Глава 16 - Не томи
Кайдзена разбудили резким, почти грубым толчком в плечо. Он вздрогнул, выныривая из тяжёлого сна, где снова и снова видел, как его отряд падает один за другим, а он не может ни помочь, ни даже пошевелиться. Перед ним стоял один из бойцов одиннадцатого отряда - сухой, жилистый, с лицом, будто высеченным из камня.
- Вставай. Время не ждёт, - хрипло бросил он и тут же отвернулся, будто стыдясь этой резкости.
Кайдзен сел, провёл ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть остатки кошмара. В подвале было сыро и пахло металлом, пылью и чем‑то горьким. Над головами гулко капала вода, и этот звук казался Кайдзену странным предзнаменованием: будто время отсчитывало последние секунды перед чем‑то неизбежным.
За завтраком, если это можно было назвать завтраком - кусок чёрствого хлеба, ложка густой каши и глоток тёплой воды, - они обсуждали план действий. Командующий одиннадцатым отрядом, мужчина с усталыми, но цепко-внимательными глазами, говорил тихо, но так, что каждое слово врезалось в память.
- В 10:30 по центральной части ударят ракетами. У всех отрядов будут свои цели. Наша задача - уничтожить всех мятежников на центральной границе, чтобы не дать им сбежать. Мы должны удержать рубеж любой ценой.
Слова «любой ценой» повисли в воздухе, тяжёлые, как камни. Кайдзен машинально потрогал гидропульт, проверил крепления, убедился, что обойма на месте. Бак с водой был почти пуст. Он достал флягу, открутил крышку и начал заливать воду до полной обоймы.
Все сидели в ожидании, и тишина давила сильнее любого крика. Она проникала под кожу, шевелила нервы, заставляла вздрагивать от каждого шороха. Каждый думал о своём: кто‑то вспоминал дом, кто‑то - любимого человека, кто‑то просто пытался не думать ни о чём, чтобы не сойти с ума. Кайдзен ловил на себе взгляды товарищей - в них читалось то же самое: тревога, смешанная с решимостью, и страх, который они старались не показывать.
Когда стрелки часов сошлись на 10:10, отряд поднялся. Никто не произнёс ни слова - слова были лишними. Они двинулись к центру города, и с каждым шагом тишина становилась всё более зловещей. Не было ни криков, ни выстрелов, ни даже обычного городского шума - только их собственные шаги, глухие и тяжёлые, будто каждый шаг отдавался в груди. Это было затишье перед бурей, и все это понимали.
Через пятнадцать минут они были на месте. Спрятались за полуразрушенным домом, чьи стены ещё хранили следы старых обстрелов. Кайдзен прижался спиной к шершавому бетону и закрыл глаза на секунду, чтобы собраться. Но тут по центральной части города начали бить ракетами.
Первый залп ударил по ушам, заставив всех инстинктивно пригнуться. Земля дрогнула, воздух наполнился пылью и гарью, и мир на мгновение превратился в хаос. Отряд Кайдзена сразу начал движение. Они бежали, пригибаясь, прячась за обломками, перепрыгивая через груды кирпичей и искорёженного металла.
Кайдзен замечал врага и сразу открывал огонь на поражение. Гидропульт выплёвывал струи воды под высоким давлением, пробивая кожу и сбивая противников с ног. Но после нескольких выстрелов он вдруг резко остановился, будто налетел на невидимую стену. Он давно стал убийцей. Он уже даже не считал, сколько жизней отнял. Эти мысли обрушились на него, как вторая волна обстрела, и он погрузился в них, не замечая ничего вокруг.
Ренджи резко схватил Кайдзена за плечо и дёрнул его внутрь соседнего дома.
- Очнись! - крикнул он, и в этом крике было столько отчаяния, что Кайдзен мгновенно вернулся в реальность.
По ним уже стреляли со всех сторон. Дом содрогался от количества пуль, которые впивались в стены. Кайдзен выглянул в окно и понял, что врагов слишком много. Даже отстреливаться было практически невозможно - они были окружены. Командующий одиннадцатым отрядом прокричал координаты врага в рацию, и через несколько минут в дома напротив стали прилетать ракеты. Выстрелы затихли, и отряд сразу выбежал из укрытия. Но из соседних домов вылезли остатки врага и снова открыли огонь.
Кайдзен умело отстреливался, прячась среди обломков. Он прикрывал спину отряда, защищая их от выстрелов, и изредка сам получал пулю. Боль вспыхивала и тут же гасла под действием печати.Отряд медленно отступал. Впереди виднелось массивное двухэтажное здание - старое, с выбитыми окнами и покосившейся крышей. Было решено укрыться там. Отряд быстро забежал внутрь, но там оказалось полчище врагов.
Кайдзен сразу открыл огонь, но их было слишком много. В какой‑то момент двое мятежников вцепились в него кинжалами. Он не мог даже сопротивляться - лезвия впивались в плоть, и на секунду ему показалось, что это конец.Но тут Ренджи задержал дыхание, и в его руке снова появился огромный клинок - сияющий, полупрозрачный, будто сотканный из света и воды. Он сделал один сильный, быстрый, резкий рывок и одновременно нанёс замах со всей силы. Прямо во время рывка он разрубил двоих мятежников пополам одним ударом.
- Ты в порядке? - крикнул Ренджи, на мгновение склонившись над Кайдзеном.
Тот кивнул, не находя слов, и тут же снова вскинул гидропульт. Но отряд не успел перевести дух - отовсюду снова набежали мятежники. Кайдзен и Ренджи стали отступать в правую часть дома по узкому коридору. Оставшаяся часть отряда осталась на месте, отбиваясь всеми силами.
Весь дом наполнился криками, лязгом металла, хлопками выстрелов и тяжёлым дыханием. Кайдзену сразу стало не по себе - этот шум был не просто шумом боя, это был крик боли, отчаяния и ярости, слившийся в единый, невыносимый гул. Ренджи кричал,чтобы Кайдзен не оборачивался, иначе он увидит весь ужас боя.
Неожиданно навстречу Кайдзену и Ренджи вышел мятежник. Он был крупным и выглядел невероятно сильным. Его чёрный балахон был украшен красными линиями, которые извивались, словно живые, давая понять, что он отличается от всех остальных. В нём чувствовалась какая‑то особая, почти звериная уверенность.Кайдзен прицелился и выстрелил тому в лоб. Пуля лишь сильно толкнула голову назад и только слегка ранила - из лба потекла маленькая капля крови. Кайдзен выстрелил ещё раз, но пули не пробивали его, лишь немного ранили, оставляя неглубокие раны.
- Что с ним? - тревожно закричал Кайдзен, чувствуя, как внутри поднимается паника.
Ренджи задержал дыхание, и клинок снова появился в его руке. Он ударил мечом сверху вниз, целясь прямо в голову врага. Но тот заблокировал клинок левой рукой. Хоть Ренджи ударил со всей силы, клинок вошёл лишь на 4-5 сантиметров.Через секунду враг ударил правой рукой в живот Ренджи, и того отбросило назад, прямо в стену. От этого удара Ренджи выдохнул, и клинок сразу исчез.
Кайдзен начал быстро стрелять во врага, но пули не причиняли сильного ущерба. Мятежник быстро сократил дистанцию. Он схватил Кайдзена и несколько раз с огромной силой ударил его головой об стену. Кайдзен упал на пол с разбитой головой, и мужчина в балохоне начал двигаться к Ренджи.
Ренджи ещё не успел восстановиться, поэтому, когда раны затянулись, Кайдзен начал стрелять в спину, чтобы задержать его. Тот развернулся и недоумённо посмотрел на него: только что он разбил ему голову, но ран не было. Он схватил Кайдзена за шею и в мгновение сломал её.
Этих мгновений хватило, чтобы Ренджи смог отдышаться и снова призвать свой клинок. Он со всей силы ударил в бок врагу, который не заметил этого, потому что душил Кайдзена. Меч вошёл довольно глубоко, и врага отбросило в стену. Кайдзен сумел встать.
- Почему он такой прочный? - прохрипел Кайдзен, с трудом глотая воздух.
- Я после боя всё объясню, - процедил Ренджи, - сейчас нет времени. Но скажу одно: он использует дыхание. Если он выдохнется, защита спадёт. Вот только неизвестно, как долго он может задерживать дыхание.
Пока Ренджи объяснял, враг сумел подняться и рванул в их сторону. Ренджи снова задержал дыхание и приготовился к бою. Он перевернул меч, поставил блок, держа в правой руке рукоять, а левой упираясь в клинок. Удар мятежника пришёлся в блок, но Ренджи всё равно отбросило назад. Однако в этот момент он смог провести контратаку, но враг сумел от неё увернуться.
Кайдзен понял: пусть пули не пробивают его, но наносят хоть какой‑то ущерб. Надо стрелять в лёгкие или живот очень часто, чтобы враг выдохнулся. Однако прицелиться было тяжело: Ренджи бил очень быстро и сразу отступал назад после каждого удара. Если враг захватит клинок, это будет конец, поэтому он постоянно менял траектории ударов и убирал клинок подальше после каждого удара.Враг тоже двигался быстро, пытаясь нагнать Ренджи. В этой обстановке попасть было невозможно. И тут мятежник резко остановился и направил указательный палец в сторону Ренджи. Из пальца моментально посыпались выстрелы. Ренджи блокировал их клинком, однако некоторые всё же попадали и пробивали его насквозь.
В это время Кайдзену удалось выстрелить несколько раз, сбив выстрелы. Это была битва на время. Если они не заставят врага выдохнуться, то погибнут.
Противник приблизился к Ренджи, чтобы добить. Но в этот раз Ренджи решил бить не на скорость, а на силу. Он со всей силы ударил клинком, и враг заблокировал удар локтем. Меч вошёл на несколько сантиметров. Ренджи выдернул клинок и ударил ещё раз. Он бил, делая замахи как можно шире и вкладывая в них как можно больше силы. Ему удалось нанести несколько глубоких ран в руку мятежника, однако эти сильные удары вымотали Ренджи, и тот выдохнул. Клинок исчез, и он сразу получил удар в голову, от которого упал на пол.
