос Алисы — она что-то напевала.
Утро. Кухня.
Мама готовила завтрак. Алиса сидела за столом, болтая ногами. Адам вошёл, сонно потирая лицо.
— Доброе утро, — тихо сказал он.
— Доброе, — ответила мама, не оборачиваясь.
— Адам, а ты сегодня в школе? — спросила Алиса.
— Да.
— Можно я с тобой? — улыбнулась она.
— В школу? Нет уж. Ты в своей учишься.
— Жалко.
Мама поставила на стол тарелку с завтраком.
— Ешь. И будь осторожен.
Адам кивнул.
После завтрака он собрался и вышел из дома.
В школе было шумно. Все обсуждали фестиваль.
Раздался звонок. Зашёл учитель.
— Так, всем здравствуйте. Как вы уже знаете, завтра у нас пройдёт ежегодный школьный фестиваль. Я просил ознакомиться со списком занятий. Кто выбрал, можете сказать мне, что вы будете делать.
Ученики по одному начали подходить.
«Ну, я как обычно просто буду сидеть в сторонке. И если что — просто незаметно уйду».
— Так, кто хотел, мне сказал. Тогда тем, кто не сказал, будем сейчас подбирать что-нибудь.
Адам напрягся.
«Стоп. Что он только что сказал? Похоже, мой план просто отсидеться не прокатит. Блять».
Учитель называл имена, разговаривал с учениками и раздавал роли. Очередь дошла до Адама.
— Адам, ты ничего не выбрал? Тогда можешь присоединиться к...
— Учитель! А может, он к нам присоединится? Нам как раз рук не хватает, — выкрикнул Алекс.
— А, Алекс. Хорошо. Тогда Адам присоединится к группе Алекса.
«Мда, отсидеться не получилось. Но хотя бы к группе Алекса присоединился».
Прозвенел звонок.
Алекс, Сара и Эмма подошли к Адаму.
— Адам, теперь ты в нашей группе. Приветствую.
— Ага, спасибо. А чем занимается наша группа?
— Мы решили, что у нас будет что-то вроде кафе, — сказала Сара.
— С чего это?! Вообще мы решили, что у нас конкурс талантов! — возмутился Алекс.
— Ага, хрен тебе, а не конкурс талантов. У нас будет кафе!
— Нет уж, конкурс талантов!
— Аа... может, косплей-уголок? Это сейчас очень популярно, — тихо предложила Эмма.
— Нет! — хором сказали Сара и Алекс.
Эмма сжалась, прикрыв лицо рукой.
— Вы чего так ругаетесь? Аж Эмма испугалась. Испугалась... А может, сделать комнату страха? — вдруг предложил Адам.
Сара задумалась.
— Идея хорошая, но людей может прийти слишком мало. Нужно ещё что-то.
— Тогда, может, рядом просто поставить кафе? И тогда мы можем поделиться. Одни занимаются кафе, а другие — комнатой страха, — продолжил Адам.
— Слушай... А это офигенная идея! Так мы соберём много людей, — оживился Алекс.
— А ты молодец. А то бы мы тут продолжали спорить и ни к чему не пришли, — сказала Сара.
— Спасибо, Адам, — тихо улыбнулась Эмма.
— Ладно, хватит меня хвалить. Тогда нужно распределиться.
— Ну, давайте я и Эмма займёмся кафе, а Сара и Адам — комнатой страха, — предложил Алекс.
— Ну окей, я согласна, — кивнула Сара.
— Окей, — ответил Адам.
— Так и сделаем, — сказала Эмма.
— Тогда всё решено. Приступаем к подготовке!
Группа разделилась.
Адам и Сара занялись комнатой страха. Они строили декорации, развешивали тёмные ткани, ставили жуткие фигуры.
Алекс и Эмма занимались кафе — закупались продуктами, готовили место, расставляли столики.
К вечеру к ним заглянула Лина.
— О, у вас тут атмосферно. Помочь?
— Да, если можно, — ответила Сара. — Нам с Адамом как раз нужно ещё затемнить углы.
Лина кивнула и принялась помогать.
Чуть позже подошла Мия.
