Глава 7: Конец первого семестра
Последний день первого семестра выпал на пятницу. Солнце светило ярко, в коридорах пахло летней пылью и приближающимися каникулами. Все были в предвкушении отдыха. Даже учителя, казалось, устали больше обычного и не пытались изображать строгость.
Я сидел на своём обычном месте — третья парта в среднем ряду — и думал о том, как странно прошли эти месяцы. Ещё в апреле я был уверен, что ничего не изменится. Что Рин Асакура будет унижать меня каждый день, а я буду молчать и считать её комментарии, как Ямада считает очки в баскетболе. Но что-то изменилось. Не сразу. Постепенно. Как будто кто-то медленно поворачивал ручку громкости, и её голос становился тише.
Она всё ещё называла меня ничтожеством. Но теперь это звучало скорее как привычка, а не как оскорбление. Как будто она говорила это, потому что должна была, а не потому что хотела. Иногда она вообще молчала. Иногда — смотрела на меня, когда думала, что я не вижу.
Я видел.
— Накамура! — голос Рин вырвал меня из мыслей. Она стояла у моей парты, скрестив руки на груди. — Ты опять заснул с открытыми глазами? Учитель уже пять минут назад сказал сдать тетради.
— Я не спал.
— А выглядишь как обычно. То есть ужасно.
Класс захихикал. Ямада сзади фыркнул. Я молча достал тетрадь и передал ей. Она взяла её, но не ушла сразу. Задержалась на секунду, будто хотела что-то сказать. Но передумала.
— С каникулами тебя, — бросила она через плечо и пошла к своему месту.
— И тебя, — сказал я, но она уже не слышала. Или сделала вид, что не слышит.
После уроков я собирал вещи, когда ко мне подошёл Ямада.
— Ну что, чувак, — сказал он, хлопнув меня по плечу. — Первый семестр позади. Ты выжил.
— Я выживаю каждый семестр.
— Да, но этот был особенный. — Он понизил голос и кинул взгляд в сторону Рин, которая стояла у окна со свитой. — Она же реально изменилась, да? Я не придумываю?
— Не придумываешь.
— И что думаешь?
Я пожал плечами. Я не знал, что думать. Я знал только то, что видел. А видел я, как она смотрела на меня в столовой. Как она молчала, когда я ошибался у доски. Как она сказала «я устала» в проулке после драки. Как она отвела взгляд, когда я назвал её по имени.
— Ничего не думаю, — сказал я. — Просто каникулы.
Ямада вздохнул.
— Ты безнадёжен, Накамура.
— Знаю.
Он ушёл, а я задержался. Рин всё ещё стояла у окна. Свита постепенно расходилась — кто-то уже ушёл, кто-то прощался. Минами на секунду задержалась рядом с ней, что-то шепнула и тоже вышла. Рин осталась одна.
Я подошёл. Не знаю зачем. Просто ноги сами понесли.
— Асакура-сан.
Она обернулась. В её глазах мелькнуло что-то — может быть, удивление, может быть, радость, — но она быстро спрятала это за привычной маской.
— Что тебе, Накамура?
— Ничего. Просто... хороших каникул.
— Ты уже говорил.
— Ну, теперь ещё раз.
Она фыркнула.
— Ты странный.
— Знаю.
Повисла пауза. Мы стояли у окна и смотрели на школьный двор. Солнце садилось, красило небо в оранжевый.
— Я не буду по тебе скучать, — сказала она вдруг.
— Я знаю.
— И не надейся, что в следующем семестре я стану добрее.
— Я не надеюсь.
Она повернулась ко мне. Наши взгляды встретились. И в этот раз она не отвела глаза.
— Ты... — начала она, но запнулась. — Ты не забывай про турник. А то станешь ещё более хилым.
— Я не хилый.
— Хилый. Но это неважно.
Она вдруг шагнула ближе. На секунду мне показалось, что она хочет что-то сделать — может быть, ударить, может быть, сказать что-то важное. Но она просто поправила мой галстук. Быстро, почти резко.
— Криво завязан, — сказала она. — Как обычно.
— Спасибо.
— Не за что.
Она развернулась и пошла к выходу. Я смотрел ей вслед. У двери она на мгновение обернулась, но ничего не сказала. Просто вышла.
Я остался в классе один. Солнце село. В коридоре стихли последние шаги. Я стоял у окна и думал о том, что первый семестр закончился.
Ничего не изменилось.
Но я знал.
Что-то изменилось.
[КОНЕЦ СЕДЬМОЙ ГЛАВЫ][КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА]