С того дня прошло два дня. К счастью, Императрица не стала привлекать меня к ответственности за мои импульсивные действия. Мы просто провели около двух часов за чаем, как обычно, узнавая друг друга получше. Конечно, если и было одно отличие от прежнего, так это то, что она задавала больше вопросов. Как бы то ни было, благополучно закончив сегодняшнее чаепитие с Белетрией, я вернулся в свою комнату и был занят завершением приготовлений к войне против Королевства Дарон.
[Состав подразделений]
[4-й и 5-й дивизионы Императорских рыцарей, в общей сложности 75 000 военнослужащих.]
[Командир 4-го дивизиона Герберн Атаольф, командир 5-го дивизиона Черн Олдея.]
[Мобильный ударный батальон под командованием маркиза Розиана Азло.]
[2-й Императорский тяжелый кавалерийский полк и 3 северные призывные пехотные бригады.]
[3-й батальон магической артиллерии и Специальный осадный полк объединены. Всего: 120 000 человек.]
— ...Черт, даже смотреть на это снова — не шутка.
Я какое-то время тупо смотрел на внушительную цифру, выведенную в самом низу документа, после чего выронил перо из рук прямо на письменный стол. Потерев лицо обеими ладонями, я издал тихий, безжизненный смешок.
«Если честно, это просто абсурд. В Королевстве у меня не было ни одного личного телохранителя».
Перед глазами промелькнули дни, когда я копался в пыльных книгах по военной стратегии в дальнем углу уединенного дворца Королевства Рехентра. Я, у которого при выходе в свет никогда не было даже приличного слуги, не говоря уже о телохранителе, теперь восседал на посту главнокомандующего, распоряжаясь 120-тысячным элитным войском Империи.
«Подумать только, я командую такой огромной армией лишь потому, что у меня есть хорошие связи. Довольно сюрреалистичное ощущение».
Конечно, фатальный изъян заключался в том, что этой самой «связью» являлась императрица-тиран, похожая на бомбу с часовым механизмом, готовую в любой момент снести мне голову. Я слегка пожал плечами и принялся приводить в порядок разбросанные бумаги. Общая картина предстоящей войны была практически завершена.
Именно в этот момент все и произошло.
— Тук, тук.
Мои руки замерли от звука легкого постукивания по окну. Повернув голову, я увидел за плотно закрытым стеклом белоснежного голубя, который настойчиво клевал раму маленьким клювом.
На секунду я испугался, решив, что это убийца. Поднявшись со стула, я приблизился к окну, отпер замок и потянул раму вверх. Голубь, словно привыкший к подобному, взмахнул крыльями и плавно опустился прямо посреди письменного стола. К его красной лапке была привязана крошечная кожаная капсула размером с сустав мизинца. Похоже, это был почтовый голубь.
«Почтовый голубь, так внезапно? Не похоже, чтобы его отправила Белетрия».
Всякий раз, когда ей нужно было что-то сказать, она всегда приходила лично. Я осторожно отвязал кожаную капсулу и вытащил плотно свернутый тонкий пергамент. Развернув помятую бумагу, я заметил под короткой, лаконичной строчкой красную печать отправителя.
— Волькан... Десмонд?
Это имя я определенно слышал впервые, но оно показалось мне смутно знакомым, поэтому я принялся копаться в памяти.
...А, вспомнил. В отличие от Олдена или других офицеров, которые в прошлый раз в зале заседаний открыто выказывали мне враждебность, этот человек до самого конца хранил молчание и тихо избегал моего взгляда. Это было имя мужчины с четырьмя звездами на эполетах, ключевой фигуры в имперском военном руководстве.
«Но с чего вдруг он ищет встречи со мной, да еще и при помощи почтового голубя?»
Неужели у него есть какой-то секрет касательно Королевства Дарон? Или его просто что-то раздражает? Высокопоставленный военный чин отправил личное послание «выскочке», который в одночасье взлетел по карьерной лестнице благодаря благосклонности Императрицы. Игнорировать подобное было слишком опрометчиво со многих точек зрения.
В ситуации, когда после казни Олдена в армии зрело недовольство, это могло быть попыткой перехватить инициативу или проверить меня на прочность. Как бы то ни было, лучше встретиться с ним лицом к лицу и выяснить намерения. Местом встречи, указанным в записке, был штаб имперской армии, расположенный на окраине Императорского дворца, а именно личный кабинет начальника генерального штаба на самом верхнем этаже.
Я взял черный мундир, наброшенный на спинку стула, и небрежно накинул его на плечи. Насыпав почтовому голубю немного крошек от печенья и оставив окно приоткрытым, чтобы он мог улететь в любой момент, я убрал документы в ящик стола, развернулся и вышел из комнаты.