— Я видела, вы разделились. У вас кафе и комната страха?
— Ага, — отозвался Алекс. — Кафе почти готово.
— Может, помогу завтра? — предложила Мия.
— Было бы здорово, — улыбнулась Эмма.
Через время всё было готово.
— Фух, вроде закончили, — выдохнул Алекс.
— Хорошо мы постарались. Ну точно станем самыми лучшими на этом фестивале, — улыбнулась Сара.
— Не загадывай наперёд.
— Пошёл ты.
— Сама пошла.
Алекс и Сара начали возню, больше похожую на избиение Алекса.
— Ребят, ну прекратите, — попросила Эмма.
— Ахах. В вас ещё осталась энергия. Потратьте её лучше на завтрашний фестиваль. А так сегодня все хорошо постарались, — сказал Адам.
Адам вышел с территории школы и остановился.
Вечер был тёплым. Адам вдохнул воздух. Пахло осенью и чем-то сладким с территории фестиваля.
«Сегодняшний день прошёл хорошо. Даже несмотря на то, что я не хотел участвовать, мне понравилось что-то делать вместе с ребятами. Хотелось бы, чтобы и все остальные дни продолжались так же».
Адам поднял взгляд на небо.
«Завтра будет хороший день. Наверное».
Школа гудела, как растревоженный улей. Повсюду — смех, музыка, запах попкорна и сладкой ваты. Яркие флажки трепетали на ветру, а ученики сновали между палатками, зазывая гостей. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая всё в тёплые золотистые тона.
Компания Адама работала без остановки. В палатке-кафе Алекс пританцовывал у входа, завлекая прохожих громкими шутками. Эмма, покусывая губу от напряжения, украшала десерты за стойкой, а Сара носилась между столиками с подносами. В соседней палатке — «Комнате страха» — было темно и прохладно. Адам заканчивал последние приготовления: проверял механизмы, натягивал верёвки, настраивал свет.
— Ребята, сегодня мы должны выложиться на все сто, — объявил Алекс, потирая руки и сверкая белозубой улыбкой.
— Ты же сам хочешь произвести впечатление, — фыркнула Сара, поправляя фартук, но не сдержала улыбки.
— Мы и без твоих речей справимся, — добавила она, но голос прозвучал мягче, чем обычно.
— Ага, — тихо отозвалась Эмма, поправляя салфетки на столиках. — Не подведём.
Адам молча кивнул. Внутри него росло странное, давно забытое чувство — лёгкость. Он не помнил, когда в последний раз просто делал что-то нормальное. Не дрался, не спасал, не убегал. Просто был рядом с друзьями. Это было так непривычно, что даже немного пугало.
Фестиваль набирал обороты. Люди потекли рекой. Кафе Алекса и Эммы моментально заполнилось — очередь выстроилась до самого выхода. В «Комнате страха» тоже было людно: крики, визги, смех. Адам управлял механизмами из угла, заставляя манекены дёргаться и фигуры двигаться в темноте. Сара встречала гостей и провожала их по коридору страха, подбадривая шутками.
В разгар работы в палатку заглянули Мия и Лина.
— Привет! — Мия помахала рукой, улыбаясь. — Как у вас?
— Жарко, — выдохнул Алекс, утирая лоб. — Гостей море, заказов — ещё больше. Мы еле справляемся.
— Мы вам поможем, — тут же сказала Мия. — У нас всё готово.
— Отлично! Тогда разделитесь. Одна — к Адаму с Сарой, другая — к нам.
Мия открыла рот, но не успела сказать ни слова.
— Я к Адаму! — выпалила Лина и, даже не взглянув на Мию, скрылась за пологом соседней палатки.
Мия замерла. В её глазах мелькнуло что-то острое — ревность или обида. Алекс, не заметив её состояния, хлопнул в ладоши:
— Тогда ты к нам! Ты у нас популярная и милая — будешь заманивать гостей. Идёт?
— Идёт, — ответила Мия, но голос прозвучал суше, чем она хотела.
— Адам! Привет!
Лина вбежала в палатку, раскрасневшаяся после бега.
