Чэнь Фэн приоткрыл рот, принимая сочную виноградину.
После чего принялся наставлять их на путь истинный.
[Предаваться разврату в веселых домах, вести праздную и распутную жизнь, судьба государства –1000]
Желая дать господину вдоволь повеселиться, Сяо Чжуцзы добровольно вышел из комнаты и встал на страже у дверей.
Внизу на первом этаже вдруг раздались шум и восторженные крики.
Сяо Чжуцзы стало любопытно.
Выглянув сквозь резные перила вниз,
он увидел, как под всеобщие клики на сцену поднимается юная дева.
Ясные глаза, белые зубы, чарующий взгляд.
Короткое платье и легкие полупрозрачные одежды едва скрывали ее тонкую, как у змейки, талию.
А длинные, гладкие, белые ноги и вовсе заставили зрителей взвыть от восторга…
Просто сокровище!
Лицо, фигура и стать ничуть не уступали двум императорским наложницам!
Сяо Чжуцзы тут же вернулся в купе.
Припав к уху Чэнь Фэна, он зашептал:
─ Господин! Я только что видел внизу просто потрясающую девицу… Тьфу ты… у нее ноги будто бы длиннее всей моей жизни! —
Услышав это, Чэнь Фэн тотчас воспылал страстью.
Будучи императором-смутьяном,
сегодня он решил испытать собственную слабину.
Он тут же позвал хозяйку и принялся расспрашивать:
─ Ох… зоркий глаз у господина! —
хозяйка ласково замахала шелковым платком.
─ Несравненная Ушуан – наша главная гордость не только в башне Ваньхуа, но и во всей столице, цветок среди всех цветов! —
Сяо Чжуцзы нахмурился: ─ Чего ж ты до сих пор не привела ее развлекать моего господина? —
─ Эм… не спешите, уважаемые гости, —
хозяйка виновато покачала головой.
─ Госпожа Ушуан обычно выступает только в общем зале, гостей в покоях принимает редко, к тому же она продает лишь искусство, но не тело… —
Чэнь Фэн презрительно скривил губы.
Продает искусство, а не тело – это лишь значит, что платят мало.
Если денег достаточно, даже цветок расплачется!
В конце концов, если он вообще не заплатит, разве это будет считаться продажей?
Сяо Чжуцзы тут же вытащил пачку серебряных банкнот и демонстративно потряс ими.
Глаза хозяйки мгновенно заблестели:
─ О-хо-хо-хо… Правила для того и существуют, чтобы их нарушать, а цветы созданы для того, чтобы ими любоваться! Сейчас же пойду позову госпожу Ушуан наверх! —
…
Вскоре
Е Ушуан под предводительством хозяйки вошла в купе.
В нос ударил тонкий шлейф благовоний.
С появлением этой соблазнительной фигуры комната словно озарилась светом.
Рядом с Е Ушуан все остальные девицы мгновенно поблекли и потеряли всякий вид.
─ Мда… неплохо… —
довольно кивнул Чэнь Фэн.
─ Остальные могут идти! —
Сяо Чжуцзы тут же принялся выгонять прочих девиц из комнаты.
Хозяйка же на прощанье снова предостерегла:
─ Только помните, молодой господин, госпожа Ушуан продает лишь искусство, а не тело… —
─ Какую чушь ты несешь! —
выталкивая хозяйку за дверь, нетерпеливо прикрикнул Сяо Чжуцзы.
Хозяйке пришлось удалиться вместе с остальными девицами.
Оказавшись в коридоре, она снова покачала головой и вздохнула.
Хотя Е Ушуан и была главной гордостью башни Ваньхуа,
на самом деле она не принадлежала этому заведению.
Она была свободной женщиной в самом полном смысле слова.
Помимо музыки, шахмат, каллиграфии и живописи, она прекрасно владела боевыми искусствами.
Такими, против которых три-четыре крепких молодца и подступиться не смеют.
Прежде находились желающие взять ее силой.
Однако кончали они всегда крайне плачевно.
Оставалось лишь надеяться, что этот смазливый господин не станет искать приключений на свою голову…
…
«Хлоп!» —
Сяо Чжуцзы закрыл дверь снаружи.
В купе воцарилась тишина.
Свет свечей мерцал, создавая двусмысленную и томную атмосферу.
Е Ушуан опустилась в почтительном поклоне.
─ Хотите, я станцую для вас, господин? —
Чэнь Фэн покачал головой: ─ Сперва присядь, побудь со мной, потолкуем. —
Е Ушуан послушно опустилась рядом с Чэнь Фэном, но тут же нахмурилась и попыталась встать.
Только… встать не получилось, напротив – Чэнь Фэн рывком притянул ее к себе на колени.
