Том 4: В последний раз
Глава 1: Неловкий день
Понедельник. Первый день после того, как Рин Асакура призналась мне в любви.
Я проснулся в шесть утра, как обычно. Но всё было не как обычно. Я лежал в кровати и смотрел в потолок, прокручивая в голове вчерашний вечер. Её слёзы. Её слова: «Я люблю тебя, идиот». Её голос, который дрожал, но не ломался.
Я улыбался. Просто так. Без причины.
— Кэйто, ты встал? — мама постучала в дверь.
— Встал.
— Чего лыбишься?
— Ничего. Просто хорошее настроение.
Мама помолчала.
— Ты не заболел?
— Нет. Всё отлично.
— Ладно... Завтрак на столе.
Я встал, оделся, позавтракал. Всё как всегда. Но внутри всё было по-другому. Я ехал в поезде и смотрел на людей, а перед глазами стояла Рин. В домашней футболке, с растрёпанными волосами, с мокрыми от слёз глазами. И это было самое красивое, что я видел в жизни.
В класс я вошёл за пять минут до звонка.
Рин уже была на месте. У окна, как всегда. Спина прямая, руки сложены на коленях. Королева на троне.
Наши взгляды встретились.
Она тут же отвернулась.
Я сел за свою парту. Ямада сзади наклонился ко мне.
— Ты чего такой сияющий?
— Я не сияющий.
— Сияешь, как начищенный чайник. Выкладывай.
— Ничего не произошло.
— Врёшь. У тебя лицо как у человека, который впервые в жизни услышал «я тебя люблю».
Я замер. Ямада это заметил.
— Ого. Так это правда? — он понизил голос. — Она призналась?
— Тише.
— Ну ва-а-аще! — Ямада откинулся на стуле. — Три года. Три года вы мучились. И наконец!
— Заткнись. Никто не должен знать.
— Да я могила! — он провёл пальцем по губам. — Но как же так? Ты мне расскажешь?
— Нет.
— Чувак!
— Потом. Сейчас не время.
Ямада надулся, но отстал. Я посмотрел на Рин. Она сидела, уткнувшись в учебник, и даже не смотрела в мою сторону. Но её уши были красными.
Первый урок. Литература.
— Накамура-кун, — вызвал учитель. — Прочитайте отрывок.
Я встал. Открыл учебник. И понял, что не вижу ни строчки. Все слова сливались в одно пятно. Потому что я чувствовал на себе её взгляд. Она смотрела. Я знал, что она смотрит.
— Накамура-кун?
— Э... да. Сейчас.
Я начал читать. Голос дрожал. Ямада сзади тихо фыркнул. Рин не издала ни звука.
Когда я сел, Ямада прошептал:
— Ты читал как первоклассник.
— Заткнись.
— Она на тебя смотрела, да?
— Не твоё дело.
— Значит, да.
На перемене я вышел в коридор. Мне нужно было проветрить голову. И, кажется, не только мне. У окна в конце коридора стояла Рин. Одна.
Я подошёл. Встал рядом.
— Привет, — сказал я.
— Привет, — ответила она, не поворачиваясь.
— Ты как?
— Нормально.
— А уши почему красные?
Она резко обернулась.
— С чего ты взял?!
— Вижу.
— Ничего они не красные. Просто... в классе душно.
— В классе, — повторил я. — А здесь?
— И здесь душно.
— Ладно.
Мы замолчали. Стояли у окна и смотрели на школьный двор. Всё было как раньше. Но между нами появилось что-то новое. Невидимое, но осязаемое.
— Это странно, — сказала она тихо.
— Что именно?
— Всё. Мы же в школе. Ты — ничтожество. Я — королева. А мы стоим здесь и... просто стоим.
— Нам нельзя стоять?
— Нам нельзя выглядеть... близкими.
— А мы выглядим?
Она посмотрела на меня.
— Ты стоишь слишком близко.
Я отступил на полшага.
— Так лучше?
— Чуть-чуть.
— Ты сама вчера сказала «держи меня крепче».
— Тсс! — она зашипела. — Не напоминай!
— Почему? Это было мило.
— Это было... — она запнулась. — Не обсуждай это в школе.
— А где можно?
— Нигде.
— Вообще нигде?
— Накамура!
— Всё, молчу.
Она вздохнула. Потом вдруг тихо рассмеялась.
— Мы даже не умеем быть парой.
— Научимся.
— Ты так спокойно об этом говоришь.
— А смысл переживать? Мы же вместе. Разве не это главное?
Рин посмотрела на меня. Её взгляд смягчился.
— Ты иногда такое говоришь, что я забываю, что ты идиот.
— Спасибо.
— Это был комплимент. Почти.
В столовой всё стало ещё неловчее.
Я сел за свой столик у колонны. Ямада — напротив. Акира — через два стола, и она смотрела на меня. Рин — через три стола, со свитой, и она делала вид, что меня не существует. Но я чувствовал её взгляд.
— Ты под прицелом, — заметил Ямада.
— С двух сторон, — уточнил я.
— Это цена популярности.
— Я не популярен. Просто влип.
— Влип, но зато как красиво. Королева и тихоня. Да это сюжет для манги.
— Не начинай.
— А что? Я бы почитал.
Я не ответил. Я смотрел в тарелку и думал о том, что впервые в жизни мне не всё равно, кто на меня смотрит. Точнее, не все равно, но по-другому. Раньше я прятался от взглядов. Теперь я искал один конкретный.
После уроков Рин поймала меня у выхода.
— Сегодня после школы, — сказала она, глядя куда-то в сторону, — пойдём куда-нибудь.
— Куда?
— Не знаю. В парк. Или в кафе. Только не то, где Минами.
— А если нас увидят?
— Не увидят. Я знаю место.
— Ладно.
— Только не приглашай Ямаду.
— Не буду.
— И Акиру не приглашай.
— Я бы не стал.
— И не смотри на неё больше.
— Я и не смотрю.
— Врёшь. Она на тебя смотрит, а ты ей киваешь.
— Я просто вежливый.
— Будь менее вежливым.
— Хорошо.
Она кивнула и ушла. Я смотрел ей вслед. Она шла, как всегда, с прямой спиной и поднятым подбородком. Королева. Но я-то знал, что у неё красные уши.
Вечером мы сидели в маленьком кафе в двух кварталах от школы. Оно было почти пустым, только старик за дальним столиком пил чай. Рин заказала зелёный чай, я — чёрный.
— Значит, мы тайная пара, — сказал я.
— Получается, так.
— А если нас всё-таки увидят?
— Тогда я скажу, что ты мой должник.
— Должник?
— Ну, что ты проиграл спор и теперь обязан ходить со мной в кафе.
— В это никто не поверит.
— Поверят. Я умею убеждать.
Я улыбнулся. Она — нет, но её глаза блестели.
— Тебе идёт, когда ты счастливая, — сказал я.
— Я не счастливая.
— А какая?
Она помолчала.
— Не знаю. Странно. Как будто это сон.
— Тогда пусть не заканчивается.
Рин посмотрела на меня. Её губы дрогнули.
— Ты слишком милый для ничтожества.
— А ты слишком добрая для королевы.
— Заткнись.
— Хорошо.
Мы пили чай. За окном темнело. Где-то зажигались фонари. И впервые за долгое время всё было на своих местах.
[КОНЕЦ ПЕРВОЙ ГЛАВЫ ЧЕТВЁРТОГО ТОМА]