— Привет, — удивился Адам. — Ты чего так быстро?
— Помогать вам, — она перевела дух. — Алекс сказал, вы без рук.
— Как раз вовремя, — обрадовалась Сара. — У нас проблема: гости пугаются, но не по-настоящему. Чего-то не хватает.
Лина оглядела палатку. Задумчиво прикусила губу. Потом перевела взгляд на Адама и улыбнулась.
— У меня идея, — сказала она.
— У тебя всегда идеи, — усмехнулся Адам.
Лина достала из сумки коробку с гримом. Сара ахнула:
— Это же гениально! Давай сделаем Адама зомби!
— Я не подписывался, — Адам попятился.
Но они уже надвигались на него с двумя лукавыми улыбками.
— Стойте... не надо... НЕЕЕТ!
Спустя полчаса Адам стоял в углу палатки, полностью загримированный под мертвеца: бледная кожа, чёрные круги вокруг глаз, искусственные шрамы и капли «крови» на шее. Он выглядел так, что даже Сара вздрагивала, когда он неожиданно появлялся из темноты.
— Ты зловещий, — сказала Лина с довольной усмешкой.
— Я убью тебя позже, — мрачно ответил Адам.
— Буду ждать, — парировала она.
Посетители теперь визжали по-настоящему. Адам двигался бесшумно, выпрыгивал из тени и замирал прямо перед лицами, пугая до икоты.
После трёх часов работы у них наконец появился короткий перерыв. Сара ушла за напитками, а Адам и Лина вышли на свежий воздух, сели на лавочку у школы.
Некоторое время они молчали. Слышно было только далёкую музыку и голоса.
— Ты никогда не участвовал в фестивалях раньше? — спросила Лина.
— Неа. Всегда находил способ избежать, — ответил Адам, разглядывая свои руки.
— Почему?
— Не хотел. Люди... они иногда слишком громкие.
Лина улыбнулась.
— А я всегда мечтала участвовать. Но не с кем было. Родители на работе, а знакомых — почти не было. Я научилась обходиться без людей... но это не значит, что я не хотела их рядом.
Адам посмотрел на неё. Она говорила это, глядя вперёд, будто сама себе.
— Теперь у тебя есть компания, — тихо сказал он.
— Да. Спасибо. — Лина помолчала и добавила чуть тише: — С тобой спокойно. Я могу говорить о чём угодно, и ты не осуждаешь. Это редкость.
Адам не нашёл, что ответить, но внутри стало тепло.
Они ещё немного посидели в тишине. А потом Адам посмотрел на неё чуть дольше, чем нужно.
Лина заметила, но не отвела взгляд.
Издалека, со стороны палаток, на них смотрела Мия. Она видела, как они сидят слишком близко. Как Адам смотрит на Лину мягче, чем на неё.
Мия сжала кулаки и отошла.
Фестиваль закончился. Компания собралась у школьных ворот, уставшая и довольная.
— Я вымотался так, как никогда в жизни, — простонал Алекс.
— Ты всех разбудишь своими стонами, — фыркнула Сара.
— Зато сколько заработали! — мечтательно произнесла Эмма.
— Адам, почему ты не смыл грим? — спросила Мия, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Дома смою. Сестре покажу, — коротко ответил он.
— У тебя есть сестра?! — все четверо уставились на него с одинаковым выражением удивления.
— Ну да. Младшая. Зовут Алиса. Она у меня... забавная, — Адам улыбнулся.
— А где Ник? — спросила Сара, оглядываясь.
— Он ушёл раньше, сказал, что у него дела, — ответил Алекс. — Обещал завтра встретиться.
— Ладно, пошли, — сказал Алекс, закидывая рюкзак на плечо. — А то меня дома ждёт нормальная еда, а не школьный хот-дог.
Они засмеялись и пошли по тёмной улице. Впереди — тишина и редкие фонари.
И тут в конце улицы появилась группа людей. Много. Человек тридцать. Они шли не спеша, заполняя собой пространство, как тёмная вода, заливающая берег.
Адам замер.
— Ребята, — сказал он, и голос его изменился — стал жёстче, холоднее. — Слушайте меня. Уходите. Быстро.