─ Посовеститесь, господин! —
произнесла она холодным голосом, пытаясь вырваться.
Внутренняя энергия бешено завращалась в ее теле, силясь сбросить путы.
Однако… результата вновь не последовало.
Незнакомец прижал ее единой рукой так крепко, что не сдвинуться.
А вторая рука тем временем бесцеремонно блуждала по ее телу…
Смесь гнева и унижения заставила Е Ушуан по-настоящему испугаться.
Даже ее совершенствование пика Сяньтянь не помогало вырваться.
Уровень сил этого человека явно достиг мастера-гроссмейстера.
Дрянь дело, перед ней мастер!
─ Прекратите… не то я буду звать на помощь… —
─ Это же бордель, хоть закричись – никто не услышит, иные вопируют во весь голос, да толку чуть! —
─ А?! —
Е Ушуан испуганно вздрогнула.
Коли не помогло уговорами, оставалось брать мягкостью.
─ Умоляю вас, господин, рабыня и впрямь не продается… Отец мой пристрастился к азартным играм и наделал огромных долгов, матушка тяжело больна, а младший брат еще ходит в частную школу… Если бы не нужда, разве стала бы я показываться в подобных местах… —
Надо же, этот сценарий одинаково работает и в древности, и во все времена.
Чэнь Фэн насмешливо улыбнулся, не прекращая своих манипуляций.
Любящий азартные игры отец, больная матушка, учащийся брат и понимающая сестра.
Поверить в такое – значит расписаться в собственной глупости!
Разве может из бедной семьи выйти мастер Сяньтянь?
─ Тресь! —
Тонкие одежды разорвались пополам под громкий треск.
В комнате мгновенно разнеслись крики и рыдания Е Ушуан.
─ А-а-а, спасите… отец больше не играет, матушка вовсе не больна… о-о-о… я круглая сирота, и брата у меня никакого нет… я больше никогда не выйду на работу, у-у-у… —
[Притеснять цветок борделя, кичиться властью и богатством, судьба государства –1000]
…
Молодой человек в сопровождении нескольких стражников ступил на порог главного зала башни Ваньхуа.
Лицо юноши было бледным, а меж бровей залегла черная тень.
При этом состояние духа его оставалось превосходным, да и шагал он твердо.
Сразу видно: человек злоупотребляет плотскими утехами, но при этом обладает внутренней силой…
Хозяйка с улыбкой за семенила ему навстречу.
─ Ой! Молодой господин Чжан, сколько зим, сколько лет! —
─ Хех, последнее время постиг преграду в тренировках, сидел в затворе дома, —
молодой господин небрежно швырнул маленький золотой слиток. ─ Открой лучший покой, пусть Ушуан придет поплясать для меня! —
─ Эм… господин Чжан… может, изволите выбрать другую девицу? —
хозяйка с заискивающей улыбкой прятала золотой слиток за пазуху.
─ К тому же… в покое «Небо» уже занято… —
─ А?! —
молодой господин прищурился, и лицо его помрачнело.
Он с таким трудом пробился к средней ступени Сяньтянь.
И хотел как следует расслабиться.
Пришел в самом лучшем расположении духа, а место уже кто-то занял?
Он потратил на Е Ушуан немало серебра.
Чувствовал, что победа уже близка.
В самый ответственный момент остаться опереженным кем-то было бы невыносимо!
─ Кто это посмел перебежать мне дорогу? Какая наглость! —
Он оттолкнул хозяйку и в сопровождении стражи решительно бросился наверх.
─ Стоять~! —
Сяо Чжуцзы молнией заступил дорогу посреди коридора. ─ Мой господин занят важным делом, посторонним немедленно убираться! —
─ Что за дворняжка тут лает? —
Сквозь закрытую дверь до молодого господина донеслись чьи-то приглушенные рыдания, и он занервничал еще сильнее.
─ Переломать ему ноги и сбросить вниз! —
Услышав приказ, стражники с оскверненными ухмылками принялись разминать кулаки.
Сяо Чжуцзы казался хрупким юношей с женственными манерами.
В глазах стражи он выглядел не более чем домашним слугой без единой унции силы в руках.
Однако прежде, чем они успели сделать хоть движение, Сяо Чжуцзы уже ринулся вперед.
Для расправы с этой горсткой ничтожеств ему даже не понадобились вышивальные иглы.
Пара ударов – и охранники со стоном проломили перила, рухнув вниз в главный зал.
Посетители внизу завопили и разбежались в страхе.
─ Ого! А я-то не заметил, у этой дворняжки имеются кое-какие навыки… —
усмехнулся молодой господин Чжан и вновь отстранил хозяйку, безуспешно пытавшуюся их урезонить.