Расспросив по дороге слуг, горничных и лакеев, я наконец добрался до дверей кабинета начальника штаба. Прежде чем войти, я прислушался, чтобы понять, есть ли внутри кто-то еще, кроме хозяина кабинета, и отчетливо уловил приглушенные голоса как минимум двух мужчин. Поколебавшись секунду, я негромко постучал.
— ТУК, ТУК!
— Кто там?
— Это третий принц, Иделон Хальден Рехентра.
— А, войдите.
Получив разрешение, я осторожно толкнул дверь и вошел. Первым, что бросилось мне в глаза, был... Волькан, чья фигура казалась еще более массивной, чем три дня назад, словно он только что закончил тренировку. А рядом с ним...
— О, надо же?
— Прошло десять дней, принц Рехентры.
Человек, который унизил того ублюдка-короля и всего за три месяца превратил Королевство Рехентра в руины, один из трех Великих Герцогов. Красный Волк, великий герцог Ксенос Кройхен, стоял прямо перед ним. Слегка растерявшись от столь внезапной встречи, я не нашелся что ответить на его приветствие и лишь удивленно захлопал глазами.
Пока я стоял как вкопанный, переводя взгляд с одного на другого, великий герцог Ксенос тоже неловко улыбнулся, выглядя слегка смущенным.
— Прошу прощения, я только что вернулся с передовой, поэтому допустил оплошность, сам того не заметив.
Мужчина с грубыми шрамами на лице и волосами, что были краснее крови, мгновенно склонился в глубоком поклоне, растеряв всю свою былую надменность.
— Приветствую того, кто станет Императорским Консортом Империи.
— ...
Увидев великого герцога столь вежливым — что не шло ни в какое сравнение с нашей первой встречей, — я наконец-то пришел в себя.
«Ах. Точно, ведь сейчас я по статусу нахожусь гораздо выше него».
Я просто на мгновение позабыл об этом, поскольку моя жизнь висела на волоске, но формально я был единственным мужчиной, который займет место подле Императрицы. Не стоило и здесь дрожать как побитый пес. Впрочем, это не означало, что мне следовало вести себя излишне высокомерно. Так или иначе, я расправил затекшие плечи и слегка кивнул в ответ, соблюдая имперский этикет.
Закончив обмен приветствиями с великим герцогом, я тут же перевел взгляд на Волькана.
— Итак, по какой причине вы решили позвать столь некомпетентного человека, как я, в это место?
В ответ на мой вопрос Волькан оторвал свое массивное тело от письменного стола, на который опирался. Он подошел вплотную и внезапно протянул мне свою широкую, мозолистую ладонь.
— Прошу прощения за то, что произошло на днях.
— ...?
Я слегка наклонил голову, озадаченный столь внезапным извинением.
Волькан почесал затылок с крайне смущенным видом.
— Тогда, в зале заседаний... Я мог бы немного прояснить ситуацию, но из-за строгого приказа Императрицы не вмешиваться, поскольку она намеревалась поймать крысу, мне пришлось демонстративно игнорировать вас. Должно быть, вам пришлось нелегко, так что прошу меня простить.
— Ах...
Только тогда я понял, к чему он клонит. Та удушающая атмосфера в зале заседаний, где меня использовали как живой щит, чтобы выманить шпиона по имени Олден. Волькан заранее знал о плане Императрицы, поэтому ему пришлось делать вид, будто он не замечает моих отчаянных взглядов. Я тихонько рассмеялся и пожал его крепкую руку.
— Вам не стоит беспокоиться об этом. Я уже слышал обо всем произошедшем от Ее Величества Белетрии. К тому же, разве это молчание не было естественным шагом ради блага Империи?
В ответ на мой спокойный ответ Волькан разразился громогласным хохотом.
— Ха-ха-ха! Как и ожидалось от смельчака, который вручил нашей Императрице брачное предложение вместо акта о капитуляции. Мне нравится, что вы не держите обид.
Волькан, похлопавший меня по плечу своей ладонью размером с крышку от кастрюли, вскоре отбросил шутливый тон и заговорил серьезно:
— Разумеется, я отправил почтового голубя не только ради этих извинений. Я позвал вас, потому что хотел детально обсудить план кампании с вами, как с главнокомандующим, прежде чем мы начнем войну с Дароном.
— Для меня большая честь выслушать советы непобедимого полководца.
— Я тоже послушаю со стороны.
Великий герцог Ксенос, до этого молча наблюдавший за происходящим, присоединился к нам, и мы естественным образом сгруппировались вокруг большой стратегической карты, разложенной в центре кабинета. Ксенос указал указкой на Карлпен, третью крепость Дарона.