В этот момент Кайдзен продолжал стрелять. Он стрелял без остановки прямо туда, где были лёгкие. Враг быстро рванул к Кайдзену. Он обеими руками схватился за гидропульт, а затем со всей силы ударил ногой прямо в грудь Кайдзена. От этого тот отпустил гидропульт и отлетел на несколько метров назад. Мятежник швырнул гидропульт в дальний конец коридора. После этого он прицелился в голову Ренджи, пока тот лежал на полу, без сил встать.
Кайдзен вскочил и попытался провести свой фирменный захват, но враг настолько превосходил его в силе, что просто сломал руку Кайдзену. Мятежнику казалось, что Кайдзен вообще бессмертен, но довольно слаб без оружия, поэтому тот хотел в первую очередь убить Ренджи.Кайдзен пытался всеми силами остановить мятежника, но он не мог ничего сделать. В голове мелькнула мысль: «А вдруг печать уже на исходе? Вдруг от этого я погибну?» Он колебался лишь секунду, а потом закричал:
- А‑а‑а, чёрт с тобой!
Кайдзен вскочил и дёрнул две гранаты, которые были на нём. Он прыгнул на врага и обнял его что есть силы. Через несколько секунд произошёл взрыв.Ренджи лежал рядом и получил осколочные ранения. Кайдзен получил страшные увечья - его разорвало на куски,медленно, но верно он начал восстанавливаться. Боль была ужасной, она пронизывала каждую клетку, и на мгновение ему показалось, что он не выдержит. Но печать работала, затягивая раны, возвращая его к жизни.Противник был сильно ранен, но жив. Он выдохнул и стал кашлять кровью,у него были множественные раны.
- Это наш шанс! - кричал Кайдзен, но оба они лежали без сил. Кайдзен ещё не полностью восстановился - ноги успели зажить лишь наполовину.
- Ренджи, прошу, вставай, пока он не оправился! - кричал Кайдзен. Но Ренджи лишь молча лежал. Несмотря на это, враг смог подняться и стал глубоко дышать, задерживая дыхание.
- Да ты просто монстр! - кричал Кайдзен, в его голосе смешивались ярость и отчаяние.
Враг медленно подошёл к Кайдзену и сел на него, упёршись коленями в живот. Одной рукой он держал его за шею и душил, а второй целился в Ренджи, чтобы выстрелить из пальца.
В последний миг Кайдзен высвободил одну руку и со всей силы толкнул ту руку, которая целилась. Из‑за этого враг не смог попасть, и выстрел пролетел мимо. Это очень сильно разозлило мятежника. Кайдзен постоянно, как мелкая вошь, мешал убить Ренджи, никак не умирая. Мятежник закричал от злости. Сначала он со всей силы стал бить двумя руками Кайдзена по голове, затем встал и стал целиться в него из пальца. Он начал стрелять в Кайдзена огромное количество раз без остановки, превращая его в решето.
Кайдзен понял, что получил слишком много ран и печать скоро закончится. Враг стрелял в него и видел, как тот регенерирует. Через минуту он заметил: два выстрела в ногу не зажили. Печать перестала работать. Для проверки он выстрелил в руку Кайдзена - рана не зажила,он сразу всё понял. Мятежник,словно садист, стал стрелять в ноги и руки Кайдзена, чтобы мучить его, но это заняло слишком много времени, и он выдохнул.Именно сейчас надо было нанести удар, но силы покинули и Кайдзена, и Ренджи. Они были оба сильно изранены, истощены, сломлены.
- Кто‑нибудь, помогите, пожалуйста! - истошно закричал Кайдзен. Он уже видел, как вот‑вот его убьют. «У матери скоро день рождения… Я не могу сейчас умереть», - думал он, и эта мысль была единственной, что держала его на грани сознания.
Враг стал умеренно дышать, чтобы снова задержать дыхание. И тут из коридора, откуда пришли Кайдзен и Ренджи, неожиданно вышел мужчина в погонах контр‑адмирала. Его форма была безупречна, а взгляд - холодным и спокойным, будто он пришёл не на поле боя, а на утренний парад.
- Я слышал, кто‑то звал на помощь, - заявил он ровным, чуть насмешливым тоном.
Кайдзен радостно выдохнул, но тут же снова напрягся: он всё ещё боялся за Ренджи. Тот до сих пор не пошевелился после взрыва. «Вдруг тем взрывом я убил своего друга?» - эта мысль жгла изнутри, но сейчас было не до этого.
Мятежник сразу задержал дыхание и приготовился к бою, оценивая нового противника. Кайдзен лежал на полу и надеялся, что его спасут. Если он выживет, он обязан стать сильнее. Иначе он будет только обузой. Бой ещё не закончился, но в воздухе уже чувствовалось что‑то новое - надежда, смешанная с ожиданием.