— Что? — не поняла Сара.
— УХОДИТЕ, — повторил он, не сводя глаз с приближающихся. — И не оглядывайтесь.
Но было поздно. Группа сомкнулась сзади. Их окружили.
Они выбрали момент, когда улица опустела. Все уже разошлись по домам — теперь никто не помешает.
Из центра вышла девушка. Высокая, короткие пепельные волосы, ледяные зелёные глаза. Она крутила в пальцах тонкую цепочку и улыбалась — холодно и угрожающе.
Адам заметил на ней маленький кулон — серебряный волк с красным глазом.
— Ну здравствуй, Адам. Я тебя сразу не узнала — ты же у нас теперь зомби, — она рассмеялась. — Извини, в моём вкусе мёртвые парни, как и живые, не идут.
— Я не припоминаю, чтобы мы были знакомы, — ответил Адам, сжав кулаки.
— Мы — седьмая банда «Большой Десятки». «Серые волки». А я — Рубин. Ты разнёс «Стервятников» и «Псов». Пришёл твой черёд, — она посмотрела на его друзей и добавила: — Но сначала я хочу, чтобы ты посмотрел, как мы разбираемся с твоими друзьями.
— Нет, — твёрдо сказал Адам. — Это между нами. Отпусти их.
— Ты не в том положении, чтобы торговаться, — засмеялась Рубин.
Алекс переглянулся с Мией и шагнул вперёд.
— Мы не бросим тебя.
— Алекс, защищай девочек! — крикнул Адам. — Я займусь основной частью!
Всё началось в одно мгновение. Люди Рубин бросились вперёд.
Адам двигался как нож по маслу. Уклонялся, контратаковал, отнимал оружие. Одного схватил за руку и, повторив приём Брона, перебросил через себя. Схватил трубу и начал работать ею — жёстко, с расчётом, разгоняя толпу.
Алекс тем временем сражался рядом с девушками. Он дрался с двумя хулиганами, почти успешно, но его прижали числом. Один замахнулся сбоку — Мия подставила ногу, и нападающий полетел на землю. Алекс мельком взглянул на неё — удивлённо, но без слов. Кивнул, и они продолжили драться.
Адам продолжал крушить противников одного за другим, но их было слишком много. Когда он обернулся, перед ним стоял парень. Мускулистый, лысый, в чёрной майке. На костяшках — шрамы.
— Я — Блэк. Вторая рука Рубин, — он усмехнулся. — Боксёр.
Адам не ответил. Он сразу бросился вперёд.
Но удары Блэка были быстрыми и точными. Адам не успевал уклоняться. Он пропустил несколько прямых попаданий, и в голове начало шуметь.
Адам попытался повторить тот самый бросок через плечо, который выручил его в бою с Броном. Он схватил Блэка за руку, дёрнул — но Блэк упёрся ногой в землю, не давая перебросить себя.
— Я знаю этот трюк, — усмехнулся Блэк. — Ты использовал его против Брона. Смотри, как он работает, когда тебя ждут.
Он дёрнул Адама на себя, ударил коленом в корпус — и Адам отлетел, выбив воздух из лёгких.
Адам поднялся, кашлянул. Глаза застилала пелена. Он едва держался на ногах.
— Адам! — крикнула Лина.
Но он уже не слышал её. Он поднял голову, и лицо его словно погрузилось в тень. Глаза стали пустыми, но движения — молниеносными.
В отсветах уличных фонарей его грим смотрелся не как бутафория: бледная кожа, чёрные круги, искусственные шрамы. Он выглядел как настоящий мертвец, который поднялся из земли. Только глаза горели — пустые, но живые.
Блэк и Рубин обменялись взглядами и снова бросились вперёд. Но их удары не достигли цели.
Адам ушёл в сторону, как призрак. Первый удар пришёлся в лицо Блэку. Тот отлетел. Второй — Рубин попыталась ударить ногой, но Адам перехватил её, крутанул и бросил на землю. Она закричала — нога сломалась, и хруст был слышен даже сквозь шум.