— Согласно разведданным, ключевой момент заключается в продвижении в обход уже ослабленной крепости Карлпен. Проблема лишь в линии снабжения...
— Нет никакой необходимости растягивать линию снабжения.
Прежде чем великий герцог успел закончить фразу, я решительно сдвинул фигурки имперских войск на карте вперед.
— В узком ущелье, ведущем от третьей крепости к четвертой, Цитадели Базерн, мобильность — это жизнь. Если мы потащим за собой обозы, то станем легкой добычей для вражеских горных партизан. Поэтому я намерен отправить войска через горный хребет налегке, выдав им сухой паек всего на три дня.
— Всего на три дня?.. — брови Волькана поползли вверх. — И что вы планируете делать, когда провизия закончится? Заморить солдат голодом прямо в горах?
— Мы можем просто захватить продовольственные склады Базерна.
Я тут же парировал его возражение.
— В последние годы производство зерна в южной части континента, включая Дарон, выросло почти в три раза. И именно эта цитадель служит промежуточным пунктом сбора военных запасов, собранных в этом году.
— Действительно... провиант, поставляемый маркизом Сельте, шел как раз с юга.
— Верно. Так что, прежде чем мы начнем голодать, нам нужно просто разбить их кормушку и забрать все себе. Если батальон магической артиллерии ударит по стенам с фронта, а мобильный ударный батальон под командованием маркиза выдвинется вперед, чтобы в первую очередь захватить склады... у врага не останется иного выбора, кроме как выкуриться наружу.
Начиная с вопроса продовольствия и заканчивая моментом, когда мобильный ударный батальон должен прорвать последующие оборонительные рубежи противника. Огненные атаки с использованием рельефа местности и даже психологическая война, играющая на отчаянии врага. По мере того как продолжался мой инструктаж, взгляды двух бывалых вояк, прошедших через огонь и воду, менялись с каждой секундой. Сначала это был интерес, затем удивление, и, наконец, на их лицах отразились изумление и искреннее восхищение.
— Безумная тактика. Подобный уровень опыта трудно сопоставить с двадцатичетырехлетним юношей, — пробормотал Волькан с нервным смешком.
Великий герцог Ксенос тоже задумчиво погладил подбородок, окинув меня странным взглядом.
И если реакция Волькана была мне не до конца ясна, то поведение великого герцога я прекрасно понимал. Мой образ в его памяти... нет, образ всех членов королевской семьи Рехентры ассоциировался исключительно с некомпетентными, жадными и глупыми людьми. Должно быть, ему было крайне любопытно слушать, как я излагаю столь безжалостную, но безупречную стратегию, от которой даже величайшие поджигатели войны на континенте лишь уважительно покачали бы головами.
— Война начнется через две недели.
Волькан кивнул, наконец оторвав взгляд от карты.
На его лице не осталось ни малейшего следа сомнений.
— Сегодня я увидел нечто поистине выдающееся. У меня запланировано военное совещание, так что вынужден откланяться. Великий герцог, пожалуйста, проводите главнокомандующего.
— Берегите себя.
Бросив короткое прощание, Волькан подхватил шинель и вышел из кабинета. Проводив взглядом закрывшуюся дверь, я тоже поправил одежду. Великий герцог сделал жест в сторону выхода, пропуская меня вперед.
— Пойдемте, принц.
— Хорошо.
В тот момент, когда я подумал, что теперь мне остается лишь дождаться начала войны, и уже собирался вернуться в свои покои, чтобы отдохнуть, в голове внезапно промелькнул один вопрос. Самая фундаментальная загадка, напрямую связанная с моим выживанием, которую я, возможно, никогда больше не смогу задать, если упущу этот шанс.
В тот день, когда Королевство Рехентра было безжалостно растоптано копытами имперской конницы. Когда Леозер Хальден Рехентра, этот некомпетентный и эгоистичный отец, бросил меня в качестве заложника, вымаливая собственную жизнь. Почему этот жестокий Красный Волк, который изначально обнажил клинок с намерением вырезать всю королевскую семью, с какой стати он так легко согласился на это внезапное предложение и сохранил мне жизнь?
«Списать это на простую прихоть не получается. Даже если бы Рехентра продолжила свое существование, от этого королевства нечего было взять».
Я немного помедлил, прежде чем медленно заговорить:
— Великий герцог Ксенос Кройхен.
— ...?
Он обернулся на мой зов.
— Прежде чем я покину штаб, не могли бы вы ответить мне на один вопрос?
— Если я смогу ответить, то расскажу все без утайки.
— Десять дней назад, в день падения Королевства... почему вы, великий герцог, приняли предложение моего отца взять меня в заложники и сохранили мне жизнь?