— Что за... — успел сказать Блэк, когда Адам начал наносить удары один за другим — прямыми, боковыми, лоу-киками. Он двигался как боксёр, но без правил и без остановки.
— Откуда он знает бокс?! — ошеломлённо пробормотал Блэк. Но прежде чем он успел осмыслить, Адам опрокинул его и вцепился в его лицо градом ударов.
— Адам! — крикнула Мия. — Хватит!
Он не слышал. Кровь, хруст, глухие удары...
— Адам!!! — теперь это была Лина.
Но не голос заставил его остановиться. Он нанёс ещё один удар — и поднял голову. Увидел разбитые лица врагов. Увидел Алекса, лежащего без сознания. Увидел Сару, закрывающую лицо руками. И Эмму, которая плакала навзрыд.
Он не понял, как это случилось. Но он сделал шаг к Мие. Она застыла от страха.
И в тот момент, когда его кулак уже был готов опуститься, кто-то схватил его за руку.
— Хватит, Адам, — тихо сказала Лина.
Она стояла перед ним и держала его запястье. Она не смотрела на него как на монстра.
— Ты справился. Всё закончено. Мы здесь. Я рядом.
Адам всмотрелся в её глаза. И внутри что-то разжалось. Он хотел выдохнуть, сказать что-то — но силы ушли в один миг.
Он рухнул на Лину, и она едва удержала его на ногах, вцепившись в его плечи. Он был без сознания.
Лина медленно опустилась на колени, положив его голову себе на колени. Ей казалось, что он весит тонну.
— Ты здесь, — прошептала она. — Ты не один.
Мия стояла в трёх шагах, замерев. Она видела, как Лина подхватила Адама, как прижала его к себе, как шептала что-то тихо и успокаивающее.
Внутри неё что-то сжалось — не от страха, нет. От осознания.
Она смогла его остановить. А я — нет.
Мия хотела подойти. Хотела тоже коснуться его плеча, сказать, что всё хорошо. Но ноги будто приросли к земле. Она смотрела на них — на Лину, которая держала Адама так, будто делала это всю жизнь, — и чувствовала, как между ними выстраивается невидимая стена.
Сара опустилась на колени рядом с Алексом. Он лежал на спине, глаза закрыты, голова слегка запрокинута. Она тронула его за плечо, потом за щёку.
— Алекс? Слышишь меня?
Он не отвечал. Но дышал — тяжело, но ровно. Сара выдохнула, и только тогда заметила, что у неё трясутся руки. Она подняла голову и посмотрела на Адама — того самого парня, который ещё час назад смеялся с ними на лавочке. Теперь он стоял в чужой крови, с пустыми глазами, и плакал.
Остатки «Серых волков» разбегались кто куда. Кто-то тащил раненого Блэка, кто-то пытался поднять Рубин, которая шипела сквозь зубы, держась за сломанную ногу.
— Мы ещё вернёмся, — прошипела она, глядя на Адама. — Передай ему: он не выиграл войну. Он только разозлил тех, кто стоит за нами.
Её уводили, но она продолжала кричать:
— Он труп! Он не знает, на кого напал! Ему конец!
Лина подняла голову и посмотрела ей вслед. Взгляд её был холодным.
— Передай своему боссу, — сказала она тихо, но так, что Рубин услышала, — что если вы ещё раз тронете его, я лично сломаю вам вторую ногу.
Рубин хотела ответить, но её утащили. Толпа рассеялась. На асфальте остались следы крови, сломанная цепочка и тишина.
Лина осталась сидеть на асфальте, держа голову Адама на коленях. Она гладила его по волосам и смотрела вдаль, где медленно угасали огни фестиваля. Вокруг было пусто, холодно и тихо.
Рядом стояла Мия. Она не знала, что сказать. В голове крутилась только одна мысль: я должна была быть там. Должна была его остановить. Но не смогла.
Она сжала кулаки и выдохнула. Ревность, страх, вина — всё смешалось в одно.
Мия развернулась и пошла к Алексу, который уже начал приходить в себя. Сара держала его за руку.
Она уйдёт. Но спросит. Потом.
А на земле остались следы крови, слёз и тех, кому он не смог помочь вовремя.